Чтение онлайн

И только в коридоре ведущем к кабинету хозяина им встретился пожилой мужчина в серой одежде держа меч за спиной, острием вверх.

— А! — Граф довольно ощерился. — Рунгар Исги. И ты тут! Отличный момент для завершения давнего спора. — И чуть качнув головой Никите — Не вмешивайся.

А дальше только звон клинков и искры, высекаемые сталью. Через пятнадцать секунд оба замерли. Меч давнего врага торчал в плече графа, а графский клинок почти отрезал голову противника разрубив шейные позвонки.

Но узор лечения уже накрыл рану Ниленго, собирая из костного крошева здоровую кость и сращивая сосуды и нервные ткани.

Кабинет торговца выглядел словно после разгрома. Повсюду валялись бумаги, в камине что-то весело горело, а сам хозяин метался застигнутый врасплох, пытаясь уложить документы из сейфа большой кофр.

— Прекрасный вечер для аудита, — произнёс Ольгар чуть довернув бедро воткнул носок ноги в пах Ендо.

Тот выпучив глаза молча повалился на пол хватая воздух словно рыба, выброшенная на землю.

Граф тем временем заняв хозяйское кресло просматривал бумаги в саквояже, затем перешёл на сейф и большой шкаф с картотекой.

К этому времени Тарвал уже почти пришёл в себя, и что-то негромко говорил, уткнувшись лицом в толстый ковёр.

— Что ты там болтаешь? — Граф поднял торговца за шиворот.

— Как? Как я мог купиться на такой дешёвый развод? — шепттал Ендо глядя куда-то в пустоту. — Как я мог поверить, что ты при смерти? Но ведь все! Буквально все докладывали одно и то же! Даже слуга в поместье! И маг обещал мне, что никто не сможет выбраться из ловушки проклятия!

Никита тем временем собрал узор «Истины», и продавливая наложенные на тело защиты раскрыл его в голове, заставив Ендо говорить. Когда магия и вопросы закончились, генерал взвёл курок, и прижал ствол ко лбу.

— Прощай, Тарвал. Скажи своим демонам, что Ниленго вернулся.

Выстрел прозвучал глухо и тело торговца замерло грязной кучей на ковре, в расплывающейся алой луже.

— Что дальше? — спросил Ольгар, вытирая клинок занавеской и вкладывая в ножны.

— Это я должен спрашивать. — Никита усмехнулся. — Но полагаю сейчас начнутся серьёзные игры, где мне не место. — Он кивнул на пару тяжёлых чемоданов с бумагами стоявшие на полу. — Уверен у тебя есть куда это пристроить.

Одной из главных добродетелей Безопасности любого государства — умение работать не только быстро и без сантиментов, но и тихо. Защита Короны умела.

Аресты, обыски, ликвидации и зачистки мест концентрации боевиков, прибывших из трёх государств, происходили тихо и чисто, словно в молекулярном конвертере, оставляя после себя безгласные захоронения на глубине десятков метров. Заодно конечно прихватывали и криминал уже сильно утомивший городскую стражу и вообще всю Империю.

Хоронили всех оптом. Дежурный маг вскрывал землю трещиной на большую глубину, грузовик сваливал тела, и земля смыкалась вновь, собирая в одну могилу кадровых офицеров разведки, нанятых по портовым кабакам головорезов, элитных фармазонов[1] и заигравшихся торговцев.

Естественно всем этим занимались серьёзные взрослые дяди, не вмешивая в дела одного юного виконта. Но о его участии кто надо знал, и внезапно за Никитой стали ходить парочка людей из Защиты Короны, правда перед этим представившись честь по чести и предупредив что они действуют по распоряжению самого начальника Службы.

И не сказать, что напрасно ходили. Временами Никита замечал в ресторанной еде разные не вполне обычные вещества, натыкался на развешанные в номере узоры, и несколько раз помогал охранникам отбить нападения, временами ловя и расспрашивая организаторов покушения.

А в Ордалле бушевал Фестиваль Науки, Искусства и промышленности, собиравший со всего материка известных производителей всего на свете. От модных тряпок и кинолент до штурмовых воздухолётов и плавучих островов.

В новом здании театра — варьете «Ночные забавы» только-только успели закончить перепланировку и гостей принимал большой зрительный зал с тремя десятками столиков в партере, и ложами для публики попроще, но с возможностью заказать угощение. Также имелась открытая площадка под лёгким навесом, большая автостоянка и даже десяток номеров для особо нетерпеливых.

Девочки радостные от того, что у них появился свой дом, блистали на сцене молодостью и красотой, воспламеняя сердца даже старых хрычей, что после представления ехали не домой, а к весёлым дамам.

Виконта Ниленго тут принимали только что не расстилая перед ним ковровую дорожку, и забронированный за ним столик, в его отсутствие стоял пустым, даже если всё вокруг было переполнено. Но стоило ему занять место, как выступающие девчонки каким-то неуловимым образом давали понять, что видят его в зале.

На праздничной неделе Никита посетил несколько выставок, спектаклей и бесконечное число приёмов едва успевая уклоняться от ещё большего числа приглашений. История с обретением сына и внезапным оздоровлением графа Ниленго успела обрасти в обществе таким количеством легенд, что они стали буквально звёздами салонов.

Никите всё это не нравилось, а граф буквально блистал в свете, пополняя число своих постельных побед очередной красоткой.

Фестиваль заканчивался Большим Приёмом у императора, и Никита с приёмным отцом естественно были приглашены.

Ольгар заставил Никиту пошить полувоенный френч оливкового цвета и надеть пояс с кинжалом, как и подобало юному дворянину из воинского сословия.

Сам он красовался в парадном мундире затмевая сиянием наград полуденное солнце и выглядел очень внушительно.

К воротам дворца они подъехали на огромном чёрном экипаже, купленном графом для поездок внутри столицы, а изрядно обветшавший особняк Ниленго срочно приводили в порядок нанятые строители. Генерал явно перебирался в столицу надолго и всерьёз.

Публика, приглашённая во дворец на этот раз, выглядела исключительно разношёрстной. От представителей крупных земледельческих кооперативов, промышленников и торговцев до модельеров и их моделей, генералитета и отличившихся правоохранителей.

Бал не предполагал никакого официоза. Просто свободное общение, танцы и в зимнем саду непрерывный концерт силами приглашённых.

Император естественно присутствовал, гуляя среди гостей, заговаривая с некоторыми и вообще демонстрируя спокойствие и порядок. Хотя, да. К началу Фестиваля порядок уже фактически восстановлен, а вместе с ним и спокойствие, что правда стоило жизни тысячам людей. Но без этих смертей жертв стало бы во много раз больше, и правоохранители с поклоном принимали награды от императора вручаемые вот в такой насквозь неформальной обстановке. Награды тем более ценные, что с орденскими знаками, в виде довеска, шли всякие приятные вещи, вроде дома, машины или чего-то такого в чём нуждался человек.