Чтение онлайн

– Явились, наконец! – сидящий рядом с Садри советник, казалось, с облегчением выдохнул. Ну понятно, он у нас боец гражданской войны тьма его знает каких веков, гимнастёрка, галифе, сапоги. – Где пропадали? Автор выйдет уже с минуты на минуту. Представляете что было бы, если вас двоих вдруг не оказалось на месте?

– У меня уважительная причина, Бари, я делал для него срочную работу! – выпалил Моуди.

– Кому нужны твои извинения, Мо? – это подал уже голос третий по рангу советник, Стои.

Я всегда недоумевал, что за простыня на нём намотана? Не особо силён в истории, но это какая-то древность. Вообще создавалось впечатление, что каждый из присутствующих прибыл на совет из разных эпох, вон Гарти так и вовсе в шкуре неандертальца. Или питекантропа, хотя вряд ли он помнит, что такое холод. Персонажей своих отыгрывают, в шортах и футболке я и правда выглядел среди них белой вороной.

– Ты всерьёз думал предъявить столь смехотворные извинения в своё оправдание?

На Моуди стало неловко смотреть, под неодобрительными взглядами этих якобы союзников он понуро топтался на месте, моргал печальными глазами из-за блестящих стёкол, чуть не заламывал руки от раскаивания и ведь делал это вполне искренне. Недовольный гул продолжался ещё некоторое время, где каждый поспешил вставить свою немалую долю порицания и в конце концов мне всё это надоело.

– Спешу заметить, господа, – я слегка повысил голос в надежде быть услышанным и, что самое удивительное, услышан таки был, шум немедленно затих, поэтому вторая часть фразы прозвучала слишком громко, – но мы, вашу мать, не опоздали! А Моуди, между прочим, работал, пока вы тут об стулья задами тёрлись.

Нет, они что, издеваются? Все, как один, уставились поверх моей головы и повскакивали со своих мест.

– Да куда вы всё время пялитесь? – уже почти выкрикнул я и резко обернулся.

– А ты не меняешься, мой мальчик, – Автор стоял прямо позади меня на ступенях, ведущих в его покои. – Не взирая на авторитеты всё так же готов отстаивать свою точку зрения. И по прежнему ратуешь за несправедливо обделённых. В другие времена я, возможно, даже похвалил бы тебя, но не сегодня. Нет.

Он многозначительно обвёл взглядом притихших советников и, по царски, не спеша сошёл вниз. Я бы сказал даже, снизошёл, настолько торжественно он выглядел в эту минуту. Императорский мундир дополнял сие великолепие. И, как всегда это случалось, остальные почувствовали себя настольно незначительными, что стало неудобно делить с ним одно пространство, а если бы мы умели дышать, то и загрязнять его воздух своими выделениями. Но меня уже понесло, на сей раз или его магия отчего-то не сработала, или я сам встал не с той ноги. Так бывает, когда будят не вовремя.

– А что же такого случилось, многоуважаемый Автор? – вот кто дёргал меня за язык? – Может объясните срочность созыва Совета? Да ещё в такой день, мы ж закон нарушаем. А то тут собрались люди занятые, Моуди так вообще работу бросить пришлось, а Садри с последним монстром не доигрался. Там как раз самое интересное начиналось.

– Я успел! – выпалил обезумевший от ужаса Мо. – Успел я! Не слушайте его, Великий! Ой…, – и он тут же заткнулся, осознав, что только что осмелился дать Автору указание. – Ну вот что за гад ты, Кади? Все беды от тебя!

Садри было тоже раскрыл рот, явно намереваясь возразить мне, но, видимо, решил, что лимит на возражения исчерпан и достаточно одного обделавшегося советника, не считая меня. Уж что что, а пятая точка у него была очень чувствительная, об этом знали все.

– Дети мои! – пристально глядя мне в глаза, произнёс Автор после недолгой паузы. – Сейчас вы успокоитесь и сядете на свои места. А потом, как в старые добрые времена, я задам каждому из вас по одному вопросу. И с удовольствием послушаю ваши ответы. Ну!

Он повёл протянутой рукой, изображая полукруг и все присутствующие, мгновенно напрягшись ещё больше, попадали на свои места. Давненько не было опросов. Очень давненько. Я уже и забыл те годы, когда Учитель их проводил. Это был своего рода экзамен на определённую, выбранную им тему и какие выводы он делал после наших ответов, одному небу известно. Как раз это то напрягало больше всего – мы никогда не могли понять ни его мотивов, ни последствий от его выводов. Ну что ж поделать, гении они такие. Непонятные.

– Итак, – Автор уселся на свой трон. – Приступим. А вопрос будет один для всех. Начнём по порядку. Садри.

– Да, Автор! – тот вскочил, чуть не уронив стул.

– Что ты видишь, глядя на мою эмблему на стене? Вопрос простой, но, хе-хе, ответ посложнее. Никогда не спрашивал, но, как я уже дал понять – время пришло. Ну так что, мой бравый рыцарь?

О, Садри очень боялся попасть впросак, это явственно читалось на его героической физиономии. Тяжело расставаться с первым местом, завоёванное с таким трудом.

– Ну, щиты? Рыцарские щиты?

– По твоему, я создал этот логотип во имя защитного снаряжения?

– Нет! – тут же открестился Садри.

– Ответ принят. Садись, сынок.

Интересно, каким номером он грохнулся на свой стул?

– Бари. Давай чётко, по военному.

– Связка лимонок! – вскочил тот, поправив гимнастёрку.

– Стои. Можно сидя.

Советник в белой простыне только начал отрывать свой зад и, не осмелившись встать, плюхнулся назад.

– Ну, две тарелки и ещё поменьше тарелка. Три тарелки.

– Мири, – форма пилота.

– Пропеллер.

– Илки, – куртка, патронташ, сапоги.

– Мишень.

– Лоди, – не пойми что.

– Затрудняюсь сказать, Автор, что-то непонятное и загадочное, как вы сам.

– Бри, – матрос.

– Девятый вал.

– Гарти, – шкура.

– Пещера. Ещё пещера. Нора.

– Солани, – купец.

– Монеты.

– Тери, – клерк.

– Финансовые пузыри.

– Моуди, – бухгалтер.

– Это, мой господин, схемы доходов и расходов за месяц. Или год. Или…

– Кади,

– Жопа.

И снова этот ужас в глазах бывших друзей. Все разом уставились на меня, как на умалишённого. И что я такого сказал? Всего лишь выразил своё мнение. А, понятно, не мог Учитель думать о заднице, создавая свой знаменитый символ.

– Ну что ж, ответы услышаны, – вопреки всеобщему тревожному ожиданию, голос Автора прозвучал неожиданно спокойно. – Как и предполагалось мной до этого, лишь один из вас доказал, что мыслит образно, а не схематически. Короче говоря, дети мои, пришла пора раскрыть вам некие ранее не озвученные мной обстоятельства. Ведь этот символ был создан не просто так, это результат того самого открытия, благодаря которому мы с вами и ещё миллионы наших граждан получили шанс на вторую жизнь.