Чтение онлайн

Он нагнулся, нащупал ботинок, стал его расшнуровывать; обернулся и начал изо всех сил колотить им существо-Шиллинга.

— М-м-м-м, — промычало существо. — Я должен это обдумать. — И отстало.

Тяжело дыша, Пит ожидал его возвращения.

Знал, что оно вернется.

Опускаясь на дно огромной пустоты, Джо Шиллинг вращался, казалось, падая, восстанавливал равновесие, задыхался дымом своей сигары и делал попытки восстановить дыхание.

— Пит! — громко позвал он. Прислушался. Ни направления движения, ни верха, ни низа. Никакой точки опоры. Никакого понятия о том, что такое он и что такое не он. Никакого деления на я и не-я.

Тишина.

— Пит Гарден, — повторил он и на этот раз что-то почувствовал, почувствовал, но не услыхал. — Ты?

— Да, я, — прозвучал ответ. Это был Пит.

И не Пит.

— Что происходит? — недоумевал Джо. — Что за чертовщина с нами происходит? Минута — покрыта миля, верно? Однако на Землю мы вернемся, я верю, что найдем путь назад. В конце концов, Игру мы выиграли, ведь так? А поначалу не верили, что сумеем это сделать. — Опять прислушался.

Пит сказал:

— Подойди ближе.

— Нет, — возразил Шиллинг. — Я почему-то… чертовски тебе не верю. Да и как я могу подойти? Ведь я просто вращаюсь? И ты тоже?

— Подойди ближе, — монотонно повторил голос.

Нет, сам себе сказал Джо Шиллинг.

Он не верил голосу; он почувствовал страх.

— Убирайся, — ответил Джо. Парализованный, он прислушивался.

Оно не убиралось.

В окружавшей ее темноте Фрея Гейне думала. Он нас подставил — мы выиграли и ничего не получили. Этот ублюдочный организм — нам никак нельзя было ему верить, как нельзя было поверить в идею Пита сыграть подобным образом.

Ненавижу его. Это ошибка его и Джо.

Ею овладела ярость — убила бы обоих. Загрызла бы их до смерти. Фрея вытянула руки и стала хватать пустоту. Убила бы каждого, прямо сейчас.

— Я хочу убить!

Мэри Энн обратилась к Питу:

— Послушайте, Пит, он лишил нас способности оценивать действительность. Изменили именно нас. Я уверена в этом. Вы меня слышите? — Подняв голову, стала прислушиваться.

Ничего. Никакого ответа.

Он раздробил нас, подумала она. Словно мы, каждый из нас, в состоянии крайнего психоза, изолированные друг от друга и лишенные способности воспринимать время и пространство. Такая пугающая, ненавистная изоляция. Видимо — она. А что еще?

Это не могло быть реальностью. И еще…

Вероятно, это находится под слоями осознания души; вероятно, мы и есть такие. Они нам это показывают, убивая нас правдой о самих себе. Их телепатическая способность и возможность формировать и преобразовывать умы, внушать им. Мэри Энн отогнала такую мысль.

И вдруг увидала под собой нечто живое.

Низкорослых, чахлых существ, огромными силами скрюченных в уродливые массы. Доведенные до состояния слепоты и ничтожества. Она всмотрелась в них; убывающий свет огромного, угасающего солнца освещал и освещал это место; по мере того, как она смотрела, солнце сделалось темно-красным, и наконец вновь опустилась полная тьма.

Подобно глубоководным организмам, низкорослые существа чуть светились и по инерции продолжали жить. Неприятной жизнью.

Она их узнала.

Это — мы. Земляне, какими нас видят ваги. Ближе к Солнцу, подверженными действию огромных гравитационных сил. Она закрыла глаза.

Понятно. Неудивительно, почему они хотят с нами воевать; мы для них — старая, угасающая раса, прожившая свой период времени, которую следует вынудить к уходу со сцены.

И потом — ваги. Светящиеся существа, невесомые, парящие вверху, вне радиуса действия давления, способного уничтожить — низкорослые, вымирающие существа. На крохотной луне, далеко от громадного, древнего Солнца.

Вы хотите нам это показать, уяснила она. Реальность кажется вам такой, а она такая, какой видим ее мы.

Но так больше не будет.

— Понимаешь? — спросила она нечто светящееся, невесомое, представляющее собой спиралеобразного титанянина. — Что наше видение ситуации — в такой же степени подлинно? Ты не сможешь заменить даже наше видение!

Крепко закрыв от страха глаза, она ждала ответа.

— В идеале, — пришла ей в голову ясная мысль, — можно примирить обе точки зрения. Но в частностях это не срабатывает.

Открыв глаза, она увидала шар, холмик провисшей желатинообразной протоплазмы с забавно вышитой красными нитками фамилией — И.Б. Блэк — там, где была его лицевая часть.

— Что? — спросила она и огляделась.

И.Б. Блэк передал ей на расстоянии свою мысль:

— Имеются трудности. Мы их сами не разрешили; отсюда и противоречия в нашей культуре. — Он добавил: — Группой игроков в Игру, выставленной против вас, руководил я. Вы — у себя на Земле, в квартире вашей семьи в Сан-Рафаэле, где в данное время я веду следствие по уголовному делу.

Свет и сила притяжения — она их ощущала. Осторожно села.

— Я видела.

— Вы видели то, что нас мучит. Этого мы отрицать не можем. — Ваг перетек к ней поближе, чтобы она четко усвоила его мысли. — Мы понимаем, это пристрастно, несправедливо по отношению к вам, землянам, потому что, в свою очередь, у вас есть, как вы говорите, одинаково противоположный и в равной степени промежуточный взгляд на нас. Следовательно, как вы сейчас убедились, способности воспринимать мы не лишены. — И он добавил: — Было несправедливо оставлять вас в незнании.

— Мы выиграли игру. Против вас.

— Нашим гражданам это известно. Мы отвергаем карательные действия своих потерявших рассудок игроков в Игру. Логически, после выигрыша вас должны вернуть на Землю. Все другое — немыслимо. Конечно, без наших экстремистов.

— Ваших игроков в Игру?

— Их не будут наказывать. В нашей культуре они занимают слишком высокое положение. Радуйтесь, что вы здесь, будьте довольны, мисс Мак-Клейн. — Он говорил грубо.

— А другие члены нашей группы? Где они сейчас? — Здесь, в Сан-Рафаэле, их явно не было. — В Кармеле?