Игра до победы
Шрифт:
– Триша, мне бы очень хотелось сказать что-нибудь такое, что утешило бы тебя. Но тут ничего не скажешь. – Лес не поднимала глаз, разглядывая свои руки.
– И я не могу вести себя как хороший спортсмен, который, проиграв, поздравляет противника, и сказать, что я рада за тебя. Ну, дескать, лучший мужчина… достается достойной женщине… побеждает сильнейший и всякую такую чушь. Это совсем не то, что я чувствую.
– Я не ожидала, что ты это скажешь.
Триша вновь подошла к дивану и села, двигаясь так, словно на плечах у нее лежала непомерная тяжесть. Она наклонилась вперед и оперлась локтями о колени, словно ей было нелегко выдерживать вес тела.
– Наверное, мне так тяжело еще и потому, что я понимаю: теперь ты и папа никогда уже больше не будете вместе. После того, как ты завела любовную связь с другим мужчиной, он не захочет вернуться обратно. Если бы ты ждала его, то может быть…
– Ты понимаешь, что ты говоришь? – нахмурилась Лес. – Значит, ты думаешь, если бы он пожелал вернуться, я тут же должна была простить его и забыть, что он бросил меня, чтобы жениться на другой женщине? Но мне он другого мужчину простить не может. Куда же подевались все твои современные взгляды, твой протест против двойных стандартов?
– Это не я так думаю, а отец, у которого до сих пор сохранились старомодные взгляды. Я знаю, что именно так он и видит отношения мужчины и женщины, – объяснила Триша и хмуро замолкла. – Все равно это не имеет никакого значения. Папа не собирается бросать Клодию, особенно сейчас, когда появился ребенок.
– Ребенок, – пробормотала Лес.
– Да. – Триша подняла нa нее глаза. – Я считала, что ты уже знаешь. Теперь у меня есть новый братец, Аллен Томас. Он родился прошлой ночью. Па присутствовал в родильной палате. Стоило послушать, какой у него был голос, когда он позвонил мне сегодня утром. Он говорил так, словно младенца родил он сам, а не Клодия.
Лес не могла не вспомнить, что Эндрю даже в голову не пришло остаться с ней, когда она рожала Роба и Тришу. И она поняла, что он сильно изменился.
– Я рада за него, – сказала она. – Именно так и должно быть.
– Честно говоря, я отчасти и приехала так рано, чтобы успеть посмотреть на своего новорожденного братца. А сюда заглянула, чтобы взять свою машину. – Триша замялась и глянула на чемоданы, которые Рауль оставил стоять в гостиной. – Думаю, будет лучше, если я останусь на выходные у папы.
– Уверена, что он будет рад. – Лес огорчало, что Триша испытывает подобные чувства, но она понимала: дочери понадобится немалое время, чтобы свыкнуться с новой ситуацией. – Когда увидишься с Эндрю, передай ему мои поздравления.
Вскоре после того, как Триша уехала, в сводчатом проходе в гостиную появилась Эмма Сандерсон.
– Здравствуйте, Эмма. Были за мое отсутствие какие-нибудь звонки? – спросила Лес, гадая про себя, как много из ее разговора с Тришей успела услышать секретарь.
– Ничего важного.
Негромко стукнули створки французских дверей, Лес оглянулась и засмотрелась на то, как Рауль входит в гостиную. Она увидела на его лице вопросительное выражение и, спохватившись, вспомнила о стоящей рядом секретарше.
– Рауль, ты, конечно, помнишь вашу встречу с Эммой в Париже, не так ли? Она мой секретарь и мажордом – могу сказать, мой Эктор…
– Помню. Как поживаете, миссис Сандерсон? – кивнул Рауль.
– Благодарю вас, отлично. Добро пожаловать во Флориду, мистер Буканан, – с вежливой улыбкой ответила Эмма.
– Я разберусь со своими звонками попозже, Эмма, – сказала Лес, давая понять, что та может идти, подождала, пока секретарша вышла из комнаты, а затем повернулась к Раулю.
– Я видел, как Триша уезжала на своей машине, – сказал тот.
– Да, она останется на этот уик-энд у своего отца. Однако со временем все это уладится. Мы расстались с ней в относительно хороших отношениях, – добавила она быстро, чтобы показать Раулю, что не огорчена и не озабочена.
Внезапно ее охватило беспокойство. Понравится ли Раулю место, где он будет теперь жить? Лес нервно сложила ладони, слегка потерев их одна о другую.
– Что тебе сейчас хочется? Выпить немного? Или, может быть, лучше я сначала покажу тебе дом, чтобы ты мог сразу расположиться?
– Посмотрим дом. – Рауль поднял чемоданы, стоящие у его ног.
– Там столовые, а позади – кухня.
Лес указала в сторону комнаты, через раскрытую дверь которой виднелись полированный стол и стоящие возле него стулья, затем быстро двинулась ко входу в бывший кабинет Эндрю.
– Это библиотека.
Она открыла дверь, чтобы Рауль мог взглянуть вовнутрь. Без юридических книг Эндрю и без прочих его вещей и безделушек библиотека выглядела немного пустынной и голой.
– Я подумала, что ты, может быть, захочешь использовать эту комнату как кабинет, где ты мог бы работать.
И не дожидаясь, пока он ответит на ее предложение, Лес отошла от двери и поспешила в фойе. Ее одолевало детское нетерпение. Хотелось побыстрее показать Раулю свой дом. Отчасти из гордости за свое жилье, а отчасти из потребности убедиться, что оно ему понравилось. Пусть он ничего не говорит, покуда не увидит все…
– Ты можешь оставить свои вещи внизу у лестницы, мы вернемся за ними потом, – предложила она, подождала, пока он поставит чемоданы у резной балясины перил, затем взяла за руку и повела в холл, над которым возвышалась галерея.
Не входя в двери «утренней» комнаты, Лес остановилась, мельком глянув на седовласую женщину, сидящую за письменным столом в алькове.
– Эту гостиную мы зовем «утренней», и ты, как правило, можешь найти меня здесь. Мы с Эммой используем ее как кабинет. Эммины комнаты вон там – в конце этого холла.
Все еще держа Рауля за руку, она повела его дальше, к сводчатому выходу.
– Спальни Триши и Роба находятся вон там, под другой галереей. Там же и спальни для гостей.
Они вернулись обратно к дубовой лестнице, и Лес выпустила руку Рауля, чтобы он смог взять свой багаж. Она легко взбежала по ступенькам впереди него и открыла дверь, ведущую в ее собственные комнаты. Войдя в гостиную, остановилась и придержала дверь, пока Рауль вносил в комнату свои чемоданы.
– Вот здесь я и живу. – Лес пошла прямо в свою комнату, словно второй спальни, принадлежавшей прежде Эндрю, вовсе не существовало. – Я освободила шкафы, чтобы было место для твоих вещей. И два выдвижных ящика в комоде – пустые. Если тебе понадобятся еще ящики, я велю передвинуть сюда комод из другой спальни…
Лес вдруг сообразила, что тараторит без остановки, и разом умолкла. Обернувшись, она увидела, что Рауль оглядывает комнату. Медленно опустил чемоданы на пол. Затем перевел взгляд на ее кровать, и Лес впервые за это утро ощутила неловкость.