Чтение онлайн

Тесс слушала врача и ей хотелось орать от злости. Три тысячи марок! ТРИ ТЫСЯЧИ! Вот столько стоила ее жизнь, не так и много, кажется. Но три тысячи или триста для нее было одно — от Шефердовских пяти тысяч у нее осталось пятьсот марок в тайнике под половицей и это было все. Все остальное, что она зарабатывала, уходило на оплату их комнат, еду, одежду и лекарства Анри.

Брат пытался быть сильным, пытался найти денег, занять у всех, кого они знали. Но Тесс хирела на глазах и скоро начала замечать, что ее сторонятся. Желтый цвет лица и запавшие скулы стали выдавать ее.

Скоро сердобольные соседи затребовали у хозяина дома выпереть чахоточную девку, пока она тут всех не заразила. Тесс быстро собрала вещи и, чтобы не дай Матерь не выгнали на улицу еще и Анри, отправилась в лечебницу святого Карла. Сначала в обычную палату, где ей ставили драгоценные капельницы — единственное лекарство, которое перепадало беднякам. Ночами за них шла ожесточенная борьба — у тех кто послабее забирали лекарство и кололи себе. Тут была не просто звериная яма, хуже. Тут была умиральная яма, где все превращались в зверей.

Анри приходил под окна, внутрь Тесс ему заходить категорически запретила. Шли недели. Она прокусила одной тетке, пытающейся стащить ее капельницу ночью руку, да так, что ее пришлось зашивать.

А потом ей стало чуть хуже… и еще хуже… и вот она в умиральне. «Это конец».
– шептал голосок внутри, но Тесс мысленно давала страху пинка. Черта с два. Ни за что она не умрет тут. Она будет первой кто выйдет отсюда живой и здоровой. Первой будет…

Она знала, что счет шел на дни.

Однажды ночью Тесс проснулась от странного ощущения. Тут же протянула руку, чтобы убедиться что ее капельница на месте. Все было в порядке, бесполезный раствор бежал ей в вену. Тесс сглотнула вязкую слюну и осмотрела палату. Еще пятеро спали, неподвижные тела застыли под одеялами. Тесс могла бы гордиться, что при ней сменилось уже четверо пациенток. Все четверо умерли, а она еще дышала. Правда делала она это с большим трудом. Анри вчера кричал ей под окном, но Тесс уже не могла встать и подойти к стеклу, чтобы помахать ему. Стало слишком тяжело.

Она еще раз прислушалась, гадая что ее разбудило и вдруг поняла — было неестественно тихо. Обычно врачи даже ночью ходили туда-сюда, кого-то катили на каталке или кто-то кашлял, но сейчас стояла гробовая тишина.

Тесс смежила веки и тут услышала далекий игривый свист в коридоре. Насвистывали… что-то знакомое. Ах да, это же песенка про малышку Летти, ужасная похабная уличная песня, что была популярна лет пять назад. Свист приближался, Тесс сама не зная отчего, замерла. Ей вдруг стало не по себе, страшно даже. Она различила шаги и какое-то постукивание. Трость?

Но отчего так тихо? Где же все? Всегда ведь кто-то ходит по коридору. Или вон соседки — всегда кто-то кашляет, но сегодня все лежат как… как мертвые. Тесс уже пережила тут четверых, но сейчас она с ужасом прислушалась, чтобы понять, что дыхания не раздается ни от одной из коек.

Свист все приближался. Сердце Тесс вдруг отчаянно заколотилось от суеверного ужаса. Кто там идет?

Дверь палаты мягко приотворилась, скрипнув как недовольная кошка. Тесс с трудом разглядела силуэт мужчины.

— Доброй ночи, магистр.

Тесс подпрыгнула бы, если могла. Но сил было ровно на то, чтобы повернуть голову и увидеть как из темного угла палаты шагнул второй мужчина. Он был одет дорого, но неброско, как слуга высокого лорда, но не более того. Ростом и шириной плеч тип мог поспорить с самыми отъявленными мордоворотами, каких Тесс только видела в жизни. Он был просто гигант. Темные волосы были коротко острижены, руки он почтительно, словно лакей, заложил за спину. Темнота не дала Тесс разглядеть его лицо, но это точно не был один из докторов или служащих больницы. А вот второй, что вошел из коридора смотрелся франтом. Камзол даже в темноте посверкивал дорогой вышивкой серебром, на туфлях сверкали пряжки, а шейный платок был заколот булавкой с крупным камнем. Светлые волосы его были зачесаны назад и за ушами чуть вились, разом сбавляя ему возраста. Он тихо вошел, поигрывая замысловатой тяжелой тростью с большим набалдашником в виде коня. На лице его играла холодная безразличная ко всему улыбка, а черты лица были столь изящными, что подошли бы больше женщине.

— Итак… — голос у него оказался на удивление низким. Он уставился на Тесс как на кусок мяса на прилавке. — Это?.. — указал на нее кончиком трости.

— Да, магистр. Тереза Доплер. — прогудел здоровяк басом. — Но это просто трата времени, милорд. Она страшна, уродлива и почти мертва.

— Вы кто? — захрипела Тесс и тут же стала усиленно дышать, чтобы не закашляться. Разговоры были уже за гранью ее обыденности.

Хлыщ подошел плавной танцующей походкой балованного аристократа. Тесс ненавидела эту их легкость и игривость. Позеры, франты, сволочи! Все-то у них так простенько и легко в их простенькой и легкой жизни.

— Мисс Доплер? — он вытащил из кармана кружевной платочек и сунул себе под нос. — Боже, Морхед, неужели нельзя было навести тут порядок? Что это за мерзкая вонь?

— Я пытался, магистр, — вздохнул здоровяк. — Передушил тут всех, но они все равно воняют. Туберкулез и лекарства, вот и запах.

Блондин брезгливо сморщился и кашлянул. Жеманно смахнул воздух у своего лица и все же, будто пересилив себя, сел на ее кровать.

Тесс покосилась на соседнюю койку. Неужели?.. Эта тишина и неподвижность не показалась ей? Он что? Он что убил тут всех? Но зачем? Святая матерь, это просто какие-то помешанные маньяки! Как десять лет назад был сумасшедший в Крестон-Хай. Душил девушек веревкой. Они просто радуются убийствам, а за и так полумертвых женщин их поди и искать не будут. Тесс могла бы испугаться, но сейчас, когда ее вот-вот мог доконать туберкулез, страха уже не было. Она, конечно, не собиралась отдавать свою жизнь задешево и уже приметила, как ударит лощеного хмыря капельницей, на которой висела внушительная стеклянная банка с лекарством, но умереть сегодня или завтра… какая в сущности разница.

— Чего надо? — прохрипела она агрессивно. Другого пути защищать себя она не знала. Всегда привыкла бросаться первой и ее это не подводило.

— У, какое милое приветствие, леди. — заерничал блондин.

— Магистр? — вопросительно сказал здоровяк, но блондин отмахнулся.

— Если вы настаиваете, мы постараемся сократить наш визит. Хотя я на вашем месте предпочел бы длинную беседу со мной, чем быструю смерть в руках Морхеда. Но, — он безразлично пожал плечами. — Человек хозяин своей судьбы, не так ли? — он глухо глумливо усмехнулся, словно это была его любимая шуточка. — Моя милая пташка, ты выглядишь просто напросто отвратительно. — доверительно сообщил он Терезе. — Сложно представить, что когда-то ты была привлекательна, но на твое счастье, я не лишен воображения. Да… — он коснулся ее волос, грязных и спутанных. — Тут была красота когда-то, я вижу… — его ледяные пальцы проскользнул по подбородку и по скуле.

Тесс парализовало от ужаса. Что-то в нем внушало безотчетный животный трепет и если бы она могла, то попыталась сбежать. Но она не могла.

— И что же такого особенного в маленькой… — он вопросительно с досадой забывшего урок ученика глянул на здоровяка.

— Тереза Доплер, магистр.

— В маленькой Терезе Доплер, а? Есть в тебе что-то особенное, дитя?

Тесс от его умильного нежного тона почувствовала такую злость, что перед ней капитулировал даже страх.

Она медленно подняла руку — это стоило ей не малых усилий — и поманила его ближе. Блондин беззаботно приблизился, ожидая, что она шепотом выскажет ему некую тайну. Тесс с бешеной улыбкой смертника резко поцеловала его в губы своими, обветренными и, конечно же, заразными. Каркающе рассмеялась.