Игра в чужую жизнь
Шрифт:
– Извини, конечно, – не дала ему вновь впасть в меланхолию Лин, – но, кажется, никто не собирался меня убивать? Или я что-то пропустила?
– Я шел, чтобы убить тебя, но у меня не хватило мужества, – обреченным тоном поведал метаморф.
Девушка осторожно потрогала его лоб, однако признаков горячечного бреда не обнаружила. Впрочем, кто знает, как недуги проявляются у не-людей? Или он выразился метафорически? Вроде «…наша связь уничтожила бы тебя, как принцессу, но я готов был пойти на это»?
– Объясни, о чем ты, – попросила она. – Обещаю потом не доставать вопросами. И ни слова не скажу Марку.
Метаморф отрицательно качнул головой:
– Я предал тебя и свой народ, прошу, не заставляй меня предавать… не заставляй предавать других! Любое наказание я сочту недостаточным, чтобы загладить мою вину, но молю об одном – не требуй пояснений.
Лин был неприятен этот просительный тон. К тому же она, кажется, начинала соображать, где тут собака зарыта.
– Хватит патетики! – с неожиданной даже для себя самой злостью заявила девушка. – Надо иметь храбрость принимать свои ошибки, а не ждать, пока придет некто справедливый и отмерит наказание согласно преступлению! И вообще, мужчине не пристало заниматься самоедством. Поди, набей кому-нибудь морду, подари мне цветок и успокойся! Или ты переживаешь из-за невыполненного долга? Так давай, флаг в руки и вперед! Не секрет, где меня найти. Кстати, если уж на то пошло – конкретно я не собираюсь выходить замуж за принца, соответственно вашему любимому Странному Лесу с моей стороны ничего не грозит. И не смотри на меня, как на людоедку – разберешься с самим собой, заходи, я долго сердиться не умею. А Дисону передай… Впрочем, нет, ты таких слов не знаешь, еще напутаешь чего, – пустила она шпильку перед тем, как эффектно хлопнуть дверью.
Пожалуй, злилась Лин исключительно на саму себя – за невыдержанность. Она слишком испугалась за него, чтобы рационально мыслить и подбирать слова. И вспылила, поняв правоту Дисона – метаморф быстро учится, перенимая у людей и не-людей качества, необходимые для жизни, но оставаясь при этом чересчур доверчивым. Да, не лгал эльф, еще совсем немного – и рядом с ней будет находиться совершенно незнакомый человек. То есть, даже не человек…
О том, чем могла закончиться миссия по спасению Старилеса, организованная придворным врачом, девушка старалась не думать. Впрочем, она все равно не могла всерьез воспринять те слова Кари – много уже произошло такого, после чего и враги начали бы ценить друг друга. А ведь они были друзьями…
Захваченная мрачными мыслями, Лин направилась в свою комнату. Что преподнесет завтрашний день? Она давно перестала строить хоть какие-нибудь определенные планы на будущее, однако в последнее время даже настоящее с трудом поддавалось логике.
Звука чужих шагов девушка не услышала. Быстрый вихрь подхватил ее и перетащил под единственное на территории Храма Огня дерево – старое, корявое, склонившееся чуть ли не до самой земли, но густо усыпанное широкими темно-зелеными листьями. Тут Лин наконец рассмотрела своего «похитителя».
– Ну и?.. – устало спросила она.
Вряд ли ее притащили в единственное романтическое место в округе, дабы открутить голову…
Кари уверенно, словно не он только что готовился расстаться с жизнью (или какое там еще есть наказание за покушение на члена правящей семьи?), объявил:
– Я выбил зуб Биску, успокоился и хочу подарить тебе это растение. Все, поскольку найти нормальные цветы мне не удалось, а те, что выпали из вазы императора, годятся разве что пол подметать. Знаю, искупить мою глупость нельзя, но обещаю страдать в одиночестве и не действовать на нервы!
– Откуда такой энтузиазм? – вконец перестала понимать логику происходившего Лин.
– Я подумал, – слегка застенчиво начал он, – что наша дружба значит гораздо больше, чем злые намерения. Если ты сможешь и дальше общаться со мной без страха…
– Да ради бога, – устало согласилась девушка. – А кто такой Биск?
– Как кто? – пришло время изумляться метаморфу. – Настоятель этого храма. На четверть тролль, между прочим! Он привел шестнадцать доказательств того, что ваш сын присоединит Клусс и захватит великую державу не-людей. Ну, то есть он трактовал пророчество Павира о Деве и Воине, чей союз породит объединение мира. Поверь, Лин, это было более чем убедительно. Знаешь, мне не стоило признаваться тебе… но я даже рад, что между нами нет недомолвок. Глупо, да? – вздохнул он. – Идем назад? Надо отдохнуть хоть немного…
Девушка села на землю, упершись спиной в толстый ствол дерева.
– Не хочу никуда идти. Все равно не усну, слишком много событий для одной ночи. А ты можешь утешать себя тем, что я тоже имею скелет в шкафу. Правда, он касается лично меня… Я не принцесса, Кари.
– И слава Владычице, – он опустился на корточки.
– Давно понял? – Лин решила ничему не удивляться.
–Ну… Некоторые мысли появились с первого дня нашего знакомства, – признался метаморф. – Помнишь, тебе не понравилось обращение «принцесса»? И ночевала ты одна…
– Как думаешь, многие догадываются?
– Гартонцы – нет, – улыбнулся он, пододвигаясь ближе, – они чересчур обеспокоены своим величием, чтобы замечать детали. А насчет принца я не уверен… Кажется, он считает тебя моей соотечественницей…
– И тебя это ничуть не волнует?
– Да нет, – его улыбка расползлась от уха до уха, – какое мне дело до того, что думает какой-то там принц?
Лин с досадой отметила, что после ее признания Кари резко утратил робость в общении. Почему с досадой? А кто его знает…
– Не притворяйся глупым, это мой хлеб – изображать склеротичную дуру: того не знаю, о том не помню, а в то мне вообще по статусу не положено вникать… так что?
– Лин, что ты думаешь обо мне? – неожиданно ответил метаморф вопросом на вопрос.
– Ты дурак.
– Я знаю. А конкретнее?
– А на остальное – плевать! По крайней мере, до тех пор, пока ты не вырос в настоящего не-людя и относишься ко мне не как к ручной зверюшке. Если честно, я уже начинаю сомневаться в этом… В любом случае, очень надеюсь, в следующий раз, надумав пустить меня в расход, ты придешь ко мне за советом в этом нелегком и неблагодарном деле.
– Не надо так шутить, – разом сник Кари. – Следующего раза не будет, можешь не сомневаться. Что касается происхождения… Говорят, даже Владычица родилась среди простых людей. Или не-людей. Или еще не родилась… Лин, глупости все это! Лучшей принцессы не найти ни в Гартоне, ни в Велли, не говоря уже о Клуссе. Но почему ты не сказала мне раньше? – в его голосе звучала укоризна.
Девушка неожиданно почувствовала, как к ней возвращаются те ощущения надежности и уверенности, которые будто окружали ее Кари. «Все будет хорошо. Мы поняли друг друга лучше, чем самые близкие родственники. Впрочем, после Храма Любви мы вроде как родные… Эх, странная штука – жизнь. Она бьет-бьет, а по темечку не попадает. Наверное, потому, что слишком многих норовит стукнуть одновременно».
– Когда вышло, тогда и сказала. Между прочим, я еще и чужая…
– Это как?!
– Из другого мира…
– Расскажи!!!
* * *
Солнце поднималось над горизонтом медленно и неохотно, словно выглядывая – что там, на поверхности? Несмелые лучи скользнули по пустыне, позолотили невысокие каменные стены и постройки, заставив клочки тьмы спрятаться в укромных уголках. Расхрабрившись, светило вылезло повыше, рассматривая окрестности, и наткнулось на старое ветвистое дерево, невесть как выросшее в песках. Заинтересовавшись, лучики двинулись дальше, открывая миру двух уснувших под открытым небом друзей: синего тигра и совсем маленькую на фоне его огромной туши девушку, свернувшуюся клубком в ужасающих объятиях зверя.