Чтение онлайн

— А, ты про это… — понимающе протянул Эзекиль. — Да, я сам точно не уверен, что станция посчитает все её условия выполненными при оставшемся на Наутике фантоме. Вероятность того, что она затребует моего полного и немедленного уничтожения, очень высока. Но попробовать стоит- в моём настоящем теле мне не протянуть и десяти минут.

— А если…

— А, если мне суждено погибнуть этой ночью, пусть так оно и случится. Я сам прерву своё существование, а ты отправишься домой.

— Такой… риск…

Неожиданно Эзекиль разозлился:

— Риск?! Сейчас я рискую только собой! А то, что замыслил ты, вообще не поддается никаким объяснениям! — Хранитель кинул взгляд на огонёк у себя над ладонью и мгновенно успокоился. Голос, как и обычно, стал ровным, мягким. — Ты уже доказал мне, что умеешь мыслить здраво. Так откуда же могла появиться идея уничтожить станцию? Ты хоть представляешь себе последствия? Я так думаю, что да.

— Откуда знаешь… чего… я хочу?

— Ты постоянно забываешь человек, что мой возраст порядка трёх миллионов лет, что я вижу твои чувства и что я постоянно делаю прогнозы относительно твоих поступков. Я читаю тебя, как книгу. Когда кто-нибудь произносит некое слово, я вижу твой психический отклик на это слово. А ты к тому же слишком несдержан и позволяешь чувствам превалировать. Истинные мотивы твоего поведения не понятны до сих пор, но твоя ненависть к станции очевидна.

Надо же… Не спрятаться, не скрыться даже в собственном разуме. За способность так искусно потрошить чужие мозги любой земной психоаналитик отдал бы всё самое дорогое.

Тимур поморщился от обжигающей лёгкие боли, сквозь сжатые зубы, выдавил:

— А как думаешь… получилось бы?

— Уничтожить станцию? Да никогда! Ты даже отдалённо не представляешь, на что замахнулся. Человеку такое не под силу. Скоро ты поймёшь, что я имею ввиду. — Эзекиль поднялся, пнул скорчившегося Тимура по ноге, приказал: — Давай, вставай. С тобой уже всё в порядке.

Не дожидаясь, пока Тимур подымется, Эзекиль развернулся и продолжил путь через лес, подсвечивая дорогу огоньком над ладонью.

Тимур встал, но следовать за хранителем не спешил- раздумывал, как бы избежать уготованной ему участи. По всему выходило, что никак. Конечно, если не поможет станция, которую он желал уничтожить. Уничтожить не из надежды спасти Диану, но из ненависти. Всепоглощающей, ослепляющей, такой, какой он ещё не испытывал прежде.

Кто-то или что-то толкнуло Тимура в спину. Он оглянулся- никого и ничего.

И снова- толчок. На этот раз сильнее, он заставил сделать шаг.

— Ходить разучился? — Эзекиль замер метрах в десяти впереди. Огонёк в руке освещал его лицо и узкую грудь с медальоном. — Если так, мне не сложно транспортировать тебя. Или ты решил отказать от чести быть сосудом для моего разума? Смотри, ещё не поздно вернуться.

Оставив этот вопрос без ответа, Тимур нехотя двинулся к Эзекилю. Спросил:

— Это ты толкал меня?

Продолжив путь, Эзекиль бросил:

— А больше некому.

Быстрым шагом Тимур нагнал Эзекиля и поплелся в паре метров за его спиной. Стараясь не казаться агрессивным, попытался приблизиться. Но… уткнулся в невидимую стену, которая, однако, двигалась вместе с хранителем.

— А ты, я погляжу, всё не угомонишься, — пробормотал Эзекиль.

— Не-не, я уже всё понял. Я просто хотел подойти поближе. А то не вижу, куда ступаю.

— Ничего, потерпишь. Через пять минут придём.

— Надеюсь на это, — пробормотал Тимур.

— Угу, — промычал Эзекиль и замолк.

Подождав немного каких-нибудь реплик от словоохотливого хранителя, Тимур понял, что тот глубоко задумался. В противном случае, Эзекил с превеликим удовольствием продолжил бы чесать языком, спокойно выбалтывая все свои тайны. А также тайны станции.

Но молчание Эзекиля пришлось как нельзя кстати. В последние минуты своей жизни- этой жизни, такой новой, увлекательной и… и трагичной- Тимуру меньше всего хотелось говорить. Хотелось вспоминать события последних дней, хотелось навсегда впечатать их в память, сделать их частью себя. Чтобы- вдруг такое возможно! — уже там, на Земле, вспомнить о Наутике, о Диане, о себе самом и своём приключении…

Его ещё можно продолжить. Если не сдаваться…

"Станция?"

Говори.

"Что меня ждёт?"

Вопрос некорректен.

"Ты хотел, чтобы я убил врага. Я согласен. Но мне нужна твоя помощь".

Я не могу влиять на события действительности.

"Да ты и в диалог вступать не можешь! Но мне почему-то отвечаешь! Хотя у тебя нет воли!"

Ошибаешься. У меня есть воля. Но в полной мере она проявляется в режиме Опека.

Тимур уставился на спину Эзекиля, беспечно шагающего впереди. Похоже, тот и не подозревал, что у него за спиной в этот момент ведётся прелюбопытный разговор.

"И ты так легко рассказываешь мне об этом…"

Ты- особый случай. У меня нет указаний на счёт тебя. Тебя вообще не должно быть в этом мире. Если я сочту нужным, я могу поведать тебе любую информацию, разглашение которой не противоречит прямым инструкциям.

"Но помогать ты мне не станешь?"

Я уже помог тебе. Советом, сведениями, когда твои мысли пришли в хаос и тебе настала пора выходить из-под опеки своего провожатого. Но ты позволил своим чувствам возобладать над здравым смыслом, а личной привязанности- над ответственностью. Ты не стал убивать врага, когда у тебя имелась на то прекрасная возможность, а только что ты повёл себя более чем странно. У тебя был небольшой шанс одолеть врага, но ты почему-то пошёл на него с ударной техникой боя, в которой ты полный профан.

От такого разноса Тимур невольно покрылся краской стыда. Ну нормально… так облажаться, что даже машина древних начинает испытывать к тебе неприкрытое презрение.

А ещё у Тимура появилось странное ощущение безысходности. Словно его всё это время вели. И ведут до сих пор…

"А что я должен был делать? — возмутился Тимур, отстаивая своё достоинство. — Надо было сразу говорить, чтобы я душил его. Я, между прочим, не профессиональный убийца. Меня книжки по полкам расставлять учили, а не людей убивать".

В ответ- тишина.

"Станция, что ждало бы меня, если бы я послушался тебя и смирился с судьбой Дианы?"

По исполнению всех моих директив, ты бы закончил своё перемещение по Дороге и осел на Наутике уже навсегда. Весь этот мир со всеми его возможностями и новыми дорогами был бы твоей наградой за твою преданную службу. Или же ты бы мог вернуться домой. Самим собой- нынешним.

Оставалось только вздрогнуть.

"А теперь я проиграл?"

Да, окончательно. Тебе не избежать слияния с разумом хранителя. Случится это ровно через пятьсот шестьдесят пять секунд. Шестьдесят четыре…