Чтение онлайн

– У меня нос чешется.

И задница, и пятка, и плечо, и ухо... Так иногда бывает - ляжешь, спать хочешь, а надо чесаться то тут, то там. Не потому, что грязная, просто нервы.

– Траун?.. У меня затекли руки.

По пальцам бежали мурашки. Связывал он правильно, без повреждений, но часы с вытянутыми над головой руками всё равно не проходили даром.

В шестую ночь Лея была готова кричать. Или смеяться и плакать.

– Развяжите меня.

– Зачем?

– Я не могу так спать, мне плохо. Всё чешется. Я не могу даже повернуться на бок.

Он снова встал и развязал её, стоически, спокойно, молча.

– Чешитесь.

Она почесала висок и скулу, затылок, правое ухо. Маленькие раздражения вспыхивали на коже то тут, то там - "почеши меня! и меня!" Лея размяла пальцы, почесала голень и колено.

– Может быть, это аллергия, - задумчиво сказал Траун.

– На что?

– На меня.

– Не говорите глупостей, - огрызнулась она, - на человека не бывает аллергий.

О.

Он же не человек.

Или..?

Лея подняла голову и оглядела его, по-новому.

Человек. Синекожий, правда. Мужчина с военной выправкой. Да, и глаза, но она к ним уже привыкла. В полутьме спальни, вблизи, под красным светом были видны и радужка, и зрачок. Лицо... как у воина или бога на древних картинах. На мозаиках с Коррибана, тамошних барельефах.

– Давайте как-нибудь иначе, - сказала она.
– Вы можете просто спать в смежной комнате. Это почти то же самое.

Он покачал головой.

– Я нарушу приказ.

– Вы и так его нарушаете.

Он молчал, а потом сказал:

– Не буквально.

– Послушайте, зачем вам это? Просто скажите Люку, что я вам не нравлюсь.

– Нет, - отмёл он её предложение.
– Это может вызвать его гнев. И на меня, и на вас. Он отдаст вас кому-то другому - например, Зинджу. Или того хуже, Тремейну. Или и в самом деле в бордель.

– Вам-то что?

Гранд-адмирал Траун на пару с Люком Скайуокером уничтожил Восстание. Он утвердил власть Империи в цивилизованном космосе и нёс её стяг в Неизведанные Регионы. Лея не могла понять, какое ему дело до её судьбы.

– Хотелось бы этого избежать, по ряду причин.

– Каких причин?

Он молча смотрел на неё своими глазами ночного зверя. Лея уже думала, что он не даст ей больше ни крупицы информации, когда он сказал:

– Причин, связанных с душевным состоянием Императора. И с атмосферой в Империи с целом.

Вот как.

– Его состояние, - сказала она, - всё равно не будет отличаться от состояния Палпатина. Это неизбежно.

– Позже, - заметил Траун.
– Есть ещё время.

– Сколько?
– вскинулась Лея. Теперь, когда она видела, что он всё понимает, её погасший было гнев на него как на слугу империи зла разгорелся снова.

– Лет двадцать. Он старается не соскользнуть. Тридцать, если я смогу на него влиять.

– А дальше?

– Неважно. Этого хватит.

– На что?

Он промолчал и снова взялся за верёвку. Лея не сопротивлялась.

– Почему здесь так душно?
– спросила она некоторое время спустя.

Это была, кажется, не совсем духота. Странное чувство, будто неосязаемое покрывало на лице, над головой. В доме было что-то необычное. Силовые щиты?

Он встал и, не включая свет, проверил температуру и влажность в комнате. Что-то отрегулировал и снова лёг. Стало суше, но то чувство никуда не делось.

– Всё ещё душно, - сказала Лея.

– Нет, - ответил он, не вставая.
– Это не духота. Вы чувствительны к Силе.

Лея не могла понять, какое отношение одно имеет к другому.

– У меня опять руки чешутся. И лицо.

Он повернулся на бок, лицом к ней.

– Вы не даёте мне спать, принцесса. Уже пятый час утра.

– _Я_ _вам_ спать не даю? Это вы меня связали.

Она лежала на спине с руками, притянутыми к изголовью, и едва могла повернуть к нему голову.

– У меня нет выбора, - ответил он.

– Нет? Есть.
– Не служить империи, например.– Вы когда-нибудь пробовали спать связанным?

– Если я развяжу вас, вы попытаетесь меня убить?

– Нет, - соврала она.

– Лжёте.

– Всё равно развяжите, - сказала она.
– Уберите нож, и мне будет нечем убить вас. Зачем вы его сюда принесли на кровать?

– Это символ.

– Чего?!
– нет, он был невыносим.

– Того, что я вас не взял. Не совершил над вами насилие, как хотел ваш брат.

– Лучше бы просто взяли, - сказала она.

И поняла, что на самом деле так думает. Её страх перед ним прошёл, глаза и кожа нелюдя-чужака уже перестали иметь значение. Ей нравились его лицо и голос. Ей хотелось спать, но спать в путах она не могла. И ему не давала. Значит...

– Нет, Лея, - сказал он.
– Вам было бы... плохо.

– Уже нет. Траун, я к вам привыкла. Я больше вас не боюсь.

– ...Этого недостаточно.

– Я спать хочу, мне этого достаточно.

Кроме того, секс помог бы ей завоевать его доверие, чтобы сбежать. Об этом она умолчала. Траун встал и развязал её, сначала ноги. Чувствуя его лёгкие касания на лодыжках, Лея подумала, что он таки решил взять её, и лоно у неё предательски заныло в предвкушении. Траун, однако же, развязал ей руки, забрал нож и просто ушёл.