Чтение онлайн

Дальше они поплыли в трех каноэ, спрятанных в зарослях. Эл с восторгом наблюдал, как они управляются с маленькими веслами, заставляя лодки быстро двигаться против течения.

На крокодилов они внимания не обращали, искусно огибая островки и торчащие из воды камни.

Солнце жгло нещадно, но Эл заметил, что на тело, смазанное белой жидкостью, не садятся ни комары, ни мухи. Индейцев они определенно не беспокоили.

В середине дня они остановились на отдых не больше, чем на полчаса, поели фруктов, взятых с собой, и снова отправились в путь. Невзрачные лодчонки скользили по воде необыкновенно быстро.

Они точно знали, где остановиться. Вытащили лодки на берег и с любопытством направились к хижине.

Эл шел следом. Его не было три дня и две ночи — для джунглей целая жизнь. Но он оставил их с едой, водой и Эваном в качестве защитника. Не может быть, чтобы дела обстояли слишком плохо.

Индейцы молча стояли полукругом около хижины. Эл протиснулся вперед. То, что он увидел, привело его в ужас. Три недвижные кучи тряпья, и кругом — тучи насекомых.

Он сначала подошел к Даллас и поспешно пощупал ей пульс. Она была жива. Как и Кристина и Пол. Но все трое были в жутком состоянии.

В двух кожаных фляжках не осталось воды, все трое страдали от обезвоживания и жажды.

Эл повернулся к индейцам, и сразу же, вместо того чтобы стоять и глазеть, они принялись помогать. Бегали за водой с фляжками, стряхивали насекомых с неподвижных тел.

— Эван, — крикнул Эл, — где ты, Эван?

Он обыскал хижину и, не обнаружив пистолета, решил, что сын отправился на охоту. Но как мог он оставить их без воды? Что-то не похоже.

Эл наклонился над Даллас. Ее искусанное лицо страшно распухло.

— Ты меня слышишь? — прошептал он. — Эй, красотка, слышишь меня?

Она пробормотала что-то нечленораздельное. Ее трясла сильная лихорадка.

Эл повернулся к одному из молодых индейцев и с помощью жестов пояснил ему, что одного человека не хватает. Юноша кивнул. Казалось, он понял. Он повернулся к приятелю и что-то сказал. Потом оба кинулись в лес.

Ничего не оставалось, как ждать. Поить водой Даллас, Пола и Кристину и надеяться, что они выдержат еще день.

Один из индейцев молча сел около Кристины и принялся выковыривать червей из ее рук. У нее не было даже сил кричать от боли. Другой индеец принес белую чудодейственную жидкость и стал смазывать лицо Даллас.

Позже юноши спустились к реке и голыми руками наловили рыбы, почистили ее и зажарили на костре.

Двое кинувшихся искать Эвана вернулись уже в темноте. Они покачали головами и опустили глаза. Один держал в руке пистолет. Тот самый, что Эл оставил Эвану. И еще рубашку, рваную, всю в пятнах крови.

— Где он? — закричал Эл, в отчаянии от того, что не может понять ни слова.

Индейцы попытались объяснить. Они жестами изобразили большого зверя.

— Onca, — сказал один из них, — oncanigra.

Для Эла это ничего не значило. Они все пытались объяснить ему, и неожиданно он понял. Эван мертв. Его убил oncanigra, что бы это там ни означало.

Эл не мог поверить. Пройти через такое… не может быть…

— Тело, — сказал он, — где тело?

Они поняли его. Обменялись взглядами и подняли руки к небу. Этот жест ставил точку на жизни Эвана.

Эл понял, что они хотели сказать. Кэти. Берни. Джунгли поглощают тело, если оно не похоронено немедленно.

Впервые в жизни Эл заплакал. Он положил голову на руки и зарыдал.

Индейцы смущенно смотрели в сторону. Прошла ночь.

Утром они отнесли Даллас, Кристину и Пола в лодки и поспешили отправиться в путь.

На этот раз они двигались значительно быстрее, поскольку плыли по течению. Лодки скользили по воде с пугающей скоростью.

Эл сидел в каноэ вместе с Даллас, положив ее голову себе на колени. Он винил себя в смерти Эвана. Если бы он не ушел… Но на это он знал ответ. Если бы он не привел помощь, они бы все умерли. Скорее всего, Эван отправился за добычей… и погиб, пытаясь сохранить всем жизнь.

Возвращение в индейскую деревню было почти как возвращение домой. Вождь спустился к реке, чтобы встретить их. Он сочувственно поцокал языком, увидев, в каком они состоянии. Затем Даллас, Кристину и Пола отнесли в деревню и отдали на попечение женщинам.

Эл устал. Сказывались лишения и тяготы последних четырнадцати дней. Когда удастся отсюда выбраться? Кто еще умрет, так и не увидев огней цивилизации?

Они пробыли в деревне три дня. Достаточно для того, чтобы Даллас, Кристина и Пол пришли в себя.

Лекарства, которыми пользовались индейцы, оказались чудодейственными. Они избавили Даллас и Пола от лихорадки. Руки Кристины женщины обернули какими-то листьями.

Все трое были еще очень слабы, но уже и не на грани смерти.

Кристина, как оказалось, немного понимала язык индейцев. Некоторые слова напоминали португальские. Ей удалось выяснить, что единственный путь из деревни идет по реке и что три дня пути приведут их в более крупное индейское селение, а еще один день — в торговый поселок, где есть небольшая взлетно-посадочная полоса.

— Боюсь, все сильно удивятся нашему воскрешению, — слабым голосом пошутила Даллас. Чем крепче она становилась, тем больше цеплялась за Эла. Он не отходил от нее. Они говорили об Эване и Берни, о том, почему все так случилось и что им не суждено было выжить.

Пол был очень слаб и, казалось, потерял всякий вкус к жизни. Он лежал в гамаке, ел без аппетита, послушно пил лекарства, которые давали ему индейцы.

Кристина говорила только о своих родителях. Какие они замечательные и как она постарается найти с ними общий язык. Она плакала, узнав об Эване. Но теперь слезы высохли, и ей не терпелось вернуться домой.

Им всем хотелось поскорее домой. Но где дом Эла? Он пытался забыть об Эдне, но она все еще была его женой. Каким шоком для нее будет его появление. Она, скорее всего, уже поверила в смерть мужа и сына. А теперь он выйдет из джунглей живым. Как она прореагирует?

Он должен будет поехать к ней, рассказать, каким героем был их сын. Даллас поедет с ним. В одном он был уверен — их с Даллас теперь не разлучить. Они об этом уже поговорили и поняли, что думают одинаково. Слава Богу, Даллас поправлялась. Но он все еще беспокоился о Поле. Надо поскорее доставить его в нормальную больницу.