Игра
Шрифт:
Впервые за все время, как Марк меня похитил, у меня не было желания от него сбежать. И как мне кажется он это знал, поэтому не держал меня за руку или плечо, как это происходило раньше.
– Ты знаешь в какой она больнице ?
– Спросила я, садясь в машину.
– Да.
Мы подъехали к больнице. В ту самую, в которой когда-то лежала я после аварии. Воспоминания тех дней болью откликнулись в моем сердце. Возможно по выражению моего лица было понятно. Марк это заметил. И поинтересовался у меня, в порядке ли я. Я ничего не ответила и так понятно, что все катится к чертям.
Я подошла к ресепшену.
– Бурова Екатерина Сергеевна в каком отделении лежит?
– Обратилась я к молоденькой девушке.
Выглянув она из за компьютера, спросила: - Кем вы ей приходитесь?
– Я дочь Бурова Натали. Могу показать паспорт, если нужно.
– Нет нет, не нужно. Секунду сейчас посмотрю.
– И она уткнулась в компьютер.
Марк стоял в стороне. Разговаривал с кем-то по телефону. О чём я даже не слышала, да мне было это не интересно, сейчас меня интересует только одно. Что с мамой? Прошла всего минута, а мне казалось вечность. Марк уже поговорил по телефону и подошёл ко мне.
– А нашла. Бурова Екатерина верно?
– уточнила девушка.
– Да верно.
– Отделение онкологии. Это третий корпус, палата восемь.
– Как онкологии? Вы не перепутали. Это точно?
– не поверила я в то, что услышала. Голос задрожал.
– Нет, все точно. Я уверена.
Мне показалось, что ещё мгновение и я упаду. Но Марк придержал меня за руку.
– Пошли.
– Почти шепотом сказал он, - и убедимся точно.
...
Марк остался ждать в коридоре. Отпустил меня одну. А я боялась зайти в палату. Надеялась, что это ошибка. Я тихонько открыла дверь.
– Мам?
На меня смотрела совсем другая женщина, не та которую я видела последний раз, пару месяцев назад. Другая. Она посмотрела на меня своим потухшими, но родными глазами.
– Дочка, - произнесла она. И я упала в её объятия. Это не ошибка, подумала я. Действительно, в восьмой палате лежала моя мама.
Глава 30
Я села напротив мамы в кресло. Внимательно смотрела на нее. Изучала, как она изменилась. На голове повязан светлый платок, из-под которого выбилась едва заметная прядь. Частичное отсутствие бровей и ресниц, свидетельствовали прохождение ею химиотерапии. Худое, изможденное лицо, покрыто морщинами, никогда их не замечала, а тут бросились в глаза.
– Почему ты мне не рассказала мам? Я ведь звонила тебе. Почему молчала?
Мама глубоко вздохнула.
– Доченька, как я могла тебе что-то сказать, когда ты снова стала счастливой. Разве могла я все испортить.
Я прикусила губу, видимо очень правдоподобно я изображала, что у меня все отлично.
– Что у тебя? Ты знаешь?
– Рак.
– Мам я догадалась, было не сложно понять.
– как можно спокойней сказала я.
– Опухоль в голове дочь.
– мама опустила взгляд, - я уже давно знаю, поэтому и затеяла этот отъезд всей семьёй. Кто знает сколько мне осталось?!
– Мама, - и я заплакала, спрятав лицо в ладонях, - я поговорю с твоим врачом, может нужно дополнительное лечение, деньги. Марк, я думаю, он поможет.
– Марк? Ты приехала со своим молодым человеком.
– нотка радости улавливалась в голосе мамы, - я хочу с ним познакомиться.
– Мам, думаю, это не лучшая идея.
– Мама просто посмотрела на меня, - хорошо, он в коридоре я его позову.
Я вытерла слёзы, поцеловала маму и вышла. Марка в коридоре не оказалась, ушёл, я с облегчением вздохнула. Пока его нет, решила все же поговорить с доктором. И я пошла по длинному коридору в поисках кабинета, перед этим уточнила у санитарки, куда мне идти. Наконец, нужная мне дверь была найдена, с табличкой - Ломов Борис Михайлович врач-онколог. Сердце закололо, когда шепотом произнесла то, что было выбито на этой табличке. Я аккуратно постучала в дверь и дернула ручку, но к моему сожалению дверь была заперта.
– Натали, - услышала я знакомый до боли голос, - Натали, это правда ты?!
Обернулась, в нескольких шагах от меня стоял мой бывший - Давид.
Он ни капли не изменился за эти годы. Все тот же, красивый, голубоглазый блондин. Но он сильно уступал красоте Марку, этого нельзя было не подметить.
– Вот уж не ожидал тебя тут увидеть, Бурова, - и он потянулся меня обнять. Я неохотно ответила на его жест.
– Я тоже.
– Что ты тут делаешь?
– и он посмотрел на табличку за моей спиной и нахмурился, - ты здорова?
– Да да, со мной все хорошо, - помотал головой.
– Врача искала. Я пойду.
– Нет, ты не можешь уйти. Регина часто вспоминает про тебя и она будет очень рада с тобой увидеться. Она работает тут, как раз обед. Давай посидим, поговорим.
– Не думаю, что это хорошая идея.
– Но Давид даже не дослушал меня, схватил меня за руку и потянул за собой.
– Подождем ее в кафе, через дорогу. Я думаю ей очень понравится такой сюрприз.
– Давид посмотрел на меня, - не переживай, я верну тебя обратно.
Он вел меня за собой, а я глазами искала Марка. И не знаю, чего я боялась больше, того, что Марк обнаружит мое отсутствие или то, что меня за собой тянет какой-то мужик, который ко всему прочему ещё и мой бывший. Как Марк себя поведет в такой ситуации я не знаю. Уверена я была только в том, что бежать от него сейчас в мои планы не входило. Не та ситуация. Сбежать от Марка, это значило сбежать от мамы, а ей сейчас, как никогда нужна моя поддержка.
Мы зашли в кафе, заняли свободный столик. Давид позвонил Регине с воодушевлением объявил, что ее ждёт сюрприз.
– Регина уже идёт, - объявил Давид, - уверен, она будет рада тебя видеть..
Не знаю почему, но я хотела избежать это встречи. У меня были странные, не понятные ощущения. Хотелось сбежать. Раньше я часто думала, что я почувствую, когда встречу их, а сейчас мне просто не хочется ворошить уже давно зажившие душевные раны.
– Давид, правда рада была тебя повидать, но мне нужно идти.
– Я уже встала со своего места, но Давид поймал меня за руку, и большим пальцем провел по ладони. Ничего особенного, но по телу прошла неприятная дрожь.
– Натали, вот так сюрприз, это правда ты.
– Раздался радостный голос Регины.
Я одернула руку.
– привет Регина, - и тут же мой взгляд упал на ее живот. Она была беременна, - поздравляю, ещё малыш, вы молодцы. Ребят, правда была рада вас повидать, но я пойду.
– Натали но...
– Хотела, что-то сказать Регина, но я ее перебила.
– Я давно вычеркнула вас из своей жизни.
– Давай хотя бы поговорим, - начал Давид, - не одной тебе было плохо в тот день, не одна ты что-то потеряла.