Чтение онлайн

— Да всё нормально, — фыркает он, натягивая гетры. — Мне так удобнее. Спасибо, ДиТи.

Тренер Брайант заканчивает говорить, и парни направляются на лёд. По пути к бутылкам с водой меня перехватывает тренер Грин.

— Как у тебя с запасами бинтов?

Я заглядываю в аптечку.

— Почти закончились.

— Тогда сбегай за двумя новыми рулонами. С такой нагрузкой, Пит и Хаскелл тратят бинты быстрее, чем поглощают пиво в пятницу вечером.

— Будет сделано.

— Потом заберёшь бутылки и выставишь их. Чувствую, Брайант сегодня доведет их до изнеможения.

Я киваю и ухожу в конец коридора к кладовой. В руках уже два новых рулона бинтов, и я размышляю, стоит ли сказать тренеру Грину про Пита, когда дверь внезапно открывается.

Риз заходит внутрь, полностью экипированный — в защите, шлеме, тренировочной форме. В таком виде он выглядит ещё больше. Быстро закрыв за собой дверь, он ухмыляется так самодовольно, что у меня даже спрашивать ничего не хочется.

— Нет, — сразу говорю я и пытаюсь отступить, но тут особо некуда. — Даже не думай.

— Что? У меня травма, нужна срочная помощь.

Он несет полную чушь, но ладно, я подыграю ему.

— Какая ещё травма? — быстро оглядываю его сверху вниз. — И не смей говорить, что травмировал его.

Он смеётся.

— Нет, Солнышко, мой член работает идеально, но вот губы ужасно пересохли. — Его руки ложатся мне на бёдра. — И, кажется, помочь мне можешь только ты.

Особенность Риза в том, что ему трудно, нет, невозможно сказать «нет». А с его чертовски уверенной улыбкой и этими серыми глазами, полными озорства… Ну, именно так я в это и вляпалась, верно?

Я и сама хочу его поцеловать. Времени побыть наедине у нас почти нет — он не может привести меня к себе, а мой дом на слишком оживлённой улице. Я вздыхаю, глядя на него.

— Один поцелуй.

— Благодарю. — Он наклоняется и сразу захватывает мои губы, без колебаний скользя языком внутрь. Всё, что касается его — это сила, напор, уверенность, и я снова теряюсь в этом с головой. Когда он отстраняется, его язык коротко пробегается по нижней губе. — Вот так. Намного лучше.

— Ты идиот, — качаю я головой, но на лице у меня, конечно же, расползается глупая улыбка. — А теперь марш отсюда.

Он выходит, а я собираю ещё пару вещей перед тем, как вернуться обратно. Перебрасываю свою сумку через плечо, хватаю подставку с бутылками для воды обеими руками. Риз стоит в конце коридора, когда видит меня, толкает дверь.

— Я возьму, — говорит он, возвращаясь, чтобы помочь.

— Всё нормально, — отвечаю я, хотя знаю, что не смогу открыть дверь и унести всё это одновременно.

— Твай, — говорит он, забирая контейнер. Он легко поднимает его одной рукой и открывает дверь другой. Холодный воздух арены прогоняет жар с моих щек, и он переносит бутылки к тренировочному столу. Тренер Грин следит за нами с лавки.

— Спасибо, Кейн, — говорю я спокойным голосом. — Ты не обязан был это делать.

— У тебя был такой вид, будто тебе тяжело, — замечает он, натягивая перчатки, его взгляд поднимается вверх, и я ощущаю приближение тренера Грина. — Просто хотел помочь.

Он уходит, прежде чем мой начальник успевает подойти, надевает шлем и берёт клюшку.

— Всё в порядке, Перкинс? — он смотрит на меня немного дольше обычного.

— Да, — я сосредотачиваюсь на том, чтобы расставить бутылки, и стараюсь не думать о том, как я оказалась между двумя самыми потрясающими вещами в своей жизни. — Всё отлично.

ГЛАВА 22

ТВАЙЛЕР

— Еще две, пожалуйста.

— Серьезно? — Я наблюдаю, как женщина добавляет еще две вафли к башне еды на тарелке Джефферсона.

— Спасибо, Ширлин, ты просто лучшая, — говорит он, подмигивая ей. Работница столовой улыбается в ответ. — И да, ДиТи, я растущий парень. Моему организму нужно топливо.

Если Джефф станет ещё больше, то и его эго, и тело будут с трудом проходить через дверь.

— Я возьму одну, — говорю я, поднимая поднос. Ширлин кладёт вафлю на мою тарелку рядом с двумя ломтями бекона и бананом. — Спасибо.

Пересекая столовую, Джефферсон несёт поднос в одной руке, а во второй помогает себе есть одну из вафель. Одно из преимуществ быть стажёром в тренировочном центре — доступ в столовую для спортсменов. Группы атлетов сидят вокруг столов, обычно разделённые по видам спорта. Женская команда по софтболу сидит у окна, а футболисты занимают длинный стол рядом со стойкой для каши. Брент Рейнольдс устроил свою столовую империю в конце, перед ним стоят три опустошённых тарелки.

Хоккейная команда заняла место прямо посередине, и Джефферсон ставит поднос, садясь на свободное место в конце. Я оглядываю стол в поисках пустого места и, как назло, нахожу — есть свободный стул рядом с Ризом. Он не смотрит на меня, когда я подхожу, но убирает рюкзак с сиденья и кладёт его на пол. Не удивительно, что место пустовало.

— Эй, ДиТи, — говорит Рид, поднимая кусок тоста. — Смотрела ту новую документалку про Дамера?

— Чувак, ты же знаешь правило, — говорит Кирби. — Никаких разговоров о каннибализме во время еды.

— Ты только что говорил о сыпи у себя на яйцах. — Рид драматично закатывает глаза и снова смотрит на меня. — Фильм из четырех частей?

— Да, я смотрела, — отвечаю я, поливая сиропом вафлю. Я трачу время, заполняя каждую маленькую ямку. — И, если честно, всё это очень грустно. Бедные дети. — Я перевожу взгляд на Кирби. — Тебе в клинику не нужно записаться? Я могу помочь с записью.

— Или можешь подождать, пока департамент здравоохранения сам за тобой не приедет, — добавляет Аксель. — Но к тому времени сыпь может распространиться на твой член.

— Заткнись, — говорит Кирби, хотя я вижу беспокойство в его глазах. — Мне просто нужно чтобы мои яйца дольше обсыхали после душа.

Риз наклоняется и так сильно бьет Кирби по руке, что его вилка дергается и задевает губу.

— Черт! — он дотрагивается до своей губы. — Ты мог сделать мне больно.

— Правильно. Мог бы. — Риз прищуривает глаза. — Перестань говорить о своих яйцах перед Твайлер. — Пит кашляет, а Риз вздыхает. — И вообще перед остальными. Это чертовски отвратительно.

— Кэп прав, — соглашается Мерфи. Кирби касается губ и бурчит что-то про то, что девчонок не стоит приглашать за стол, если они не могут вытерпеть такие разговоры.

— Извини за это, — говорит Риз, кладя руку мне на колено под столом. Несмотря на более прохладный воздух, я в шортах и худи, так как только что работала с ребятами в тренажёрном зале. — Не обязательно портить себе утро, обедая с этими дегенератами.

— Я не против, — тихо говорю я, убедившись, что другие парни не слышат. — Это, по сути, единственный способ увидеть тебя в течение дня. — Я откусываю уголок вафли и ухмыляюсь. — Даже если мне придется слушать, как Кирби говорит о своих яйцах.