Чтение онлайн

–  Предложения есть. Например, ты не знаешь что за ранение у товарища Сталина? Может этот врач из будущего, Алексей который, помочь сможет?

–  Он же терапевт, а не хирург. А у товарища Сталина раздроблена лопатка, пуля застряла в правом легком.

–  Вот видишь! А при таких ранениях самое опасное это послеоперационные осложнения, воспаления всякие. Помнишь, что у бухгалтерши в сумочке маленькая дорожная аптечка была?

–  Точно была! Сейчас вспомню: свечи от геморроя, глазные капли, "Темпалгин" - обезболивающее, "Метронидазол" - от зубов, "фталазол" - от поноса, "Бисептол" - от ангины и бронхита, пластырь мозольный, пластырь бактерицидный… Вроде все? Примерно треть мы отдали на анализ, остальное пока тут, в сейфе пылится. Только чем нам это поможет? Геморроя и поноса у товарища Сталина нет. Впрочем, я в медицине не спец. С врачом больше Игорь Жуков занимался.

–  Я тоже не спец, но инженер говорил, что "Бисептол" хоть и не их хваленый антибиотик, но нечто вроде того. Им и воспаления легких лечат, и всякие другие воспаления.

–  Здорово! А ты уверен?

–  Уверен, не уверен, врач-то здесь. Сходи к этому Алексею да спроси, невелик труд.

–  Схожу, - кивнул головой Вадик, - а нас потом пустят к товарищу Сталину с этими таблетками? Правды ведь не сказать. А ну как подумают, что мы его отравить хотим? Власик сейчас своей тени боится.

–  Вот и придумай что соврать! Должен уже и поднатореть в составлении "легенд".

–  Хорошо, попробую. А ты что делать будешь?

–  Схожу с инженером посоветуюсь, может чего и подскажет.

–  Пустая трата времени, мне кажется, ЭТИ в наших делах не разбираются. Прямо как дети малые.

–  Возможно, ты и прав, но инженер потолковее других будет и многое помнит.

Когда Сергей зашел в комнату, инженер стоял у окна и видимо наблюдал за бойцами на улице. На стук двери обернулся с явно недовольным видом.

–  Что вам надо?
– кисло поинтересовался он, узнав Сергея.

–  Бросьте товарищ Прутов, не надо из себя разыгрывать оскорбленную невинность. Не время сейчас для этого. Обидами потом посчитаемся, а пока надо кое-что обсудить.

–  Неужели? Видимо здорово приперло? Хватай мешок вокзал отходит?

–  Нечто вроде этого, - дипломатично сказал Сергей, испытывая сильное желание хорошенько взгреть наглого шпака.

–  И что у вас случилось? Судя по этой суете, - инженер кивнул в сторону окна, - нечто экстраординарное. Очередной троцкистский заговор? Военный мятеж? Или просто война началась?

Сергей вздохнул, чтобы успокоиться, и изложил инженеру текущую ситуацию. Точнее, то, что об этой ситуации знал сам.

–  Хм, похоже, что подкрадывается пушной северный зверек, - изрек инженер.

Сергей поморщился, с этой идиомой он уже был знаком.
– Что ни будь более конструктивное, сказать можете?

–  Могу. Я бы на вашем месте не питал особых иллюзий насчет "верного соратника Сталина" товарища Кагановича. Лазарь Моисеевич под контролем Сталина, и Лазарь Моисеевич без оного, как говорят в Одессе, это две большие разницы.

Если он встанет у руля, то дело швах. Человек он не только жестокий, но и крайне дремучий. На одном запугивании и расстрелах войны нам не выиграть, а по другому он не умеет. Кстати, вы знаете, что товарищ Каганович нежно и трепетно относится к своим многочисленным родственникам?

–  Что-то такое слышал, - неопределенно ответил Сергей.
– И как это относится к обсуждаемому делу?

–  А вы слышали, что значительная часть его горячо любимых родственников в настоящее время проживает в Соединенных Штатах?

–  Мало ли где у кого родственники проживают. Все знают, что если нужно для дела, то "железный Лазарь" не смотрит где родственники, где не родственники, где евреи, где не евреи.

–  А вам не кажется, что теперь ситуация вполне может измениться? В смысле, без Сталина.

–  Товарищ Сталин жив, - веско сказал Сергей.
– Или вы считаете, что товарищ Каганович заговорщик? Что он стоит во главе этого мятежа?

–  Поймите, Сергей. Ситуация сложная. Знаете, над чем я ломал голову все последние дни? А ломал я ее над тем, как бы нам подровнять себе шансы, путем вовлечения США в войну против Германии. А теперь попробуйте перевернуть шахматную доску и войти в положение наших геополитических соперников. Великобритания стоит на пороге страшной катастрофы. Планы американцев, надевшихся хорошенько подзаработать на новой мировой войне, летят ко всем чертям. Вместо того чтобы приобретать и зарабатывать, они будут вынуждены терять и тратить. Надежды и чаяния сионистов в Палестине тоже накрываются медным тазом. Как вы думаете? Все они так и будут спокойно смотреть, как мы нагло уклоняемся от заранее предписанной нам роли пушечного мяса? Я бы на их месте приложил все усилия, чтобы втравить СССР в войну против Гитлера. И знаете, опираясь на кого, я бы это сделал?

–  Догадываюсь, - мрачно сказал Сергей.

–  Вот и я догадываюсь. Что до Кагановича, то он лично может и не заговорщик. Но по факту, после Сталина и Молотова именно Каганович выдвигается на первую позицию. А это очень плохо, страну данный сапожник точно угробит. Хуже может быть разве только хунта из тупорылых вояк.

–  Еще есть товарищ Берия, он тоже член Политбюро.

–  Разумеется, я бы тоже предпочел видеть Берия в качестве первого лица. Он отличный управленец, соображает в технике, обладает гибким мышлением. Плохо, что у него нет такого авторитета, как у Сталина. И как политик он, похоже, слабоват, нет у него здоровой диктаторской паранойи. Либерал.

–  Думаете?

–  Думаю. Иначе не кончил бы жизнь так глупо в нашем 1953 году. Да и у вас тут… В стране черт знает что происходит, а он в это время оказывается в Тмутаракани. Впрочем, паранойя дело наживное. А что на выздоровление товарища Сталина надежды нет?

–  Надежда есть. Ранение хоть и серьезное, но медики обнадеживают.

–  Дай-то бог, возвращение товарища Сталина в строй было бы весьма кстати.

Без него стране придется очень тяжело.

–  Если его сегодня не убьют, что очень возможно. Да и нас с ним за кампанию.

–  Тогда чего вы тут сидите и языком чешете? Действовать надо! Я очень сомневаюсь, что после всех чисток в руках у заговорщиков могут оказаться серьезные силы. Скорее всего, их немного. Нанесены точечные удары в нервные узлы, но пока их креатура не устроится в руководящем кресле, они уязвимы.

Если устранить Кагановича, то вся комбинация рассыплется.

–  Как у вас все просто получается! Пойди да ликвидируй члена Политбюро! Вы знаете, чем это пахнет?!?

–  Если будем сидеть и ждать, то все равно задница! А так остаются шансы, что Берия вернется и сумеет взять ситуацию под контроль. Кстати, одним Лазарем Моисеевичем не стоит ограничиваться. Лучше для гарантии пустить в расход и прочих членов Политбюро. А то по глупости соберутся, сляпают какой ни будь там идиотский триумвират. Страна потом с ним намается. Подобные схемы управления никогда до добра не доводили.

–  Какой вы кровожадный! "Пустить в расход", "устранить", хорошенькое дельце. Тогда ведь мы становимся заговорщиками. Да и как?

–  Станешь тут кровожадным, когда песец подкрадывается. Что до вашего последнего вопроса… Кажется, товарищ Троцкий…

–  Он мне не товарищ, - прервал инженера Сергей.

–  Ладно, вам не товарищ Троцкий, кажется, говорил, что для революции ему не нужен народ. Хватит, мол, трехсот подготовленный боевиков.

–  И где мы вам возьмем этих самых "подготовленных боевиков"?