Игроки Титана
Шрифт:
Поднявшись на ноги, Джин Блау громко возгласила:
— Друзья, я хочу представить вам нового игрока, прибывшего к нам из Лас-Вегаса и прежде входившего в группу «Соломенное Чучело». Зовут этого игрока Кэрол Холт!
Взяв незнакомку за руку, Джин вывела ее на середину комнаты.
— Кэрол, позволь представить тебе Фрею и Клема Гейне, моего супруга Джека Блау, Сильвануса Ангста, Уолтера и Дженис Ремингтон, Юл Маркс и Стюарта Маркса и, наконец, твоего нового партнера по Блефу Пита Гардена! Пит, это Кэрол Холт, твоя новая супруга, мы выбирали ее целых два часа!
— А меня зовут миссис Ангст! — раздалось с порога. — Ну и ночка сегодня выдалась — сразу два новичка!
Оценивающе посмотрев на Кэрол Холт, Фрея перевела взгляд на Пита, пытаясь понять его реакцию на новую супругу. Однако Пит вел себя так, словно находился на официальном приеме. Учтиво кивнув Кэрол, он тут же застыл, задумавшись о чем-то своем. Вел он себя как-то странно, и объяснялось это скорее всего тем, что он пока не оправился от шока прошлой ночи. Впрочем, то же Фрея могла сказать о себе.
Кэрол Холт, дама из «Соломенного Чучела», не показалась Фрее чем-то выдающимся, хотя той и нельзя было отказать в известном шарме, — волосы искусно завиты в модное «крысиное гнездо», глаза тонко подведены… Чулков на ней не было, обута же она была в легкие, без каблука и задника, туфли. Хлопковая рубаха, напоминавшая своим видом сари, несколько полнила женщину в талии. Кожа у нее была чистая и гладкая, а голос мелодичный и нежный…
Вот только Питу она решительно не подходила — ему нужен совсем другой тип женщины. Какой? Только не такой, как она сама. Их брак можно было назвать односторонним, — она испытывала к нему глубокие чувства, он же оставался безучастным и мрачным, что не могло не привести к таким тяжелым последствиям, как потеря Беркли.
— Пит, — обратилась она к своему недавнему супругу, — не забывай о том, что ты еще не выбросил тройку!
Повернувшись к Биллу Калумайну, спиннеру группы, Пит Гарден сказал:
— Дай мне аппарат, Билл, я начну прямо сейчас. Ты только скажи, сколько у меня попыток?
Эта ситуация, так же как и все прочие, была детально расписана в правилах Игры, содержащихся в пухлом «Наставлении», изучением которого немедленно занялся Джек Блау.
Минут через десять Билл Калумайн и Джек Блау пришли к выводу, что в этот вечер Пит Гарден располагает шестью попытками.
— Вот те раз! — проснулась вдруг Кэрол. — А я-то, глупая, ехала сюда, считая, что все уже произошло! А он, оказывается, даже тройки еще не выбросил! — Присев на подлокотник кресла так, что стали видны ее красивые колени, она закурила сигарету.
Пит подошел к колесу и выбросил девятку.
— Ты только не подумай, что я не стараюсь, — извиняющимся тоном сказал он Кэрол.
Фрея не смогла сдержать улыбки — Пит Гарден оставался верным себе.
Пит нахмурился и сделал еще одну попытку. На этот раз выпала десятка.
— Зачем мы так спешим? — радостно спросила Дженис Ремингтон. — Ведь нам все равно придется ждать Лакмана!
Кэрол Холт чуть не поперхнулась дымом. «Господи! Выходит, Счастливчик Лакман входит в „Голубого Песца"? Знала бы — ни за что бы сюда не поехала!» — Она метнула гневный взгляд в сторону Джин Блау.
— Есть! — Пит Гарден кряхтя поднялся со стула. — Дело сделано.
— Совершенно верно, — подтвердил Билл Калумайн, — тут уж и комар носа не подточит — тройка, она и в Африке тройка! — Билл убрал колесо со стола и объявил: — Проводим свадебную церемонию, ждем Лакмана — и вперед!
Со своего места поднялась Пэт Ангст.
— На этой неделе браками заведую я! — Она достала из сумочки групповое обручальное кольцо и передала его Питу Гар- дену. Тот уже стоял возле Кэрол Холт, которая никак не могла прийти в себя. — Кэрол и Питер! Мы собрались здесь для того, чтобы засвидетельствовать тот факт, что отныне вы становитесь мужем и женой, связываете себя священными узами брака. В соответствии с законами Терры и Титана я обязана установить, что послужило причиной этого союза — ваше свободное волеизъявление или же принуждение одной или другой стороны. Питер Гарден, согласны ли вы взять в жены Кэрол Холт?
— Согласен, — ответил Пит. Фрее показалось, что голос его был исполнен уныния и печали.
— Кэрол Холт… — Пэт Агнст внезапно замолчала. На пороге игровой комнаты стоял человек.
Это был не кто иной, как Счастливчик Лакман, лидер Нью- Йоркской зоны, величайший байндер Западного Мира. Теперь все взгляды были устремлены на него.
— Не обращайте на меня внимания, — сказал Лакман, прислонившись плечом к косяку.
Пэт продолжила свадебную церемонию, но при этом почему- то перешла на шепот.
«Так вот какой он, Счастливчик Лакман!» — подумала Фрея. Мускулистый, дюжий, с круглым, словно блин, лицом, но при этом какой-то бесцветный, выцветший, словно растение, которое не видело солнца.
Сквозь тонкие льняные волосики на его голове просвечивала розоватая кожица. От Лакмана прямо-таки веяло чистотой и аккуратностью. Одет он был неброско, но со вкусом… И тут Фрея увидела его руки. Толстые запястья покрывал белесый пушок; сами же руки были миниатюрными, в оспинках. Голос его был не по-мужски высоким и мягким… Нет, он определенно не нравился Фрее. В нем было что-то от каплуна, от монаха-расстриги… Он казался чрезвычайно мягким, мягким до безобразия…
«А мы так и не выработали единой стратегии», — подумала Фрея. — Ну, что ж, придется пенять на себя. Хотелось бы знать, сколько из нас продержится хотя бы неделю…
…Мы просто обязаны как-то остановить его…»
— А это моя супруга Дотти, — сказал Джером Лакман, представляя группе полную, похожую на итальянку женщину, мило улыбающуюся присутствующим.
Пит Гарден не обратил на нее ни малейшего внимания. «Пора тащить ЭЭГ», — подумал он и, встав рядом с Биллом Калумай- ном, зашептал ему на ухо:
— Билл, для начала ему нужно сделать ЭЭГ.
— Ты прав! — шепнул ему в ответ Калумайн. Он подозвал к себе Клема Гейнса и вместе с ним направился в соседнюю комнату. Через минуту они вернулись, но не одни — за ними катилась установка Крофтса — Харрисона, яйцевидная штуковина на колесиках, рецепторы которой напоминали змеек, свившихся в кольца. Со времени последнего появления установки в игровой прошел не один год — группа отличалась высокой стабильностью, и нужды в ней не было. До сего дня.