Игорь Тальков. Стихи и песни, Талькова Татьяна

Игорь Тальков. Стихи и песни

Талькова Татьяна

Шрифт:

23. VIII/1990

КПСС

Эй, кто там обнадежился по поводу того, Что коммуняки покидают трон, Сближаются с народом и каются И верят в пе-ре-лом. Не спешите, милые, Не будьте так наивны, Вращаются колесики, И не заржавлен пресс, Винтики на месте, И работает машина С дьявольским названием КПСС. КПСС - СС. Эй, кто там ходит в церковь, Не опасаясь, что Его настигнет завтра Толпы позорный свист: Не обнадеживай себя, Брат мой во Христе, Лежит на Красной площади Главный атеист. Рекой течет к нему толпа рабов, Не зная, что туда же По ночам заходит бес, Не дрогнут часовые, И до первых петухов Там планы обсуждаются КПСС. КПСС - СС. Эй, кто там поднимает Русский флаг — Наточен серп на кумаче, И звезды караулят купола, Спокойно управляя рукою палачей. А те одели маски и, покаявшись в грехах, Упорно занимаются Перестановкой мест. Страна не сможет встать с колен, Покуда на плечах Зверь восседает у нее — КПСС! КПСС - СС! СС! СС! СС!

14. VII. 1990

ГЛОБУС

Покажите мне такую страну, Где славят тирана, Где победу в войне над собой Отмечает народ. Покажите мне такую страну, Где каждый обманут, Где назад означает вперед И наоборот. Не вращайте глобус, Вы не найдете, На планете Земля стран таких не отыскать, Кроме той роковой, В которой вы все не живете, Не живете, потому что нельзя это жизнью назвать. Покажите мне такую страну, Где заколочены Храмы, Где священник скрывает под рясой КГБ-шный погон. Покажите мне такую страну, Где блаженствуют хамы, Где правители грабят казну, Попирая закон. Не вращайте глобус, Вы не найдете, На планете Земля стран таких не отыскать, Кроме той роковой, В которой вы все не живете, Не живете, потому что нельзя это жизнью назвать. Покажите мне такую страну, Где детей заражают, Где солдат заставляют стрелять В женщин и стариков. Покажите мне такую страну, Где святых унижают, » Где герои — ветераны войны — Живут хуже рабов. Не вращайте глобус, Вы не найдете, На планете Земля стран таких не отыскать, Кроме той роковой, В которой вы все не живете, Не живете, потому что нельзя это жизнью назвать. Нельзя.

Май 1991

ВЕК-МАМАЙ

20-й век, как хан Мамай, Пронесся над землею, Но больше всех досталось нам От этого разбоя. На мир, где правит капитал, Он тоже покушался, Но, получивши по зубам, Затих и сразу сдался. «Там — ад, тут - рай, Там — ад, тут — рай», — Внушали нам. Где ад, где рай, Где ад, где рай, Рассудит только век-Мамай. Ужасный варвар век-Мамай, Разрушив храмы наши, Свои настроил из дерьма Казенные параши. В миру, где правит капитал, Он рушил храмы тоже, Но капитал терпеть не стал И дал ему по роже. «Там — ад, тут — рай, Там — ад,тут — рай», — Внушали нам. Где ад, где рай, Где ад, где рай, Рассудит только век-Мамай. Ну почему же век-Мамай На нас так ополчился? И чем же наш несчастный край Пред Богом провинился? Да что тут думать и гадать? Сия беда не нова. Нам нужно срочно воскрешать... Димитрия Донского. Где ад, где рай, Где ад, где рай, Да что гадать? Давно пора, пора, пора Донское знамя поднимать.

8. IV. 1989

МЕТАМОРФОЗА-2

Обрядился в демократа Брежневский «пират», Комсомольская бригада Назвалась программой «Взгляд», Минздрав метнулся к Джуне, Атеисты хвалят Глоб, И бомбит жлобов с трибуны Самый главный в мире жлоб. Метаморфоза... Метаморфоза... Перестроились комсорги — В шоу-бизнес подались, И один из них свой орган Называет фирмой «ЛИС'С». Резко стал капиталистом Коммунист из Госкино: Вместо фильмов о чекистах Рекламирует «порно». Метаморфоза... Метаморфоза... Может, это и нормально, Может, так и быть должно: Все, что было аморально, стало не аморально. Перестроиться не сложно, Только вот ведь в чем беда: Перестроить можно рожу, Ну а душу — никогда. Метаморфоза... Метаморфоза...

10. IV. 1991

ПОЛУ-ГЛАСНОСТЬ

ПОЛУ-Гласность, ПОЛУ-так: ПОЛУ-ясность — ПОЛУ-мрак, То ли ПОЛУ-ПЕРЕ-стройка, ПОЛУ- то ли ПЕРЕ-крах. ПОЛУ-кругом голова. ПОЛУ-говорит Москва. ПОЛУ что-то показало, ПЕРЕ-ПОЛУ-указало. То ли где-то ПОЛУ-враг ПЕРЕ-всем нам, То ли друг, ПОЛУ-ПЕРЕ-как-то так, Так как ПЕРЕ-ПОЛУ-вдруг. Иногда сквозь ПОЛУ-стены Долетает до меня: «Ну а что вся это в целом?» В ЦЕЛОМ - ПОЛНАЯ...

19. X. 1988

СОБРАНИЕ В ЖЭКЕ

В нашем жэке № 5 Шло собрание опять — Обсуждали перестройку И куда ее внедрять. На трибуну вышел Сам И, прокашлявшись, сказал, Что пока что мы хреново Перестраиваемся. А затем последний съезд Процитировал нам весь, Речи, прения, доклады Зачитал как они есть. Про бригадный про подряд Все строчил, как автомат, Про согласность, и про гласность, И про все вообще подряд. Он ревел, как самосвал, И пыхтел, как самовар. Объявив нам в заключение: — Завтра будет семинар. При себе иметь тетрадь — Буду лично всех гонять По вопросам «Перестройки» И куда ее внедрять. Тут монтер Петрович встал — На лице его скандал Откровенно был написан — И спокойно так сказал: — Перестрелка, перестройка — Нас ничем не испугать, Мы народ довольно стойкий, Но до срока, вашу мать. Ты вот выдал директиву, В «Волгу» сел — и будь здоров, А какая перспектива Нам от этих громких слов? Что, изменят нам зарплату? Что, нам легче станет жить? Есть икру, ходить в театр, Отпуск в Ялте проводить? Я всю жизнь свою ишачу, А живу в такой норе, Что порой к иной собачьей Зависть прячу конуре. Я на ваши семинары Болт с резьбою положил, Я ни много и ни мало — Три режима пережил. Поначалу тоже вроде Верил в разные слова О заботе, о народе — Аж звенела голова! Ну и где забота, где же? Мне седьмой десяток лет, Ну а я еще и не жил, А уж впору на тот свет. Вы мне рот не затыкайте, Я вас слушал до конца, И не надо, не пугайте Выражением лица. Вы про гласность нам умело Толковали целый час, Ну, а как дошло до дела, Что, кишка тонка у вас? Ладно, хватит. Напоследок Я хочу сказать вам суть: Для того, чтоб сделать дело, Нужно людям дать вздохнуть. На заезженной кобыле Не уедешь далеко. Вы о нас совсем забыли, А кнутом хлестать легко. Вы на деле докажите, Что заботитесь о нас, Ну а мы уж, извините, Перестроимся без вас. Кончил. Дверью хлопнув, вышел, Больше слова не сказав. Мы все замерли, как мыши, Зная, что Петрович прав.

РОДИНА МОЯ

Я пробираюсь по осколкам детских грез В стране родной, Где все как будто происходит не всерьез Со мной. Надо ж было так устать, Дотянув до возраста Христа, Господи... А вокруг, как на парад, Вся страна шагает в ад Широкой поступью. Родина моя Скорбна и нема... Родина моя, Ты сошла с ума. В анабиозе добивает век Москва — дошла. Над куполами Люциферова звезда взошла, Наблюдая свысока, как идешь ты с молотка за пятак, Как над гордостью твоей смеется бывший твой халдей с Запада. Родина моя — Нищая сума. Родина моя, Ты сошла с ума. Восьмой десяток лет омывают не дожди твой крест, То слезы льют твои великие сыны с небес, Они взирают с облаков, как ты под игом дураков клонишься, То запиваешь и грустишь, то голодаешь и молчишь, то молишься. Родина моя Скорбна и нема... Родина моя, Ты сошла с ума. Родина моя — Нищая сума. Родина моя, Ты сошла с ума.

1989

БЫВШИЙ ПОДЪЕСАУЛ

Бывший подъесаул уходил воевать; На проклятье отца и молчание брата От ответил: «Так надо, но вам не понять», — Тихо обнял жену и добавил: «Так надо!» Он вскочил на коня, проскакал полверсты, Но как вкопанный встал у речного затона, И река приняла ордена и кресты, И накрыла волна золотые погоны. Ветер сильно подул, вздыбил водную гладь. Зашумела листва, встрепенулась природа, И услышал казак: «Ты идешь воевать За народную власть со своим же народом!» Он встряхнул головой и молитву прочел И коню до костей шпоры врезал с досады, Конь шарахнулся так, как от ладана черт, От затона, где в ил оседали награды. И носило его по родной стороне, Где леса и поля превратились в плацдармы... Бывший подъесаул преуспел в той войне И закончил ее на посту командарма. Природа мудра! и Всевышнего глаз Видит каждый наш шаг на тернистой дороге. Наступает момент, когда каждый из нас У последней черты вспоминает о Боге! Вспомнил и командарм о проклятье отца И как Божий наказ у реки не послушал, Когда щелкнул затвор... и девять граммов свинца Отпустили на суд его грешную душу. А затон все хранит в глубине ордена, И вросли в берега золотые погоны На года, на века, на все времена Непорушенной памятью Тихого Дона. На года, на века, на все времена Непорушенной памятью Тихого Дона.

1989

БАЛЛАДА ОБ АФГАНЦЕ

Он сидел за столом на гостиничном жестком диване, Наливая мне водку в единственный целый бокал, И внезапно спросил, почему я не спел об Афгане. Я ответил ему, потому что я там не бывал. — Почему не бывал? Гм... с концертом не звали, Ну, а так, без концерта, кому ж я там нужен такой? Молодой ветеран улыбнулся с оттенком печали, Прикурив сигарету единственной правой рукой. Я попел ему песни, а он мне без всякого лака Рассказал лучше книг и кино и про жизнь и про смерть. Так впервые почувствовал я, что такое атака И что значит столкнуться со смертью и не умереть. А потом его так понесло, что возникла опасность На свободе нам с ним эту трудную жизнь не дожить. Хоть у нас и была эта самая — как ее?. — гласность, Но за Ленина и Горбачева могли посадить. Молодой ветеран был душою смертельно изранен И тяжелою ношей под сердцем обиду носил. Он, прощаясь, сказал: «Хорошо, что ты не был в Афгане». Ну, а мне показалось, что я там все-таки был.

6.П.1991

ДЕД ЕГОР

Мечты, мечты! Где ваша сладость?

А. С. Пушкин

ЧАСТЬ I

1). Проследив за изменением формаций И за бешеным скачком цивилизаций К краю пропасти духовной деградации, Дед Егор, устав, махнул на все рукой. И, расставшись с сумасшедшею мечтою Сделать мир единой братскою страною, А людей великой, дружною семьею, Он безудержно ударился в запой. Пребывая в состоянии прострации, Дед не верил больше средствам информации, Демонстрации считал мистификацией, А над лозунгами просто хохотал. И порою, может, просто смеху ради, он Передразнивал вещающих из радио. И единственной душевною отрадою Дед считал вином наполненный бокал. 2). Но однажды с ним случилась непредвиденность: Бросив пить и перестав ругать действительность И сменив былую мнительность на бдительность, Дед Егор себя по-странному повел. До того все это было удивительно, До того все это было возмутительно, Что друзья его подумали решительно, Что Егорушка совсем с ума сошел. Но никто не мог понять душою чистого, В прошлом честного, но опального чекиста, Альтруиста, коммуниста, гуманиста. А вопрос был прост, как шляпка от гвоздя: Из надежного канала информации Дед узнал, что путь к другим цивилизациям Ищут мощные космические станции, Позывными черный космос бороздя. И, подумав, дед решил: «Цивилизацию От духовной, безнадежной деградации И от общей, в общем, милитаризации Можно все-таки избавить и спасти». Выход найден. Только надо непременно, Чтоб сигналы эти приняла Вселенная, И на помощь устремилась к нам мгновенно, И как можно раньше нас смогла найти. «Прилетят инопланетные товарищи И помогут всем нам сразу стать товарищами, Ну, а тех, кто называл себя товарищами, Ядовитые припрятав в сердце жалища, Те товарищи сумеют наказать». Так он думал, изучая небо звездное, В ожидании товарищей из космоса, И весной, и летом, и зимой морозною, И спросонья, и когда ложился спать.

ЧАСТЬ II. СОН ДЕДА ЕГОРА

1). Три солнца медленно вставали над планетой, Кипящим золотом струясь в вершинах гор. В зеленом небе показалася ракета, Внутри которой находился дед Егор. Дрожа всем телом от внезапного волненья И нажимая что есть мочи на штурвал, Глядел на странную планету с изумленьем И ровным счетом ничего не понимал: «На первый, беглый взгляд планета как планета, Но почему над ней три солнца и моря Вишнево-красно-перламутрового цвета И черно-белая свинцовая заря?» А под крылом ракеты что-то копошилось. И космонавту показалось, что скала В туманном мареве враждебно притаилась И недвусмысленно шипела и ждала, 2). Дед не ошибся — той скалой маскировался На протяжении порядка сотни лет И властью страшною своею упивался Как черт прожорливый и хитрый людоед. И в тот момент, когда корабль опустился, Тиран раскрыл замаскированную пасть, Повел ушами, разогнулся, распрямился И не замедлил, гад, на дедушку напасть. Тут завязался между ними бой неравный. Тут разыгрался между ними страшный бой — Священный бой — не ради денег или славы, А ради жизни на планете, пусть чужой. Тут пригодилась деду бывшая сноровка, Натренированная в органах ЧК, И без нагана, без тачанки и винтовки Дед укокошил-таки лютого врага. 3). И тут же с гор ликующей толпою Какие-то букашки вниз сползли И сразу же на месте поля боя Героя в короля произвели. Разделавшись с угрозой всей планеты, Немного отдохнув, набравшись сил И разобрав и закопав ракету, «Король», помедля, к делу приступил. Путем усиленных и долгих тренировок К заветной цели через тернии шагал И всем наукам (даже трудной хатха-йоге) Он тех букашек бестолковых обучал. И, не давая ни себе ни им поблажек Ночами долгими и в жарком пекле дней, Из этих самых недоразвитых букашек Он сделал в меру образованных людей. 4). Три солнца то вставали, то садились, И пролетали над планетою года... Крупнейшие заводы возводились И строились большие города. И не делилась, не дробилась та планета На государства, на системы и миры, И всем на ней хватало воздуха и света, И всем на ней хватало мяса и икры. И всем хватало мест в больших театрах, И всем хватало комфортабельных квартир, И всем хватало на сегодня и на завтра, И всем хватало на большой и прочный мир. И характерно, что без всякой агитации И без надуманных искусственных систем, Без демонстраций и других нелепых «акций» Народ трудился там на совесть. Вместе с тем Не подтасовывались нагло в прессе факты, За слово правды не ссылались в рудники, И не подписывались пакты и контракты, Поскольку все друг другу были — земляки. Сам дед Егор в великолепном был настрое: Повеселел, помолодел, набрался сил... Ну наконец-то он прекрасный мир построил, Мечту заветную в реальность воплотил. 5). Вот над планетой пронеслись десятилетья, И дед Егор все чаше в небо устремлял Печальный взгляд и о родной своей планете С глубокой грустью и любовью вспоминал. Он вспоминал (а по лицу катились слезы) Несчастной родины своей усталый лик, Где проводами обожженные березы Глядятся в муть плешивых рек. Но не до них Живущим в праздной суете дегенератам — Лжепокорителям природы и небес. У них проблемы поважней — им очень надо План выполнять и двигать атомный прогресс. И успевать мешать друг другу развиваться В духовном плане, и в стремленье оболгать Систему чуждую, губить цивилизацию И чьи-то глупые идеи утверждать, Копить оружие, чтобы защищать законы, Законы — выгодные кучке подлецов, Что прикрываются идеей благородной И подтасовывают мысли мудрецов... Катились слезы по щекам Егора впалым, Воображение влекло его туда, Где безнадежно и покорно погибало Его отечество. И, бросив все тогда, Он откопал свою нехитрую ракету, Заправил двигатель горючею водой и... Долго таяла Счастливая планета В иллюминаторе снежинкой золотой. 6). И вернулся. Приземлился. Разобрался. Огляделся. Присмотрелся и... присел. Разошелся, расходился, разругался, Сел в ракету и обратно улетел. 7). На земле все шло без всяких изменений: Две системы, как в глухую старину, Несмотря на смену многих поколений, Меж собой вели холодную войну. И по-прежнему — коррупция и взятки, И по-прежнему — обманутый народ, И по-прежнему в газетах все в порядке, Ну, а в жизни все совсем наоборот. И так далее, и так далее, и так далее. Вот причина, по которой дед Егор, Нажимая что есть мочи на педали, Улетал опять в космический простор.

1 2 3 4 5 6 7 8 9-22

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Игорь Тальков. Стихи и песни

Талькова Татьяна

Шрифт: