Чтение онлайн

Рей не слыл почитателем богов, но он принимал их факт существования. В конце концов, с некоторыми из них даже когда-то здоровался за руку.

Кто-то умудрялся даже отрицать их существование. Над такими Рей снисходительно посмеивался, но переубеждать не пытался, да и Восемь Богов тоже посмеивались, глядя на неверующих. С некоторой настороженностью Рей относился к тем, кто почитал Иных. То были не те же самые Восемь, что имели множество обличий среди разных народов, то были действительно Иные. Древние, молчаливые, дарующие не благословение, но силы. Они принимали молитвы лишь своих потомков, отвергая остальных, пусть и молящихся искренне. Боги шаманов, волхвов и друидов – древних колдунов, и тех, кто появился на свет еще до того, как появился в мире свет.

Считалось, что Восемь отделились от Бездны, а после поделили мир на свет и тьму. Иные же зародились вместе с Бездной, вышли из нее, но остались ей самой.

На сегодняшний день мало кто поклонялся древним. Можно годами идти и, приставая к каждому встречному, все равно не встретить иноверца. Сейчас так не принято, сейчас все иначе. Тогда времена были жестокими, а потому и требовали жестоких богов, чьи обличья принял хаос. Не свет, не тьма, но относимые неизменно к тьме, потому что знали они только один язык – крови.

Рей честно попытался вспомнить, сталкивался ли он с подобным. Летоисчисление утекло за сотни, приблизившись к тысячам, вот насколько давно царили те времена. Пожалуй, Валерии в какой-то степени повезло. На ее долю выпала весьма необычная смерть.

– Ты бредишь, – констатировал Рей со вздохом.

Он устало потер шею. Демон забился в недра души, оставив после себя бессилие и опустошение. Страшно захотелось спать. За окном едва занимался рассвет, а он так и не сомкнул глаз.

Пора возвращаться домой. Пустой, остывший, хранящий еще шлейф Лимы. Рей ляжет в кровать с мятыми простынями и уснет.

– Лютый зверь отметился в наших краях, – хихикнул некромант, еще больше уподобившись безумцу. – Дикий, свирепый. Давно я не видал таких, а уж прожил я достаточно. И не хотел бы я с таким встречаться.

Рей сочувствующе взглянул на Нохоя. Старик прожил слишком много лет. Стоило бы мирозданию как-то урегулировать процесс долговечной жизни, некоторые слишком близко к сердцу принимают тянущиеся века и закономерно повреждаются умом.

– Мне пора, – сказал он, вставая со скрипнувшего стула.

С лица Нохоя не сходила улыбка.

– Что есть дом? – прокряхтел некромант. – Стены и крыша? Нет, дом – это то, где обретается дух. Тело тоже дом. Демоны не вхожи в дом, если им не позволят войти.

Рей бездумно уставился на Нохоя.

– Позже приду с белками, как обычно, – сказал он, открывая дверь и переступая через порог.

– Не придешь, – напутствовал старик в спину. – Берегись лютого зверя. Он и тебя, и того, что внутри тебя может забрать. Не смотри в глаза тому, кто отдал душу Жнецу, Даророду, Пастуху, Пряхе и Калике. Если посмотришь, то знай – пропадешь. Пропадешь в его глазах. В его власти увести тебя той дорогой, по которой ты идти не хочешь.

Рей захлопнул дверь, оставив старика бредить в одиночестве.

Тереза смотрела на свое отражение в зеркале. Капилляры в глазах полопались, тем самым подчеркнув янтарно-зеленый цвет радужки. Отвратительное зрелище.

Плеснув в лицо холодной воды, она попыталась привести себя в чувство. Вместо облегчения она принесла себе дополнительные хлопоты. Задев неверной рукой стоящую на углу стола кружку с чаем, Тереза раздосадовано зашипела на растраченный впустую напиток, который можно было бы пристроить в желудок, и на собственную безалаберность.

Дом, который она без зазрения совести временно оккупировала, принадлежал молодой бездетной семье. Оба его хозяева отрабатывали свои будни где-то в пределах Ул-Кассана, и Тереза решила, что нечего дому просто так простаивать. Будь она смелее, еще бы и баню оккупировала, но все же честь и совесть у нее имелись.

В Рее она хотела найти помощника. Он казался ей идеальным кандидатом – совершенно не заинтересованный в сочувствии к Море. Она надеялась на его равнодушие, но никак не ожидала наткнуться на ненависть.

Наспех убирая последствия разбитой кружки, Тереза то и дело поглядывала в окно. Скоро ей придется принимать решение, начиная от того, где ночевать, заканчивая тем, готова ли она убить Мору Розы.

Как же они были похожи, два стервятника, что жаждали пустить друг другу кровь. И ведь так было с самого начала. Мора ненавидела Рея, Рей не питал иллюзий насчет Моры. Какой же слепой была Дафна, и как же теперь страдает из-за этого Тереза.

А ведь все было относительно неплохо до того дня, когда Валерия Розы переступила порог ее дома. Тереза не чувствовала себя никчемной, слабой, безвольной, губительно наивной. Все шло своим чередом. Она четко видела, с кем нужно держать ухо востро, а на чей счет переживать не стоит. За все пятнадцать лет наемницей ни одной оплошности. Ни в магии, ни в человеческих взаимоотношениях. Как же так вышло, что в последнее время она только и делает, что ошибается, идет на поводу и позорно просит помощи у тех, кто откровенно не желает ей помогать? С каких пор она вообще нуждается в этой самой помощи? Да еще и платить должна за это.

– А может, ну это все? – Тереза застыла посреди чужого дома. – Все равно, что будет делать Мора, все равно на Александра, на Валерию, вообще на все?

Ее одолевала тревога. Мора подошла к опасной черте, она уже не чуралась откровенной подлости, шантажа и угроз. И Рей тоже поднял ставки. И платить за все это Терезе.

Ветер скользнул по волосам, касаясь игривой ладонью. Сообщал, что хозяева возвращаются в свое жилище.

– Нет, не все равно, – заключила Тереза, направляясь к окну, ведущему на задний двор.

Молодая чета так и не узнала, каких гостей занесло ветром в их дом.

***

Разгорался день, и солнце, иссушая землю и воздух, прогоняло рассветную прохладу. На смену дождливым тучам заступал самый жаркий осенний день на севере.

Цветущую падь отстроили настолько искусно, что нельзя было помыслить о былом разрушении. Тереза своими глазами не видела, в каком состоянии был особняк, но зная об особенностях огня алхимиков, справедливо предположила, что падь на время превратилась в выгоревшую пустошь. Сейчас фасад дома изобиловал лепниной и украшенными резьбой колоннами, мраморные лестницы его сверкали белизной на солнце, а сад гостеприимно шумел под редким ветром. Пусть этот сад и был пропитан колдовством, все же осень его не миновала, окрасив листву золотом и багрянцем.

Скрываясь за широким стволом клена, Гончая наблюдала за площадкой, где носились дети. Малые отрывались на полную, пользуясь отлучкой строгой директрисы – кто лазил по деревьям, кто бессовестно устраивал нешуточные драки, кто от души топтался по грязи, размазывая ее по коленкам.

Тереза не смогла скрыть разочарования, когда увидела, что вместо того, чтобы сполна отыгрывать свое детство, одна девочка-подросток отсиживалась в стороне, читая книгу под тенью дерева.

– Ну и что же тебя связывает с этой девчонкой? – тело среагировало быстрее, чем мозг.