Чтение онлайн

empty-line/>

Адам улыбается и целует свою сестру в макушку.

– Конечно, солнышко, - говорит он.

– Пока, Сара, - говорю я вежливо.

– Спасибо за прогулку, Эви, - говорит она, широко улыбаясь. – Не забудь о нашем секрете.

Мы обе подмигиваем друг другу и весело улыбаемся.

– Обещаю, - говорю я загадочным голосом.

Адам, Генри и Марта удивленно смотрят на нас обеих и переглядываются между собой. Еще раз прощаемся с семьей Адама и снова уезжаем.

– И что у вас за секреты с Сарой? – настороженно спрашивает Адам.

– Не могу тебе сказать, - говорю я хитрым голосом. – Это же ведь секрет.

Адам закатывает глаза, но улыбается.

– Кстати, куда мы едем? – спрашиваю я.

– В загородный дом. Ты же не против?

– Нет, - выдыхаю я. – Совсем не против…

Через полчаса останавливаемся возле загородного дома Адама. Я не была здесь уже очень давно, но, кажется, ничего не изменилось.

Мы с Адамом готовим ужин и пьем красное вино. Удивительно, но он научился готовить! Конечно, ему еще далеко до сложных блюд, но Адам делает большие успехи.

– Знаешь, раньше я умел готовить, - говорит он. – Просто я не стоял у плиты лет десять, но я начинаю что-то вспоминать.

– Видишь, в глубине души я знала, что ты не безнадежен, - говорю я с сарказмом в голосе.

После ужина Адам куда-то уходит, а я остаюсь мыть посуду. Вся грязная работа снова на мне, но мне нравится.

Расставив всю посуду, отправляюсь на поиски Адама. Поднимаюсь на второй этаж, но его там нет. Хм, где же он? Вспоминаю о существовании кабинета в глубинах первого этажа и иду туда.

Открываю дверь и захожу внутрь. Адам стоит ко мне спиной, но задумчиво смотрит в окно. Я прохожу вперед и становлюсь за ним. Аккуратно обхватываю его за талию и крепко прижимаюсь к нему.

– Эй, ты чего там крадешься? – спрашивает он.

– Я тебе повсюду искала, а ты прячешься здесь, - тихо говорю я.

Адам поворачивается и смотрит на меня теплым взглядом. Его глаза ищут мои, его рука нежно поглаживает мое лицо.

– Я рад, что ты меня нашла, - шепчет он и наклоняется к моим губам. – Я очень соскучился по тебе, Эви.

Чувствую, как по телу пробегают приятные мурашки, и я не в силах скрыть улыбку. Когда он так говорит, я готова сделать ради него все, что угодно.

Адам касается моих губ, все больше углубляя наш поцелуй, делая его более страстным, желанным и горячим. Он притягивает меня к себе и проводит рукой по спине. Его губы начинают спускаться к шее, проводя дорожку обжигающих поцелуев.

– Пойдем, - тихо шепчет Адам.

Я разворачиваюсь, но мой взгляд тут же приковывает одна фотография. Отстраняюсь от Адама и подхожу к столу, беру в руки рамку и улыбаюсь.

– Что это? – удивленно говорю я, глядя на свою фотографию.

Я очень хорошо помню тот день. Мы провели его на пляже. Помню, как я кружилась в лучах солнца, как ветер освежал мое лицо. Адам тогда был именно таким, как сейчас: нежным, заботливым, ласковым. Интересно, любил ли он меня тогда?

Адам подходит ко мне чуть ближе и смотрит на меня взволнованным взглядом.

– Это ты, - тихо говорит он и сильно сглатывает.

– Зачем тебе моя фотография? – шепотом спрашиваю я. Снова смотрю на стол, где стоят еще две рамки с фотографиями Сары и их мамы.

– Здесь самые дорогие мне люди, - говорит Адам, глядя мне в глаза. В них столько искренности и чистоты, что на несколько секунд я забываю, где нахожусь. – И ты – одна из них, Эви.

Его слова лишают меня дара речи. Я дорога ему… От этой мысли у меня все переворачивается в душе. Бабочки в животе устраивают настоящую бурю, а я чувствую, как сердце начинает биться быстро-быстро.

– Правда?

– Да, - выдыхает Адам и наклоняется к моим губам, но меня начинает тревожить один вопрос.

– А почему здесь нет твоего отца?
– Адам резко отстраняется и отводит взгляд в сторону. Черт, я знаю, что он не любит об этом говорить. – Прости, это запретная для тебя тема. Извини..

Хочу отойти в сторону, но Адам берет меня за руку и начинает нежно поглаживать костяшки пальцев.

– Когда мама болела, папа появлялся дома далеко за полночь. Он говорил, что у него много работы, и я верил ему вначале, - тихо говорит Адам. – Деньги, которые он зарабатывал, давали нам возможность покупать любые лекарства для мамы, а это продлевало ей жизнь. Я заботился о маме, Саре и присматривал за домом… Кстати, тогда я научился готовить…

Чувствую, как мое сердце начинает сжиматься, а на глаза наворачиваются слезы. Ему так тяжело и больно.

– Адам ты можешь мне не рассказывать, если не хочешь, - шепотом говорю я.

– Но потом я понял, что отец просто сдался. Наверное, он знал, что мы не сможем ничем помочь маме, но я верил в лучшее до самого конца. Я был зол на него, потому что он просто прятался на работе, хотя мог бы провести это время с нами, с мамой…. Она постоянно спрашивала о нем, а я каждый раз придумывал новые отговорки. Я ненавидел себя за то, что мне приходилось обманывать ее, хотя, мне кажется, она и так все понимала. Ей и так было больно, а то, что в нее не верил собственный муж, делало ей только больнее.