Чтение онлайн

И все упирается в деньги.

Уже тошнит от них. Даже от одного слова.

Вставляю ключ в замочную скважину, поворачиваю и открываю дверь. В квартире темно. Странно. Часы показывают десять вечера. Мама обычно так рано спать не ложится и всегда по вечерам включает свет.

— Ма-ам, ты дома?

В ответ тишина.

Неужели ушла куда?

Снимаю обувь и прохожу по коридору на кухню.

Ноги врастают в землю и все тело на одну долгую секунду парализовывает, когда в потемках удается разглядеть лежащее на полу силуэт.

— Мама!

От количества белого цвета вокруг в глазах рябит. Наверное, это просто сказывается усталость и напряжение, в котором я нахожусь последний час.

Губы искусаны в кровь. Обнимаю себя за плечи и покачиваю, словно маленького ребенка, пока сижу около кабинета заведующего кардиохирургии.

Вытираю рукавом скатившуюся по скуле слезу и мысленно даю себе мощную пощечину. Не даю себе даже думать о плохом. С мамой все будет хорошо. Я не могу потерять и ее тоже…

— Вы Кристина?

Поднимаю голову и вижу седовласого тучного мужчину в белом халате.

Киваю не в силах произнести и слова.

— Пройдемте в мой кабинет.

Мы заходим и садимся. Не решаюсь первой спросить о состоянии мамы. Слова встали поперек горла острой костью.

— У вашей мамы диагностировали ишемическую болезнь сердца, — он делает паузу, оценивая, насколько я впитываю сказанную им информацию. А у меня в голове словно белый шум. Слышу его через слово. — Ей требуется стентирование коронарных артерий.

Смотрю на него в упор.

— Это операция? Делаете.

Если они ждут только моего одобрения, то я готова подписать сейчас любые бумаги.

Мужчина тяжело вздыхает и поджимает губы.

— Эта операция достаточно дорогостоящая, и делают ее только в Израиле.

Внутри все падает вниз и разбивается. Перед глазами все плывет. Держусь из последних сил, чтобы не свалиться в обморок. Сердце настолько сильно бьется о ребра, что на миг становится страшно.

— В Израиле? — спрашиваю шепотом, практически одними губами.

Врач кивает.

— Советую вам искать деньги. И как можно быстрее.

В голове сумбур. Четкого плана нет. Понимаю, что надо что-то делать… и делать это немедленно, но руки опускаются все больше. Нахожу в интернете цены на операцию, просматриваю стоимость билетов и прочите расходы. От приблизительной конечной суммы в глазах двоится.

Я таких цифр даже на бумагах не встречала…

Меня, наконец, впускают в палату к маме. От бесконечного писка медицинских приборов, которые к ней подключили, вскоре начинает раскалываться голова. Или же это было от слез, что текут градом по моим щекам, не переставая.

Мама еще не пришла в себя. Переплетаю наши пальцы и не могу поверить, что могу больше никогда не ощутить ее тепло…

Горло сжимается от нового всплеска паники.

Хватаю телефон и нажимаю на последний исходящий звонок.

— Какую сумму ты готов мне дать? — выплевываю сразу же, как только гудки по ту сторону прекратились.

— Столько сколько потребуется, — без единого колебания в голосе и раздумий отвечает Дмитрий.

— Деньги нужны будут на этой неделе… Завтра!

— Хорошо.

Опускаю руку с телефоном вниз и даю себе пару секунд. Я вся дрожу. С губ срывается нервный всхлип.

Надеюсь, он его не слышал…

Прикладываю трубку обратно к уху.

— Когда я могу подъехать? — пытаюсь говорить ровно, а чувство такое, что вот-вот в глазах потемнеет и упаду. — Я бы хотела еще раз ознакомиться с … контрактом.

— Через два часа я буду дома. Приезжай. Адрес скину СМС.

Дмитрий завершил звонок. А я, еще находясь в ступоре, зачем-то продолжала слушать длинные гудки.

Мамочка, что же я делаю?

В какой-то момент меня просто отключает в такси. Прихожу в себя от настойчивого голоса водителя, что хочет получить свои деньги за поездку и выпроводить уснувшего в его салоне клиента.

Выйдя из машины и осмотревшись по сторонам, понимаю, что приехала в элитный частный сектор нашего города. Рассматриваю роскошные ближайшие дома, и даже представить не получается, какие деньги здесь крутятся.

М-да, а я думала, что мы с родителями неплохо живем…

Вижу у нужного коттеджа уже знакомого мужчину — одного из охранников Дмитрия. Кивком головы он приглашает меня внутрь.

По телу пробегает дрожь.

У меня еще есть возможность уйти, но ноги сами ведут меня вперед, словно отчаявшегося мотылька на свет.

Уже почти не ощущаю внутри страх, который еще совсем недавно сковывал каждую мышцу.

Наверное, у меня уже просто не осталось сил бояться…

Уверенно вхожу в дом и в сопровождении охранника следую по коридору в гостиную.

Свет приглушен. Тихо играет какая-то мелодия. Панорамные окна открывают вид на бассейн с подсветкой.

Дмитрий сидел на диване с бокалом алкоголя в одной руке. Его рубашка расстёгнута на несколько верхних пуговиц, а рукава собраны до локтей.

Дыхание сбилось, а сердце пропустило удар, когда мой взгляд наткнулся на стопку бумаг — контракт, что лежал перед ним на невысоком стеклянном столике.

— Оставь нас, — резко говорит он амбалу за моей спиной и тот в сию же секунду ушел.

В комнате, где казалось так много пространства и воздуха, мне стало нечем дышать.

Дмитрий жестом приглашает меня присесть на диван рядом с ним, но каждая клеточка моего тела все еще продолжает сопротивляться, и я выбираю кресло напротив.

Его голубые глаза блуждают по мне целую минуту, что кажется мне вечностью. Ощущаю себя мерзко. Словно товар на рынке.

Но я ведь здесь именно за этим … Чтобы себя продать.

— Как себя чувствуешь? — спрашивает он, делая глоток из своего бокала.