Чтение онлайн

Вот и все. Прошлого не вернуть. Того что было не повторить как бы не хотелось. У меня есть ради чего жить и трудиться. А Глеб? Надеюсь он найдет свое счастье.

Скажите дура. Может быть. Но мы все разные. Да и говорить с пьяным мужиком все равно что с радио. Он не услышит меня. Ему его правда ближе, нежели мои доводы. А признать вину это значит сознаться в измене. Нет. Я так не могу. Верит, не верит. Уже честно говоря плевать. Устала болеть им и играть в одни ворота. А он как был зациклен на своем, так и остался. Изменится ли он? Нет. Люди не меняются. Подстраиваются да, но не меняются.

Гордая? Наверно. Но я итак долго ждала от него того, чего он никогда не сделает. Он не признает своей вины. Пусть же остается все как есть. У него своя правда, у меня своя. А если захочет и приложит хоть немного усилий, то узнает все о том случае в офисе. Ведь я так поняла, что ему либо кто то что то сказал, либо он увидел что то. А вот его выводы это его недоверие женщинам. Он подогнал всех под единый стандарт в его понимании и отказывается признать, что не прав.

Мужчины вообще редко признают себя не правыми. И тут природа у них такая. Ну не способны они чувствовать тонкие грани и подвох. Им бы наше волшебное шестое чувство. Хотя они смеются над ним, мол чушь ваша женская чутье. А в конечном итоге она не подводит нас.

Да и Бог ему судья. Кто я такая чтоб выносить приговор или вершить его. Я просто женщина. Слабая и разбитая женщина. Я хочу чтоб меня слышали и слушали. Чтоб понимали и принимали. А это увы уже вымирающее качество в противоположном поле. Все. Баста. Хватит.

Алиса…

Прошло два месяца с того дня, как я покинула дом Глеба. Боль не прошла. Кажется я еще больше страдала теперь, когда знала о многом из прошлого любимого. Я видела кошмары или же наоборот сны с сексуальными фантазиями. И везде, везде был он. Всюду. Даже если мне ничего не напоминало о нем, я все равно видела его.

Вирус что ворвался в привычную жизнь граждан понемногу пошел на спад и жизнь продолжилась. Конечно в связи с этим многим пришлось заморозить свой бизнес. Мы как и все терпели убытки, но скопленные средства позволяли существовать не шикуя.

— Алис мне нужна твоя помощь в одном деле! — заявил Денис Николаевич.

Я жила в их доме пока родители были в отъезде. Все лучше, чем одной. Хотя и напоминало многое мне здесь о своей огромной любви. Но я старалась не замечать и игнорировать это.

— И что то мне подсказывает, что отказаться я не могу! — усмехаюсь я над тоном дяди.

— Да! Прыгай в машину! — командует он.

— И куда мы едем? — интересуюсь пристегивая ремень.

— В одно чудесное место! — отвечает Гусаров старший заводя свой пикап.

Машина движется прочь из коттеджного поселка в сторону деревни, где живет знакомый Дениса Николаевича. Сворачиваем на лесную дорогу, где после дождя проедет лишь такая техника. Дальше по ней, а потом в глубь леса еще некоторое время.

— И куда мы едем? — задаю вопрос когда мы свернули в лес.

— Это наше с Милочкой место. Здесь мы стали близки по настоящему. Ну ты понимаешь о чем я! — усмехается он.

— Дядь, только без этих твоих подколов, ладно! — вздыхаю я.

— А что. Место сказочное. Свежий воздух, деревья и главное вокруг ни души. Красота! — мечтательно выдает мужчина.

— Не нравиться мне все это! — качаю головой удивляясь настрою Дениса Николаевича.

— Да ладно тебе! Просто посмотрим что и как там. Проверим на случай и все. — успокаивает он меня.

— А что особенного в том месте? — интересуюсь я.

— Здесь я узнал, что у меня будет дочь! Здесь я обрел счастье! — выдает дядя.

Наконец мы подъезжаем к постройке, что скрыта в лесу. Ее крыша поросла мхом, а сама она очень низкая. Рядом с ней поленницы дров и инвентарь. Тут же рядом, стол и кострище.

— Это хижина охотников. После того, как она стала для нас местом рождения нашей семьи, я каждый год проверяю ее состояние. Привожу консервы и прочее продовольствие. — поделился дядя.

Я отстегнулась и вышла из машины. И правда здесь хорошо. А запах. Ох. Красота. Я потянулась. Так вот она полянка по которой моя лиса прыгала.

— Дядь, а лисы здесь водятся? — крикнула я ему.

— Ага! Одна сейчас со мной приехала! — смеется мужчина. — Ты бери пакет из кабины и в избу иди. Я только развернусь и присоединюсь.

— Хорошо! — на позитиве ответила я.

Как же хорошо, что он позвал меня в его место. Такое чувство, что здесь душа отдыхает. Мысли дурные всякие из головы вылетают и не возвращаются. А воздух такой приятный, что надышаться не можешь.

Я беру пакет с какими то припасами и иду в домик. Дверь тяжелая и старая. Скрипит. За спиной урчит двигатель дядиного пикапа. Разворачивается.

Открываю дверь и вхожу внутрь. Приходиться наклониться, ведь здесь низкий проем. Распрямляюсь и застываю на месте. Пакет выпадает из рук и с глухим стуком приземляется на пол.

— Ты? — удивленно мычу я.

Я словно призрак увидела. Призрак прошлого. Он сидит на скамье у стола и смотрит грустными глазами.

— Что ты здесь делаешь? — задаю вопрос, а потом медленно до меня доходит. — Вы сговорились! Черт!

Я выскакиваю из домика, но машины уже и след простыл. Да что они творят! Зачем? Вот же мужики, сговорились значит. Ладно дядя, он ничего не знает о нас и думал помирить. Но Бутузов! Гад! Ненавижу!

— Поговорим! — слышу голос за спиной.

— Катись от меня Глеб! — рявкаю я.

Потом понимаю, что он не на коляске. Он что ходит? Но как? Когда? Черт. Какое мне дело до него.

— Топай отсюда, раз конечности выздоровели иначе я вырву их тебе с корнем. И еще кастрирую. Нефиг таким плодиться! — рычу я.

— Алиса, услышь меня. Я хочу поговорить! — спокойно заявляет он.

— Мне не о чем с тобой говорить! Оставь меня в покое! — рычу я.

— Тебе никуда не деться, мы одни и ты выслушаешь меня! — нагло заявляет Глеб.

— Я позвоню и меня заберут от сюда! — ору на него.

Вытаскиваю телефон. Да что за! Связи нет. Начинаю метаться по поляне с трубкой в руке. Молюсь чтоб хоть палочка, но появилась. Глеб же просто стоит и смотрит на мои метания.

— Зря бегаешь. Связи нет. Если только на дереве! — усмехается гад и на сосну пальцем показывает.