Чтение онлайн

– Мамаши, прячьте деток, - протянул Нож, - Копченому сон приснился... Корди потемнел с лица.

– Эт-точно. Я слышал, что разное там может стать правдой, если колдун это увидит во сне. Может, стоит этому Копченому глотку перерезать?

– Пожалуй, - сказал вернувшийся Лозан, - надо сперва понять, что происходит, а уж потом действовать.

Корди хмыкнул. Нож усмехнулся. Затем они принялись выгонять из таверны местных олухов, убедившись предварительно, что одна или даже не одна юная леди на каждого понимает обстановку.

Глава 4

ТЕМНАЯ БАШНЯ

Целых пять дней я занимался сущей ерундой и только затем раскаялся завести после завтрака разговор о делах. Тему обрисовал в самых радужных тонах:

– Следующий привал будет в Башне.

– Что?

– Ты тронулся, Костоправ?

– Надо за ним присмотреть, когда солнце сядет. И, понятно, все взгляды - в сторону Госпожи. Та слушала молча.

– Я-то полагал, это она с нами. Никак не наоборот.

Только Мурген не присоединился ко всеобщему бурчанию. Славный он парень, этот Мурген.

Госпожа, конечно, уже знала, что нам необходимо на некоторое время остановиться в Башне.

– Я - серьезно, ребята, - сказал я.

А если я веду разговор серьезно. Одноглазый последует моему примеру.

– Зачем?
– спросил он. Вот тут-то я поежился.

– Чтобы забрать Летопись. Я оставил ее у Королевского Моста.

Нас там здорово прищучили. И только будучи лучше, отчаяннее и подлее, смогли мы тогда вырваться из имперского кольца. Ценою половины Отряда. Не до книг было...

– Я считал, она уже у тебя.

– Я попросил ее обратно. Мне сказали: приходи и забирай. Но в тот момент мы все были заняты. Помнишь Властелина? Хромого? Жабодава? И все прочее? Добыть Летопись не было ни малейшей возможности.

Госпожа согласно кивнула. Пожалуй, она и впрямь оживает.

Гоблин слепил на физиономии самую свирепую гримасу, на какую был способен. Сделался похож на саблезубую жабу.

– Выходит, ты об этом знал еще до ухода из Курганья?

Я признал, что так оно и есть.

– Свинья ты безрогая. Голову даю, все это время ты разрабатывал план относительно Летописи. Как одной задницей в три кресла умоститься и уж наверняка всех нас в этом процессе положить.

Я согласился, что и это, в основном, верно.

– Мы въедем туда так, словно Башня наша. Твоя задача - заставить гарнизон считать, что Госпожа и посейчас главная.

Одноглазый фыркнул и отправился к лошадям. Гоблин поднялся и сверху вниз воззрился на меня. Посмотрел-посмотрел... И глумливо захихикал.

– Значит, в нахалку вопремся - и готово? Как говаривал Старик, наглость второе счастье? Но настоящего вопроса не задал. Однако Госпожа дала ему ответ:

– Я дала слово.

И Гоблин заткнулся на следующем вопросе. Все промолчали. Поэтому и Госпожа повесила тему в воздухе.

Конечно, заманить нас и обмануть для нее будет легче легкого. Вот сдержит свое слово, а после съест нас на завтрак. При желании.

Мой план я тасовал исключительно на доверии к ней. Товарищи моей веры в нее не разделяли.

Однако они - хоть это, может быть, глупо - верили в меня.

***

Башня близ Чар - величайшая отдельная постройка в мире. Гладкий черный куб со стороною в пять сотен футов. Первый проект, предпринятый Госпожой и Взятыми после возвращения их из могилы множество поколений назад. Из этой Башни Взятые отправились в поход со своими войсками и завоевали полмира. Тень их по сию пору нависает над половиной всего белого света, ведь лишь немногие знают, что сердце и кровь Империи были принесены в жертву ради победы над силой куда более древней и темной.

Въезд в Башню на уровне земли был всего один. К нему вела дорога идеально прямая, как мечта геометра. Пролегала она через парк, и поверить в то, что именно здесь произошла кровавейшая в истории битва, могли лишь те, кто участвовал в ней сам.

Я был здесь в тот день. Я - помню.

Помнили это и Гоблин с Одноглазым, и Ведьмак, и Масло. Особенно Одноглазый. Именно на этой равнине он уничтожил чудовище, убившее его брата.

Я вспомнил грохот и топот, вопли ужаса и все страсти, описанные военными колдунами, и, не в первый уж раз, подумал:

– Так ли уж мертвы все те мертвые? Слишком легко ушли...

– О ком ты?
– поинтересовался Одноглазый, которому для того, чтобы держать Госпожу зачарованной, вовсе не нужно было напрягаться.

– Об Взятых. Порой вспоминаю, каких трудов стоило отделаться от Хромого. А потом приходит мне на ум: отчего так много Взятых так легко поддалось? Все дела решились за пару дней и, в большинстве, там, где я этого не видел. Потому-то я и думаю иногда: может, обман? И два-три до сих пор где-то поблизости?

– Костоправ, - квакнул Гоблин, - да ведь они действовали по шести разным планам одновременно! Вот сами же друг друга и...

– Однако я лично видел уход только двоих. А из вас, ребята, никто не видел, как ушли прочие. Только слыхали об этом. А если под шестью планами был скрыт седьмой? А если...

Тут Госпожа как-то странно взглянула на меня. Похоже было, что она не задумывалась об этом раньше, и теперь мои мысли вслух ей очень не понравились.

– По мне - так они достаточно мертвы, - сказал Одноглазый.
– Я видел уйму тел. А вон, сам посмотри, их могилы отмечены.

– Это еще не значит, что в могилах кто-либо есть. Ворон дважды умирал на наших глазах. А чуть отвернешься - живехонек. Живее некуда.

– Если пожелаешь. Костоправ, - сказала Госпожа, - я разрешаю тебе выкопать их и убедиться.

Судя по выражению в глазах, это она меня мягко пожурила. А может, даже поддразнила.

– Ладно. Как-нибудь, от нечего делат...

– Кхгм!
– кацглянул Мурген.
– Ребята, вы о чем-нибудь другом не могли бы?

Зря он это сказал. Масло заржал. Ведьмак забубнил что-то себе под нос. Масло в тон ему запел: