Чтение онлайн

— Все я смогу, — делаю ангельское лицо и добавляю: — ты ведь если что поможешь мне доесть?

Никита улыбается и в его глазах читается вызов, когда он мне отвечает:

— Только если ты меня покормишь, Лисенок, — протягиваю через стол руку в знак заключения нашего словесного договора и говорю:

— Идет! — Никита, не переставая улыбаться, возвращается обратно к изучению меню, пока я просматриваю десерты и алкогольные напитки, которые словно магнитом притягивают меня к себе. Я понимаю, что в последнее время довольно часто потребляю спиртное, но ничего не могу с собой поделать. Это был единственный способ расслабиться и хотя бы на время забыть обо всем на свете… Однако все возвращается на круги своя, как только волшебное воздействие алкоголя на организм заканчивается и ничего с этим не поделаешь, либо останешься без здоровья и печени. Поэтому я все же заставляю себя перелистнуть меню с алкоголем и продолжить изучение десертов.

— Нашла, нашла! — радостно чуть ли не прокричала я, подпрыгивая на стуле от нетерпения.

— Что? — спросил Ник с теплой улыбкой на лице, я же начинаю тыкать пальцем в меню и одновременно подзывать официантку. Медведев тихонько посмеивается надо мной, пока я делаю заказ и разъясняю все по поводу сроков приготовления горячего и десертов. Девушка обещает все сделать вовремя и тогда я немного успокаиваюсь, про себя подмечая, что мое любимое пирожное не будет готово раньше горячего. И это очень даже хорошо, так как я любитель есть, наоборот, из-за чего меня сначала ругала мама, потом и Артем. После того, как Ник тоже делает заказ, мы начинаем делиться друг с другом событиями, которые произошли за все время нашего расставания. Я слушаю Медведева, отвечаю на его вопросы, смеюсь над его шутками и в тоже время прекрасно понимаю, что сравниваю двух мужчин. Двух бывших друзей, у которых есть немало схожего в характере и даже в поведении, но все-таки это два разных молодых человека. И однозначно все мои чувства направлены не в пользу Никиты. Только сейчас я понимаю всю абсурдность ситуации и то, что могла давно все подправить. Напрашивается вопрос: почему ты, черт тебя задери, Алиса, раньше не пришла к такому выводу? Почему ты раньше не поговорила с Артемом? Поимела парню все мозги и строишь из себя ранимую девушку! Необходимо срочно исправлять ситуацию в свою пользу, пока Артем окончательно не сдружился и не полюбил Леру… Начнем действовать сегодня же вечером.

На протяжении нескольких часов, мы с Никитой успеваем вдоволь наестся, поговорить обо всем на свете и даже потанцевать. Насчет последнего я была до последнего против, пока меня не подняли на руки и не отнесли в сторону танцевального зала. Нет, вы не подумайте, я до последнего просила спустить меня на кафель и обещала идти сама, но видимо Никита мне не поверил и решил действовать как пещерный человек. В итоге я подарила ему пару медляков и попросилась домой. Тяжелая неделя сказывалась на моей усталости, да и чувство тоски подкатывало все сильнее к горлу. Мягко так намекая на то, что я сейчас не с тем, с кем хотела бы и должна быть.

***

— Спасибо за хороший вечер, Никита, — широко улыбаясь, говорю я, когда мы останавливаемся около моего подъезда. Ну вот теперь и мой бывший муж знает место моего жительства… Может, и вправду пора перебираться обратно к родителям в Москву? Хотя Соболев мне и так не оставил никакого выбора, только если я не сбегу… А Алиса Громова однозначно способна на такой действие.

— Тебе спасибо, Лисенок, уделила нам время, — я стараюсь никак не региагировать на «нам», так как понимаю, что не смогу Нику дать то, чего он от меня ожидает. Так как я наконец все осознала и разобралась в самой себе и в своих чувствах. Главное, успеть исправить ситуацию, иначе я никогда себе этого не прощу… Не прощу себе ни за что потерю Артема, единственного мужчину, которого я любила и люблю.

Только я отрываю взгляд от подъезда и поворачиваюсь к Никите, как тут же попадаю в крепкую хватку его рук и в плен губ… На автомате я отвечаю Нику, мы зарываемся друг другу в волосы, мы прижимаемся сильнее и начинаем переходить границы дозволенного… Однако в какой-то момент внутри меня что-то щелкает и я понимаю, что это еще одна ошибка в моей жизни. Мне становится стыдно за саму себя и даже ненавистно. Как можно совершать столько ошибок? Как можно быть настолько слепой?!

Я разрываю поцелуй, тяжело дышу и подправляю свои волосы. Испуганно смотрю на Ника, который, похоже, итак все понял без лишних слов. Я отвожу взгляд в сторону своего подъезда и прошептав одно лишь:

— Прости… — открываю дверцу машины и выхожу. Сначала я иду тихо, чтобы не пропустить тот момент, когда Ник будет уезжать. Но после того, как я слышу повизгивание шин, то почти сразу же срываюсь на бег. Я хочу как можно быстрее объяснится с Артемом, и меня ничем не остановить. Я должна, нет, просто обязана сделать все возможное для нашего счастливого будущего.

Я совсем не помню, как добираюсь до своего этажа. Совершенно не помню, как открываю дверь и прохожу в квартиру… Но возвращает меня в реальность звук бьющейся посуды, за которым я вижу, как в коридоре образуется небольшая такая лужица из янтарной жидкости. Почти сразу же со всем этим безобразием, в коридор заходит Артем, отчаянно ругаясь и совсем не замечая того, что я вернулась. Соболев стеклянным взглядом смотрит на свое «творение» и бормочет:

— Маленькая меня не простит за это… — пора дать о себе знать. Покашливаю и говорю:

— Прощу, если ты сейчас же все приберешь за собой, — Артем медленно, словно не веря, поднимает голову и наконец сосредотачивает свой взгляд на мне. Точнее, сначала обсматривает всю меня очень внимательно и хмурится. Подходит ко мне и гладит по волосам, при этом морщинка между его бровей становится все более отчетливой. Я же опускаю взгляд на пол и закусываю губу, понимая, что не планировала в ближайшее время делать ремонт в коридоре. Именно поэтому, я аккуратно убираю руку Артема, которая так и застыла в моих волосах, снимаю обувь с пальто и прохожу в ванную. Наливаю в ведро воду и мочу половую тряпку, совершенно не заботясь о том, что я в довольно коротком платье, которое все сильнее и сильнее поднимается вверх. Возвращаюсь обратно в коридор, где Артем все также стоит на том месте, на котором я его оставила. Быстро все протираю и ворчу:

— Еще раз, и будешь мыть всю квартиру, — в ответ лишь получаю громкое молчание. Спросите почему? Да потому что я ощущаю, что Соболев не в самом лучшем расположении духа, плюс еще и под градусом. Артем и коньяк — плохое сочетание, сексуальное сочетание. Он всегда становится более требовательным, находясь под градусом, но в тоже время очень нежным и внимательным. Но видимо сегодня Соболев был готов только покомандовать: пока я спокойно выжимаю половую тряпку, споласкиваю ведро и наконец, мою руки, он незаметно подкрадывается сзади меня. Настолько незаметно, что когда я поворачиваюсь, то вскрикиваю от неожиданности. Артем стоит буквально в сантиметре от меня и сверлит очень злым взглядом, даже, я бы сказала, гневным, я же ощущаю себя маленькой нашкодившей девчушкой.

— Он целовал тебя? — спрашивает наконец Артем чересчур спокойным голосом. Проводит рукой по моим губам и оставляет большой палец на нижней губе, слегка нажимая на нее. Вторая же рука вновь путешествует по моим волосам в то время, как терпение Соболева подходит к концу: — Трогал тебя? Мои волосы, мои губы? Брал то, что принадлежит мне, да? — я поджимаю губы, но упрямо молчу, так как понимаю, что на данным момент с Артемом бесполезно разговаривать, разве что попробовать его уложить спать.

— Артем, утро вечера мудренее, пойдем спать. Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя, — говорю я стойким голосом и уже собираюсь вырваться из «плена», когда Артем не выдерживает и уже начинает повышать голос:

— Маленькая, я задал тебе несколько вопросов и хотел бы услышать на них ответы, — усмехаюсь, понимая, что говорить что-то дерьмовое у меня всегда получалось на ура. И даже сейчас, когда мне наоборот хотелось помириться с Артемом, я выгибаю бровь и отвечаю:

— Да, мы целовались. Да, он трогал МОЕ тело. Да, он растрепал МОИ волосы. И я позволила ему все это сделать со мной, — Артем вновь хмуриться и сквозь зубы говорить:

— Стерва. Маленькая, дрянная стерва.

— Счастлив поди, что не твоя? — вторю ему, проглатывая его истинные слова обо мне.

— Конечно, все нервы только и вымотала, — чувствую, как к горлу подступают слезы, но все же сдерживаюсь. И смотря Артему в глаза, продолжаю:

— Так отпусти и не мучайся!

— Не могу… — срывается на шепот Артем и притягивает меня к себе. Целует и сжимает своими руками настолько сильно, насколько это вообще можно. Его руки путешествует по моему телу, поглаживают по спине и перебегают к ногам. Мы отчаянно боремся каждый за свое, выражая все свои настоящие в поцелуе: полным горечи и страсти, злости и любви, боли и счастья. Соболев буквально на секунду отрывается от меня и говорит: