Чтение онлайн

Мужчина тут же опустил глаза в пол и замялся. Снова поднял взгляд, догадался что я жду от него ответов, и не хотя сообщил.

– Да надругались над нею. Говорил не бродить ночью одной, а дура эта! Ц! Теперь и замуж не возьмет такую никто. И на лице у нее ожог оставили, поглумились господа на славу.

Посыльный досадно сплюнул, снова взглянул на меня, но я ждала продолжения. Пока не особо поняла, в чем собственно проблема. Никогда не поверю, что служанок исключительно красивых на работу принимают. Девушку было жалко, я уже знала, что приглашу ее на разговор, однако мне хотелось услышать историю до конца.

– В общем это, мы точно то не знаем. Но ведь не исключено, что понесла она. Историю эту уж все слышали, а брать к себе брюхатую не хочет никто из господ. Увольнять то их нельзя, уж так король повелел. Дык ведь может и обошлось все, а рисковать никто не хочет. Да ладно уж, сам понимаю, что и вам такая головная боль сейчас ни к чему. Вы меня простите госпожа, не хотел я вас беспокоить, да уж больно душа за девочку болит, подумал отчего ж и не спросить вот.

– Рада, что спросили. Пускай приходит завтра к обеду, и рекомендации с предыдущих мест работы пускай с собой возьмет. Обещать ничего не стану, но пообщаюсь с удовольствием с вашей племянницей.

– Госпожа! Благодарю вас! Вы не пожалеете, вот чем хотите могу поклясться!

На этих словах мужчина раскланялся и поспешил покинуть поместье. А я вдруг решила, что погода очень хорошая и пора бы прекращать сидеть взаперти, и отправилась изучать сад рядом с домом. Последние две ночи, как мне выдали снотворное, я начала высыпаться. Не знаю, что за чудо средство и из чего его делают, но сны мне перестали сниться вовсе.

Карла пришла ко мне на следующий день вместе с рекомендациями. Очень извинялась, что с последнего места нет ничего, так как ее выгнали за непотребное поведение.

Девушка меня удивила. Она была слишком честной в своих ответах, словно тем самым бросала вызов и мне и всем, кто не захотел брать ее на работу. На щеке у нее действительно был ожог. Стоило мне задержать на нем взгляд, рука тянулась к шее, проверить свой собственный, приходилось себя одергивать. Я итак знала, что на его месте осталась лишь тонкая белесая полоска. Если не приглядываться, заметить было сложно, однако под пальцами явно ощущался шрам.

В целом все мои шрамы превратились в такие полоски. Тонкие, белые. Доктор при осмотре не выказал удивления, и я сделала вывод, что это не результат действия моей магии, а всего лишь ожидаемый эффект от мази, которую мне выдали.

Когда поинтересовалась у Карлы, почему она такой мазью не пользуется, чтобы сделать шрам менее заметным, она поджала губы и отвернулась, а мне захотелось треснуть себя по лбу. Откуда у нее деньги на такое снадобье. Одна баночка стоила пять серебряных монет, я уже знала, что для прислуги это слишком дорогая цена. Они такую плату получали за месяц, а ведь еще жить на что-то надо.

Извинившись за свой бестактный вопрос, попросила ее рассказать, что она умеет и чем готова заниматься.

– Госпожа, вы в самом деле готовы меня взять или общаетесь со мной, лишь потому что дяде пообещали? Если второе, то не стоит вам тратить на меня свое время.

Такая юная и такая серьезная. Пожалуй, если бы не этот шрам, действительно была бы красавицей. Рыжие кудряшки волос, мягкие карие глаза, веснушки. Черты лица аккуратные и очень мягкие, как у куколки. В ее словах я не чувствовала обиду или злость. Скорее уж горечь от объективной оценки своего положения. Девушка была до крайности честна со всеми, включая и себя саму. Что ж, на честность, надо отвечать честностью.

– Я пока не готова тебя взять Карла, я еще не на все свои вопросы получила ответы, однако я действительно рассматриваю такой вариант. – девушка слегка поджала губы и отвела взгляд, не поверила – Могу я быть с тобой откровенна, Карла?

– Конечно, Госпожа.

– Я вообще никого не хочу видеть в этом доме, однако знаю, что так не принято, да и самой следить за домой будет сложно. – я взяла паузу, чтобы сделать медленный вдох и выдох и решила все-таки быть откровенной до конца – Ты наверняка слышала, что не так давно в этом доме произошла страшная трагедия, после которой я сама чудом осталась жива. Мне до сих пор страшно находиться в этом доме одной, но и впустить сюда кого-то еще мне страшно. Ночами меня мучают кошмары, а днем я пока больше похожа на собственную тень. Помимо всего прочего, я лишилась памяти. Не всей конечно, но многое теперь кажется мне чужим и незнакомым, в голове до сих пор каша и меня часто мучают головные боли.

– Бедная Госпожа, это же ужасно! Ой. Простите, так невежливо с моей стороны. Продолжайте, прошу.

Девушка и впрямь распереживалась, карие глаза казались влажными, а рот приоткрылся в удивлении.

– От чего ты так переживаешь Карла? Я вовсе не ожидала тебя шокировать, хотела лишь объяснить свои ожидания.

– Конечно Госпожа, я понимаю. Просто я слышала про тот случай, да весь город слышал. Но то обычные сплетни, жуткие, но как будто далекие от реальности. А тут вдруг осознала, что вам и правда довелось все это пережить и не сдержалась, жалко вас очень стало.

Удивительно, она вообще говорит все что думает.

– Карла, я знаю, что и с тобой недавно произошло несчастье.

Девушка вздрогнула и поникла.

– Так ведь то со мной, кто я, а кто вы. Вы же вся такая красивая, хрупкая, что статуэтка фарфоровая. А я-то обычная.

Разговор складывался как-то не так. Видела, что девушка начинает замыкаться, видать переживала, что я тоже испугаюсь ее возможной беременности и откажу в работе. Нужно было срочно возвращаться в нужное русло.

– Карла, прости меня. Я не хотела тебя обидеть, и я думаю нам обеим просто очень не повезло. Да и уверена, что мы обе с этим обязательно справимся, поверь, я тоже не такая уж хрупкая.

– Конечно-конечно! Простите Госпожа, я совсем не то хотела сказать!

– Я знаю, не переживай. Я все это к чему начала. Я бы хотела первое время нанять только одного человека в услужение. И за домом следить и готовить. В еде я неприхотлива, несколько блюд на столе мне не нужны. А вот покой и тишина в доме очень даже. К тому же не хочу каждый свой шаг раздумывать, вдруг что сделала не так. Все-таки я еще не совсем пришла в норму. Позднее, может через месяц, мы обязательно возьмем к себе еще прислугу, а тебя, если хорошо будешь справляться, повысим до домоправительницы – видя ее удивленный взгляд, поспешила продолжить – конечно, я понимаю, что это очень большая нагрузка для юной девушки, но обещаю, что долго мое затворничество не продлится, а твои труды мы обязательно отобразим в оплате. Скажем, один золотой в месяц тебя бы устроил?

– Госпожа, да побойтесь Бога! Кто ж такие деньжищи прислуге платит?! А что работать много придется, так я выносливая и старательная! И готовлю я вкусно, и убираться буду тщательно! Да к тому ж меня никто кроме вас и брать то не хочет, боятся, что я беременная окажусь, тогда меня и выгнать нельзя будет…

Вот же бестолочь, зачем спорить то? Почувствовала, что на сердце как-то потеплело от этой непосредственной и искренней девочки.

– Карла, человеческий труд должен оплачиваться по достоинству. А то, что ты могла понести, это ведь еще не известно. А даже если и так, мы как-нибудь управимся. Когда ты готова будешь приступать?