Игра на двоих
Шрифт:
Очень уютно.
— Это место похоже на тебя.
— Люблю его. Здесь много было написано и сделано. Это мое место, и здесь я чувствую себя спокойно и под защитой…
Что-то меня настораживает в словах Маши. Она немного ежится. И я понимаю: что-то она не договаривает. Но готова ли открыться сейчас?
— Маша, думаю, что нам нужно поговорить.
— Я тоже так думаю. Но мне не хочется рушить этот вечер дурными воспоминаниями.
— А я не привык заметать под ковер и бежать от разговора. Я расскажу о себе, а ты уже сама решишь — довериться мне или нет. Тебя не тороплю.
Маша немного расслабляется. Веду ее к дивану и усаживаю. Сам – напротив, придвинув кресло.
— Маш, Астахов.
Она закатывает глаза и, видимо, пытается выдохнуть и дышать ровнее.
— Мы с ним были в одной тусовке. Я только начал строить свой бизнес, мне было лет двадцать шесть тогда. Астахов уже чего-то достиг. На одной из общих встреч я познакомился с Леной, у нас закрутилось. Пару месяцев встречались. Как оказалось позже, Астахов давно положил на нее глаз. Потом мы с Ленкой расстались. По ее словам, я не был «птицей ее полета». Да и, если честно, с психикой у нее явно были проблемы, поэтому я был рад этому разрыву. Короче, она переключилась на Астахова. Вышла замуж, забеременела. Где-то через полгода мы пересеклись на одном из деловых ужинов, обменялись парой фраз. Она уже была на третьем месяце. Астахов приревновал без повода. Разразился скандал. Ленка уехала на машине в дождь. ДТП. Их не спасли. Астахов винил и винит меня. Набросился прямо там. Три ножевых на мне. За ним — срок. Он вообще башкой поехал.
— Вот же ж!
— Он больной. У него и так с психикой всегда был капец, но в тюрьме вообще сорвало крышу… Его несёт… За себя не переживай. Со всех сторон тебя и твою семью держат под контролем: и я, и Матвеев.
— А что с тобой?
— Астахов ко мне не сунется. Сам скоро себя до края доведет. Он уже под прицелом у полиции — он же не только на меня охотится, другим тоже нагадить успел. Так что это вопрос нескольких дней: либо психушка, либо тюрьма, либо…
— Ты знал, что он за нами следил, когда мы были в ресторане? Он мне цитировал наши слова…
— Вот больной ублюдок! Извини, Маша. Я решу. Это хорошая зацепка. Знаю, что он приходил к тебе. Он напугал тебя?
— Он скорее напомнил… и это напугало.
Маша тушуется и замолкает. Девочка моя, да что же произошло с тобой?
— Расскажешь?
— Нет. Не сейчас. Нет… — Маша выставляет руки в жесте «не трогай, не прикасайся».
Я поднимаю ладони:
— Сдаюсь. Маш, не поднимаем тему, если ты не готова.
— Еще Астахов бред нес про то, что всё сгорит, и поднес зажигалку к моему лицу. Этого я вообще не поняла.
Я задумываюсь. Нет, не мог он. Он тогда был в тюрьме, за ним там наблюдали. Видимо, ублюдок таким образом хотел просто запугать — и всё.
В комнате повисает молчание.
— Сергей, Астахов как-то связан с нашим проректором Кротовым, а тот — друг Бориса Юрьевича Котовского, того, на чье место назначили меня… Мне показалось это странным.
— Я решу. Маша, ты не думай больше об этом. Я здесь, и всё под контролем. — Думаю, что надо как-то сводить эту тему на нет. Слишком для Маши она болезненна. — Маша, но я же не Петруша и не Арсений-хомяк… Я не убегу. Это проблемы из моего прошлого, и они тебя не коснутся.
Видимо, моя шутка не зашла, или Маша слишком глубоко ушла в себя. Она поднимает на меня глаза — такие доверчивые, открытые.
— А если и у меня есть проблемы, и они не обойдут тебя? Заденут, замарают?
— Нет, девочка. Я всё решу, Маш…
— А если не захочешь решать?
— Доверься мне…
— Не обещай. Не вселяй в меня надежду, не хочу разочаровываться…
— Хорошо. Не буду обещать. Буду делать. Когда ты будешь готова, расскажешь мне?
Маша скомканно желает мне спокойной ночи и, показав, где лежат плед и подушка, оставляет меня одного.
Что же произошло с тобой, девочка?
Пока есть возможность, звоню своим безопасникам по поводу ресторана, Кротова и Котовского. Пусть роют. Связываюсь напрямую с юристом — пусть начинают процесс…
Глава 28 – «Тещины вечёрки» по Кармацки
Маша
Иду спать в комнату к Дашке.
Слова Сергея относительно Астахова, всей этой ситуации и даже меня немного успокаивают. Он так уверен и спокоен, что невольно и я немного выдыхаю. Быстро проваливаюсь в сон и сплю до самого утра.
Будит меня запах блинов и щебетание девчонок на кухне. Встаю и застаю очень, очень странную картину.
Кармацкий с моей бабулей на пару жарят блины.
Он залихватски распределяет тесто по сковородам, а потом с легкостью переворачивает блины одним движением. Бабушка строго осуществляет контроль. Сонька и Наташка улюлюкают и показывают ему большой палец вверх. Мама с дедом сидят за большим столом и пробуют первые, которые совсем не комом…
Странь! Я всё еще сплю?
Девчонки тоже присоединяются к маме за столом… Смакуют блины. Идиллия.
Сергей замечает меня первым:
— Вот и наша принцесса. Хорошо спала?
Что-то пропустила? Откуда взялась «принцесса»?
Угукаю в ответ и присаживаюсь ко всем. Последняя партия блинов готова, и наши «пекари» тоже присоединяются к нам. Бабуля в восторге.
— Маша, Сергей феерично печет блины. Попробуй, детка.
— Вы мне льстите, — говорит Сергей. — Просто это единственное из нормальной еды, что я умею готовить. Ну, может, еще яйца пожарю и макароны сварю. Шашлык…
Дед сразу встает на защиту потенциального зятя:
— Правильно, мужик должен уметь готовить. Чтобы и сам был сыт, и товарищи.
Бабуля смеется:
— И это говорит человек, который и пельмени не отварит!
— О! Наговаривать-то! А мангал? А плов?
— Сдаюсь. Николай — кулинар от бога!
Все смеемся.
Завтрак проходит легко. Сергей предлагает завезти меня домой, поскольку маме с девочками в другую сторону. Все соглашаются, и ближе к обеду мы отправляемся. Машины Матвеева нет, Дашки тоже. Видимо, ночью они всё же уехали.
Дед крепко пожимает Сергею руку.
Кармацкий достаточно тепло прощается со всеми.
Я обнимаю родных. Бабуля шепчет мне на ухо:
— Хороший! — и подмигивает…