Чтение онлайн

В сторону! Рядом с головой проносится какой-то мерцающий луч... Нет, щупальце. Сейчас мы тебе тентакли-то и пообрываем...

Разворачиваюсь на месте, уже за городом. Ангел несется за мной почему-то убрав щупальца, слишком стремительный и быстрый для такой туши. Толчок! Несусь вперед по малой дуге, заходя твари сбоку... Лови удар!

Нож натыкается на пленку АТ-поля, почти сразу прорывая его, но этой мгновенной задержки твари хватило, чтобы извернуться в воздухе, и моя атака проносится мимо. Ангел резко ускорившись, изгибается, и меня сносит вбок. Больно с-скотина...

Хана тебе! Рвануться вперед, удар, удар, удар! Руками и ножом плевать! Враг успевает подставить под каждую мою атаку свое АТ-поле, слабое, гораздо слабее чем у предыдущего, но пробить его все равно не успеваю... Значит накачать руки своим полем, этим знакомым обжигающим холодом, и бить, бить! Давай, кто крепче и быстрее!

Очередной удар разносит подставленную под нож пленку совершенно не задерживаясь, и вибрирующее лезвие распарывает край хитиновой пластины врага, расплескивая по округе бардово-фиолетовую кровь. Навстречу взметаются сияющие плети...

Больно, мр-разь! Меня вновь отшвырнуло, бок ошпарило словно кипятком. Плевать, я задел его, значит больше холода, сильнее АТ-поле! Давай!

– Синдзи! Синдзи! Отступай! У тебя перебит кабель!
– словно сквозь пелену доносится голос Кацураги. Отступать? Враг еще жив, его надо уничтожить!

– Отступай, это приказ! Уходи к ближайшему лифту!

Лифту?! Она издевается! Эта тварь слишком быстра, она пролезет, просочится сквозь люк, сквозь пластины! Нельзя!

– Нельзя! Опасно!

– ВЫПОЛНЯЙ ПРИКАЗ!

Некогда! Враг быстр, мобилен, надо удержать на месте! Задавить, холодом, АТ-полем! Н-на! Получай!

Я швыряю сгустки холода, которые проявляются в реальности почти заметным золотистым сиянием, оставляющем следы в пространстве. Ангел, уворачивается, но ему приходится отступить, откатиться назад.

Из-за холма показались вертолеты такие хрупкие и маленькие в этом теле. Начинают обстрел, швыряют в него ракеты, пытаются подавить. Вот врагу приходится остановиться, выставляя АТ-поле, и светящиеся щупальца вновь поднимаются, собираясь хлесткими ударами разметать прыснувшие от врага вертолеты...

И его настигает удар моего поля. Врага отшвыривает на холм, за ним, прыжок! Щупальца обвивают мое тело, руки, плевать! Кровь сочится, течет по бронепластинам, боль горит с яркостью сварочной дуги, плевать! Убить врага, уничтожить! Ударить его холодом! Сильнее!

С каждым ударом моего АТ-поля, Ангел вминается в землю, а его щупальца, удерживающие меня на расстоянии от его ядра ослабевают, и позволяют продвинуться еще чуть-чуть, еще...

Давай!

Нож с хрустом вминается в ярко-красное ядро, расположенное сразу за головогрудью. Разломать, уничтожить! Нет, съесть!

Я наваливаюсь всем телом на врага, нагибаюсь, и мне в лицо плескает ярко-белой болью. Ядро взорвалось.

Все. Все. Ангел мертв. Успокоиться. Успокоиться.

– Синдзи, отвечай!
– кто-то орал голосом Мисато. А, точно...

– Да. Да. Ангел убит.

– Почему ты нарушил приказ!
– Мисато, кажется была не совсем вменяема. Плевать, отмажусь... В крайнем случае, переедем с Рей обратно...

Я резко перестал ощущать Еву. Не понял... А-а, энергия. Мне ж кабель перебили.

Что-то я подустал... Ладно, где тут извлечение капсулы?

После того, как я дернул рычаг, что-то заскрипело, бабахнуло, LCL заплескалась. Ждем-с, когда эту мерзость сбросят из капсулы.

Ждать долго не пришлось. Сначала капсулу тряхнуло, перевернуло пару раз, это я так приземлился. Знакомое шипение, бульканье. Я согнулся, приготовившись переждать спазм.

Как я выбрался из самой капсулы, помню уже плохо. Помню зуд и жжение в ладонях, ребрах, помню как смотрел на плывущие облака ни о чем не думая. Из этой апатии меня вывел стрекот вертолета. А... Спасатели...

– Lieutenant! Er ist hier!
– раздался голос. Вставать ле-ень.

– Слышу, немчина! Давай аптечку!
– сначала я даже не понял, что мне показалось странным. А потом дошло, что слышу русскую речь. Хе, давно я не слышал.

Так, пора вставать. Нефиг разлеживаться.

– Пацан, ты как?
– ко мне бежали двое парней в форме вооруженных сил ООН, - Черт, сержант, ты знаешь японский?

– Jawohl! Мольотой чельовек...
– второй попытался сказать что-то по японски с таким диким акцентом, что меня аж покоробило.

– Не надо. Понимать рюсский.
– с не менее жутким акцентом начал я. Ну, значит будут мучиться они, а не я.

– Ты как?
– лейтенант начал распаковывать аптечку.

– Не надо. В порядке.
– начал я было отмахиваться.

– Какой, нафиг в порядке?! У тебя вся морда рассечена!

М? Я прикоснулся к лицу. С-сука, а больно! Действительно рассечена.

– Ложись, живо!
– я повиновался.

Ребята профессионально обработали рану на лице, разрезали комбинезон, и начали вельми сноровисто перевязывать тушку. Зрелище, действительно, жутковатое - длинные красные полосы по всему телу, сочащаяся из них кровь... Нда.

– Ну ты даешь, парень. Ничего, сейчас прилетят твои, заберут.
– я только хмыкнул. Лейтенант, закончив с перевязкой, достал из кармана пачку сигарет, затянулся. Сильно захотелось курить. Бли-ин.

– Ты чего?
– обратил внимание он на мои кривляния. Я еще раз повторил интернациональный жест, помотав двумя пальцами у рта. Сигарету, мол, дай.

– Тебе ж нельзя...
– я скептически посмотрел на него, - Ладно, держи.

Я затянулся. Хорошо...

Блин, как я соскучился по сигаретам...

***

Скука. Кажется, после каждого боя мне придется валяться в больнице.

После боя меня сразу утащили в больницу, где споро вкололи мне что-то снотворное. Проснулся уже в палате, и сейчас плевал в потолок. Покормили, настоятельно порекомендовали не двигаться, пригрозили привязать, и все. Хоть бы кто зашел.