Чтение онлайн

– Я не скажу никому, даже Россу. Не хочу сама подавать ему подобную идею, – беспечно пошутила Мэри.

– Спасибо, – слабо улыбнулась Лес.

Она вновь посмотрела на пляж. На то место, где только что видела Эндрю. Он уже выходил на берег. Лес наблюдала, как муж развернул махровое пляжное полотенце, вытерся досуха, затем перекинул полотенце через шею и зашагал к расположенному поблизости от дома строению – домику для отдыха, где имелись душевые.

Заметив Лес, стоящую на веранде, он помахал ей рукой, а затем, сложив ладони рупором у рта, прокричал:

– Я хочу принять душ и переодеться! Давай потом выпьем по рюмочке!

Лес помахала ему в ответ, и Эндрю исчез в душевой.

Кажется, сейчас ей стоит попытаться сделать шаг к примирению.

– Я приготовлю что-нибудь выпить и отнесу ему вниз, – сказала Лес.

– А я просто постою здесь и еще немного понаслаждаюсь спокойствием, – ответила Мэри.

Смешав пару коктейлей в баре, помещавшемся в игротеке, Лес начала спускаться по крытой внешней лестнице, соединявшей домик на берегу с главным домом. На ногах у нее были пляжные сандалии на резиновой подошве, и она почти бесшумно ступала по широким ступеням, стараясь идти как можно медленнее и осторожнее, чтобы не расплескать стаканы, которые держала в руках.

Она добиралась до домика для отдыха почти целую минуту. Открыв заднюю дверь и войдя, Лес приостановилась, чтобы закрыть за собой дверь, и тут услышала, что Эндрю с кем-то разговаривает. Но, как ни странно, когда он замолкал, никто ему не отвечал. Говорил он один. Озадаченная Лес оставила дверь приоткрытой и спустилась дальше по ступеням, покрытым толстым ковром и ведущим в комнату для отдыха.

Эндрю стоял к ней спиной. Он был одет в махровый халат, с плеча свисало полотенце. Лес бросилась в глаза телефонная трубка в его руке, и она тут же поняла, почему слышала только его голос. Невольно она стала прислушиваться к тому, что он говорит.

– Конечно, – проговорил Эндрю, помолчал немного, затем добавил: – Непременно буду. Пока.

Теплота его голоса, интимность тона сказали Лес гораздо больше, чем ничего не значащие слова, которые он произносил. Когда он повесил трубку, Лес пылала от ярости.

– С кем это ты только что говорил?

Ее требовательный голос резко прозвучал в тишине, и Эндрю, вздрогнув от неожиданности, обернулся с виноватым видом. Однако он быстро нашелся.

– Кто-то ошибся номером. Звонили и спрашивали каких-то Карлайлов.

– Лживый негодяй! – вне себя от гнева выкрикнула Лес и бросила стакан ему в голову. Брызги спиртного и кубики льда разлетелись в разные стороны. Эндрю увернулся, и пустой стакан с грохотом разбился о стенку, осыпавшись на пол стеклянными осколками.

– Лес, Бога ради…

Но она не хотела слушать ничего из того, что он собирался сказать.

– Ты звонил ей, так ведь? Это была Клодия, верно? – Лес вся дрожала от переполнявшего ее возмущения.

– Лес, я говорил тебе…

– Я знаю, что ты мне говорил.

Через стеклянную переднюю стену комнаты отдыха до нее, как сквозь вату, доносились отдаленные детские крики и смех. Эти звуки вернули Лес к действительности. Она вспомнила, где они находятся, и сообразила, что в любую минуту к ним сюда может войти один из родственников, решивший выпить или принять душ. Усилием воли Лес взяла себя в руки.

– Ладно! В любом случае сейчас не время и не место обсуждать наши отношения. Подождем, пока уедут Роб и Триша. Тогда мы и поговорим.

– Думаю, это разумно, – осторожно согласился Эндрю.

– Но только помни одно, Эндрю. Если ты не можешь избавиться от нее, то я смогу.

Она поставила второй стакан на стол, не расплескав его содержимое, и, держась напряженно и прямо, подошла к раздвижным дверям, ведущим на пляж. Наполовину раздвинув их, Лес остановилась и обернулась через плечо.

– Позвони одной из служанок, чтобы прибрала разбитое стекло.

Она вышла из душевой и зашагала вниз к воде. Соленые морские брызги, доносившиеся с океана с ветром, жгли ей глаза.

Лес вышла из конюшни и двинулась через внутренний дворик с бассейном посредине. В руках она держала перчатки для верховой езды, шляпу и хлыст. Как приятно было чувствовать физическую усталость, расслабленность во всем теле… Лес приподняла над шеей массу тяжелых светлых волос, чтобы теплый ветерок освежил кожу, затем потрясла головой, и волосы вновь свободно упали ей на плечи.

Ранний вечер, пока солнце не зашло и выпадающая к ночи роса еще не сделала траву скользкой, – пожалуй, самое лучшее время для тренировки лошадей Роба. А работать с ними приходится много. Даже с самыми лучшими пони для поло, получившими отличную подготовку, необходимо постоянно снова и снова повторять основы – остановки, попятное движение и повороты, – чтобы исправить любые дурные привычки, которые может приобрести лошадь. Занятия вроде сегодняшнего требовали от Лес полного сосредоточения и не оставляли времени думать о своих проблемах или испытывать жалость к себе. Работа с лошадьми стала для нее в последнее время чем-то вроде своеобразной терапии.

А сегодня она нуждалось в подобном лечении еще более, чем когда-либо. Нынешним утром Роб и Триша разъехались по своим школам, а это означает, что сегодня вечером ей придется выяснять отношения с Эндрю. Надо наконец расставить точки над «i». Тем или иным путем Клодии Бейнз придется уйти из их жизни.

Французские окна в гостиной были открыты, и Лес вошла в дом через них. Она уже успела пройти по комнате три шага, когда услышала позвякивание льда в стакане и краем глаза уловила какое-то движение. Лес резко остановилась и обернулась. Войдя с улицы, где полыхал слепящий свет заходящего солнца, она не сразу освоилась в относительно темной комнате.

– Эндрю? – Она с удивлением различила знакомую фигуру. – Что ты делаешь дома так рано? – Затем ей в голову неожиданно пришел вопрос: – Где твоя машина? Ее не было в гараже.

– Я оставил ее перед домом. – Эндрю так и остался стоять за баром, где она его застала. Его загорелое лицо озабоченно нахмурено. В руке он держал стакан, раскручивая его содержимое круговым движением.

– Ах так… – во всяком случае, это объясняет, почему Лес не видела его коричневого «Мерседеса».

– Настало время наконец нам поговорить, Лес, – объявил Эндрю.

– Согласна, – Лес бросила свои принадлежности для верховой езды на мягкий стул и подошла к бару, засунув руки в карманы бриджей. – Так больше продолжаться не может.

– Я тоже пришел к такому решению. – Он отпил из своего стакана. – Кстати, я отослал повара домой. И я знаю, что у Эммы сегодня выходной день, так что считаю, что нам лучше поговорить, пока мы дома одни.

– Да, так, возможно, лучше. – Лес надеялась, что их разговор не превратится в бурную перепалку с криками и битьем посуды.