Игры куклы
Шрифт:
– Зэр, - позвал меня Лес, взглядом прося о большем. Я улыбнулся, потянувшись, поцеловал его, раздвинул ноги приглашая продолжить. Лес, медленно и осторожно стал входить в меня.
Было больно.
– Тебе нужно расслабиться, я не могу войти, - прошептал Лес. Я попытался сделать то, что он просил.
– Да, - обрадовано выдал он, войдя одним движение в меня, полностью. Я судорожно вцепился в плечи Леса, и закусил губу, но всхлип вырвался наружу. Было ужасно больно, и я боялся, что эта боль никогда не пройдет.
– Зэр, я люблю тебя, - сказал Лес и поцеловал меня, увлекая в новые страстные ощущения, сделал первый толчок, не переставая целовать. Я проскулил ему в рот. Лес зарычав, стал двигаться быстрее и сильнее. Мои стоны стали боле протяжными, и выдающими, что я испытывают отнюдь не боль, а ни с чем несравнимое удовольствие. Волной накатывает нереальное ощущение эйфории, мы взрываемся вдвоем одновременно. Я, выгибаясь, кончаю с именем Лесия, а он, войдя в меня как можно глубже с моим именем.
– Если бы я знал, что все так будет, то не стал никогда отворачиваться от тебя Лес.
– Вы отвернулись от меня? – спросила кукла.
– Нет. Не от тебя, а от моего Лесия, - и я заплакал. Тихо и горько.
– Зэр, тебе настолько не понравилось, что ты готов утопить подушку в слезах? – усмехнувшись, спросил Лес.
– Понравилось, и от этого еще хуже, - шмыгнул я носом.
– Ну, хоть это радует. Ты не будешь против, если я приму душ? – спросил Лес.
– Да, конечно, - ответил я. Что-то слишком живой была дедова кукла, даже жутко становится.
Из ванной Лес вышел без краски, и я замер. На меня смотрел мой настоящий Лес, но ведь этого не может быть…
– Он умер…
– Кто? – спросил Лес.
– Ты…
– Ладно, пора бы нам, наверное, поговорить начистоту, - уселся в кресло Лес, прямо напротив кровати. Меня это стало жутко напрягать. Я подобрался и сел поудобнее.
– Кто тебе сказал, что я умер? Нет, можешь не отвечать. Спросил у какой-нибудь старушки, та и приукрасила. Во-первых, я не собирался выпрыгивать из окна, а строил стратегический план по завоеванию тебя, как налетевший ветер выкинул в коридор мою записку, которую я готовил, но так и не успел дописать или исправить. А я полез закрывать окно, не удержался и вывалился прямо в кусты роз, что растут у нас под окнами. Со второго этажа упасть в кусты, не очень страшно, я легко отделался, не считая царапин и уколов. Меня увезли на скорой всего в крови, мама, как выяснилось, нашла унесенную ветром записку и естественно сделала неправильные выводы, спихнув всю вину за случившееся на тебя. Когда я вернулся из больницы, ты уже уехал. Твои родители мне далии твой адрес, но я решил, что раз тебе не нужны мои чувства, то не стоит их и навязывать, а твой отъезд как раз поспособствует нашей разлуке.
– Лес…
– Дослушай до конца. Я закончил школу, но мне не давала покоя мысль о тебе, о том, что ты считаешь меня умершим и скорее всего, винишь в этом себя. Мама поставила мне ультиматум, пришлось закончить школу, прежде, чем отправиться к тебе. Затем твои родители стали отговаривать меня ехать, мол, ты уже стал забывать обо мне. Все изменил звонок твоего деда. Он, узнав, что я жив, высказал всем, и твоим родителям и моей маме и мне лично, что он о нас думает и в довольно ярких выражениях, приказал мне приехать к нему.
– Так вы все были заодно?!
– Твой дед, сказал, что ты его уже допек с куклой похожей на меня и предложил стать мне, этой самой куклой. А заодно и самому проверить твои чувства и свои заодно.
– И что? Проверил? – немного ехидно спросил я.
– Проверил. Я люблю тебя, как и раньше. Я счастлив, узнать, что и ты неравнодушен ко мне.
– Какой же ты, гад! – прижал я Леса к себе, когда он сел рядом. – Я так винил себя, что оттолкнул тебя. Простишь?
– А ты меня, что не появился раньше? – заглянул мне в глаза Лес.
– Я люблю тебя, Лес.
– И я тебя, мой Зэрт, очень сильно люблю.
Все!