Чтение онлайн

— Лариса, — она сразу же узнала голос Карташова, — ты не забыла?

— Конечно, нет, — заверила она его, оглядываясь на часы.

Маленькая стрелка остановилась на шести, а большая уже пошла на новый круг.

— К семи я обязательно буду, — твердо сказала она в трубку.

— Вот и отлично. Просто я не имею права тебя вести в архив. Поэтому делать надо все быстро, а главное, вовремя.

— Олег, я все поняла. Я не опаздываю.

— Вот и хорошо, — услышала она вздох облегчения на другом конце провода. — Я жду.

— Угу, — буркнула Лариса. — Я уже выезжаю.

Она привела в порядок бумаги на столе и слегка подправила макияж. Заглянув в зал и кивнув на прощанье Степанычу, она, как обычно, вышла с заднего входа.

В связи с переходом на так называемое «зимнее время» на улице стояла непроглядная тьма. Лариса сделала шаг к своей машине и тут же вздрогнула от ужаса. Где-то в области шеи она почувствовала что-то твердое и холодное. Она хотела повернуть голову, но сразу услышала приглушенную угрозу.

— Будешь хорошо себя вести — тебя никто не тронет. Сейчас мы тихо и спокойно пойдем, куда я скажу. — Незнакомец ткнул Ларису в бок.

Лариса в корне была не согласна с его предложением и собралась закричать.

— Ну, извини, — сказал незнакомец.

Похоже, он понял ее намерения. Потому что она тут же почувствовала сладковатый запах и через секунду все поплыло перед ее глазами. Последнее, что она помнила, — это полет в бесконечность…

…Очнулась Лариса от какого-то толчка. Она открыла глаза и увидела над собой белый потолок. Ее снова встряхнуло и какое-то время не переставало трясти. Рот был залеплен пластырем.

«Черт, — выругалась она про себя, — что все это значит?»

Она хотела повернуть голову и хоть что-то увидеть, но это у нее не получилось. В носу противно зачесалось, и Лариса попыталась поднять руку, но без особого успеха.

«Так, похоже, меня привязали. Хорошенькая ситуация!» Она пыталась хотя бы мысленно сохранять хладнокровие.

Осмотревшись вокруг, Лариса пришла к выводу, что находится, судя по обстановке, в машине «Скорой помощи». Она вспомнила холод стали у себя на шее и поежилась. Что и говорить, очень неприятное ощущение.

Руки начинали затекать, а машину снова затрясло. Ларисе было настолько неудобно, что она даже не чувствовала страха. Все свои силы она направила на то, чтобы хоть немного освободиться.

— Лежи харашо. Понятно, да? — услышала она откуда-то сверху голос с явным кавказским акцентом. — Будешь малчать — сниму пластырь.

Лариса изо всех сил закивала. Что-то темное склонилось над ней и с силой дернуло полоску со рта. От боли она вскрикнула, но тут же замолчала, боясь, что эта ужасная полоска займет прежнее место.

— Где я? — хриплым голосом спросила Лариса. — Куда меня везут?

— Приедешь — узнаешь, — услышала она другой, уже без акцента, насмешливый голос.

— Куда приеду? — не сдавалась Лариса.

— Куда надо. Будешь гаварить и задавать глупый вопрос — получишь наклейку. Понятно, да? — снова вступил в разговор кавказец.

— Понятно. — Лариса отвернулась к стенке.

Ей стало ужасно тоскливо и одиноко. А где-то там, в отделении, ее ждет капитан Карташов и ни о чем не подозревает…

Дорога пошла в гору, и Лариса каким-то чудом не скатилась на пол. От дурацкой липкой ленты у нее до сих пор чесались губы, и она с яростью их кусала, пытаясь унять зуд. Ко всем прочим неудобствам, ей становилось все холоднее. И когда она уже решила, что ее мучениям не будет конца, машина наконец остановилась.

Дверь открылась, и с улицы послышался смех и шутки каких-то людей. В открытую дверь машины дул холодный осенний ветер.

Лариса ждала, что ее сейчас развяжут, но все получилось гораздо проще. Ее взяли и вынесли прямо на носилках, к которым она была крепко прикручена.

«Хорошо, хоть не вперед ногами», — грустно усмехнулась она.

Голову повернуть было очень трудно, и она могла наблюдать только хмурое небо с проблесками маленьких звездочек. Она вздохнула и собрала все свои силы, чтобы не расплакаться. Уж очень все было мерзко, а самое главное, непонятно. Машина «Скорой помощи» — что бы это могло значить?

Ее внесли в какой-то ужасно темный коридор и просто прислонили носилки к стенке. Лариса оказалась в полувисячем, очень неудобном положении. Она уже хотела возмутиться такой бесцеремонностью, но вовремя спохватилась: получить снова пластырь на рот у нее не было ни малейшего желания. Приходилось терпеть.

Висеть, правда, ей пришлось недолго: где-то в стороне показался свет, а потом она услышала совсем рядом шаги.

— Ты жива, что ли? — грубо спросили ее.

Довольно странный вопрос. Ларисе так и хотелось ответить, что нет. Что она уже умерла, но раньше времени нарываться на грубость не хотелось. А то, что ее здесь будут не шампанским поить, она догадывалась. Поэтому предпочла просто промолчать.

В коридоре было темно, и Лариса смогла различить только чью-то черную, судя по габаритам, мужскую фигуру. Когда вся эта масса приблизилась почти вплотную к ней, она почувствовала, как слабеют веревки, и тут же буквально упала мужчине на руки. Ноги и руки онемели и совсем не хотели слушаться.

— Тебя так и нести? — все еще держа ее на руках, спросил человек.

— Нет, — отказалась Лариса. — Я сама.

— Хорошо. — Он осторожно опустил ее на пол и поддерживал еще несколько минут, пока Лариса немного не освоилась в новом для нее вертикальном положении.

— Отлично. — Похоже, незнакомец остался доволен. — А теперь надень вот это.

Он достал шапочку, похожую на ту, которую носят ребята из ОМОНа, только без дырок для глаз.

— Интересно, а как в таком виде вообще можно передвигаться? — буркнула Лариса.

— Можно, — обнадежил ее конвоир.

Она послушно надела то, что ей дали. Стало совсем темно. В следующий момент она почувствовала, как крепкие руки обняли ее и осторожно куда-то повели.

— Ступеньки, — предупредил ее голос, — их тут должно быть десять, затем мы остановимся.

Лариса с трудом поднялась по лестнице и остановилась.

— Почти пришли. — Конвоир прислонил Ларису к стенке, а сам куда-то испарился.

Он вернулся через минуту и, протолкнув ее в дверь, снял с нее шапку. Лариса невольно зажмурилась от яркого света. Немного попривыкнув, она удивленно осмотрелась вокруг.