Чтение онлайн

– Я влип! По самые… Твою мать, Витя, что же ты творишь?!
– С шумом втянув воздух, он сел на кровать и опустил голову на руки, закрывая ладонями лицо.

Если в последнее время, каждый раз окуная себя в темноту, Виктор видел лицо девушки, то теперь перед ним четко и ясно рисовалась картина из леса. И он, как художник мастерски ее дорисовывал. Шаг за шагом, мазок за мазком, черточка за черточкой. Его руки касались бронзовой кожи, губы целовали упругую грудь, кончик языка ласкал маленький розовый сосок. Не было сил прекратить то, что уже началось. Он спустился ниже, сжал руками ягодицы и заревел. Как дикий гепард, загнал свою добычу в угол и наслаждался тем, что мучил себя, оттягивая удовольствие. Не в силах больше ждать, он медленно стал оседать на пол, снимая с девушки трусики - последнее, что он еще не видел, но прекрасно нарисовал у себя в мозгу. Смотреть на нее обнаженную было выше его сил. Не помня себя от охватившего желания, мужчина развел ее ноги и провел языком по самому сокровенному месту. Нежно, мягко… Ее вкус появился на его губах, отчего стало еще тяжелее. Его руки дрожали, а ладони покрывались потом. Он не знал, как на такие прикосновения отреагирует Лена. Хотел, чтобы она стонала. Нет, кричала от удовольствия. Но, ведь это его картина. Он – мастер, он – художник. Он задает ритм, темп и краски. Два взмаха и перед глазами застланные пеленой желания ее глаза, а в ушах отнюдь не его стоны, хрип и крик. Виктор повторил процедуру еще раз. И снова на его горячем языке остался ее сок. Раз за разом касаясь губами влажного и горячего места, мужчина сходил с ума. Она была горько-сладкая на вкус – в этом он мог поклясться. Ее особенный аромат действовал на него, как наркотик. Желая получить еще большее удовольствия, он нагло коснулся языком маленькой горошины, где было сосредоточено все ее возбуждение. Лена застонала, выгнулась и подалась бедрами вперед. Он этого ждал. Озверев окончательно, он одним рывком проник языком в ее глубины. Крик разорвал тишину леса. Он задержался, затем медленно покинул ее и снова резким толчком вернулся назад. Эта пытка продолжалась снова и снова, пока девушку не начало трясти. Она впивалась в ствол дерева пальцами, ломая ногти, хватала ртом воздух, которого уже совсем не хватало, из глаз лились слезы, добавляя к пелене желания влажную невидимую стену. Это был пик наслаждения. В туже секунду он покинул ее обитель и жадно стал пить сладкий сок. Она прерывисто дышала. Ее руки вцепились в его плечи, заставляя подняться. О да! Это именно то, что он ждал. Не напором, не самому заставить, а сделать все так, чтобы его умоляли. Она хотела продолжения. Он жаждал этого больше всего. Но прежде, мужчина хотел, чтобы девушка почувствовала, какая она вкусная. Одним движением выпрямившись во весь рост и на мгновение задержав взгляд на ее безумно расширенных глазах, Виктор приник к ее губам, нагло раздвигая их и проникая внутрь языком. Такого поцелуя не было раньше. Они перестали вообще дышать. Их языки, как дикие переплетались в неземном танце. Они как будто вели незримую борьбу, доставляя сумасшедшее наслаждение своим обладателям. Понимая, что уже давно сорвался в пропасть, и желая немедленной развязки, Виктор потянулся руками к своему ремню…

Стук в дверь остановил кисть художника, и полотно в мгновение обрело свой природно-белый цвет. До конца еще пока не осознавая, что это только что было, Виктор провел ладонями по лицу, встал с кровати и подошел к двери. Два поворота ключа. Скрип. И…

– Добрый вечер…

На пороге его номера в откровенно прозрачной блузке стояла Ира.

– Уже ночь. – Единственное, что пришло ему на ум.

– Я знаю… - Томно прошептала и провела пальчиком тонкую линию от шеи до выреза на груди.

Виктор понимал, зачем она пришла и в любой другой день прогнал бы ее в три шеи. Но сегодня… Сегодня ему было плохо. Тяжесть и ноющая боль в чреслах не отпускала, образ обнаженной и страстно извивающейся Лены добавлял масла в огонь, заставляя признать тот факт, что если сейчас он не сделает ничего, то просто умрет. Ира стояла перед ним, откровенно пожирая мужчину глазами. И выглядел он вроде не очень, как для светского раута, но для постели как раз то, что нужно. Застегнутая только на одну, самую последнюю пуговицу рубашка, черные глаза, запах алкоголя и, явно выпирающий из джинсов, возбужденный член. Ира довольно облизнулась, понимая, что он как нельзя вовремя. Она медленно потянулась рукой к своей блузке и расстегнула одну поговичку. Это был самый что ни на есть призывной жест. Реакция, на которую девушка рассчитывала, не заставила себя долго ждать. Схватив в охапку, Виктор затащил Иру в комнату и с шумом захлопнул дверь.

– Как ты любишь? – Довольно промурлыкала, подходя вплотную к мужчине.

– Сейчас увидишь! – Прорычал.

То, что сейчас происходило в комнате, нельзя было назвать удовольствием. Виктор хотел вылечить себя от постоянных видений и от неудовлетворенного желания. Он и не стремился никому доставить удовольствие, просто делал все, что требовал организм. Развернув спиной к себе, он толкнул Иру к стене. Как только ее ладони коснулись разноцветных и уже подпорченных коньяком обоев, Виктор как рысь подлетел к ней, хватая за бедра и отводя их назад. Девушка вынуждена была наклониться и еще сильнее упереться в стену. Не горя желание проводить какую-либо прелюдию, мужчина одним рывком стащил с себя джинсы, другим – брюки с девушки, просто оставляя их на коленях. Этим он ограничил ее движения и возможность улизнуть. Его восставшая плоть причиняла ему адскую боль и неминуемое желание поскорее извергнуться. Не тратя времени больше ни на что, Виктор отодвинул ее леопардовые стринги и одним грубым движение глубоко погрузился в ее глубины. Ира, наверное, ожидала чего-то другого, поскольку поведение Виктора привело ее в шок и даже немного в ужас, но это только поначалу. Как только он начал двигаться, мощно врываясь в нее и уперевшись при этом в стену, чтобы толчки были как можно сильнее, девушка начала постанывать от удовольствия. Несколько минут хватило Виктору, чтобы закончить этот акт и ощутить небольшое облегчение. Также, не произнося ни звука, он вышел из нее, натянул штаны, налил себе коньяк и сел в кресло. Ира, немного опешившая от такой скорости и от не прошедшего еще возбуждения, повернулась к мужчине, ожидая дальнейших действий.

– Ты уже оделась? – Не глядя на нее, поинтересовался Валковский, закуривая сигарету.

– Да.

– Хорошо. Можешь идти. – Кивнул на дверь.

– Но… Я думала…

– Ты не думала. – Прервал Иру. – Ты хотела, и я тебя трахнул. На этом наше «общение» закончено. Можешь быть свободна. И еще, будь добра, прикрой дверь тихо, у меня голова раскалывается.

Голова разболелась еще сильнее, когда в комнате повисла тишина. Он снова был один. Ему полегчало, но не настолько, насколько он рассчитывал. Он не корил себя за содеянное. Зачем? Виктор взрослый мужчина, ему необходим секс, хотя бы для здоровья. А в сложившейся ситуации вообще пришлось выбирать: либо сгореть заживо от нестерпимого желания, либо спастись, пусть и таким ненормальным образом. Он знал, что об этом не узнает ни одна душа. Не в интересах Иры рассказывать, как ее только что использовали, как последнюю шлюху. Как знать, может это была своего рода месть за то, как она сегодня обращалась с Леной. Пусть эта месть и занимала самый маленький процент, но и его вычеркивать из общей суммы нельзя. Все время по проценту – большая сумма наберется – это уж кто-кто, а Виктор знал.

Алекс проснулся в восемь утра в хорошем расположении духа и с максимальным зарядом энергии. Воскресенья он всегда любил. Это были те дни, когда можно высыпаться и отдыхать от трудной недели. Но только не сегодня. Именно этот день должен был стать для него решающим. Сил потребуется немало, он это знал и был готов на все сто. Спустившись вниз и выпив чашечку ароматного кофе, парень попрощался с Варей, кинув ей напоследок, что вечером дома будет несладко всем, выскочил на улицу. Войдя в гараж и окинув взглядом семейный автопарк, он подошел к одной из своих самых любимых машин и сел за руль. Через мгновение черный HUMMER* покинул владения Валковских, с каждым метром приближая парня к его мечте.

Виктор открыл глаза, когда солнце только просыпалось. Вспомнив, что он хозяин этого корпоратива, а, значит, выглядеть ему нужно пристойно, не зависимо ни от чего, прошел в душ и стал под ледяные струи. Пары минут хватило, чтобы ум прояснился, и перестала кружиться голова. Побрившись и натянув на себя чистую рубашку со светлыми льняными брюками, Валковский покинул свой номер и отправился подышать свежим воздухом к воде. Утро предвещало хороший солнечный день. Обслуживающий персонал сновал туда-сюда, сметая следы прошедшей бурной ночи. Побродивши час вдоль берега и, окончательно собравшись с мыслями, Виктор вернулся в уже убранный номер и, сев за стол, включил свой ноутбук. Отдых отдыхом, а работу еще никто не отменял. С этими мыслями он погрузился в биржевые отчеты.

– Доброе утро. – Лерка подбежала к Елизавете и чмокнула ее в щечку. – Как спалось?

– Доброе, зайка. Хорошо. Иди посиди со мной. Кофе будешь?

– Да.

Лиза попивала горячий напиток в своей любимой беседке, хорошо скрытой от посторонних глаз. Она всегда вставала рано и любила просто в одиночестве послушать пение просыпающихся птиц, утренний шелест листвы, наблюдать за пробуждение солнца. Женщина любила тишину, поэтому хотела ею вдоволь насладиться. В городе такого нет. Там гарь, смрад и вонь бензина, а вот за этой дымовой завесой, на природе, можно расслабиться и отдохнуть.

– Лена уже встала? – Поинтересовалась женщина.

– Да, она… МАМА!!!! – Лера заверещала так, что из рук Валковской выпала фарфоровая чашка и разбилась, коснувшись земли.

Царева редко называла Лизу мамой и то, только в крайних случаях, когда не соображала, что говорит. Ей было до сих пор непривычно и дискомфортно обращаться так к своей тете. Но сейчас был именно тот случай. Елизавета проследила за указательным пальцем дочери и ахнула. К воротам загородной частной базы отдыха вальяжно подъехал черный внедорожник со знакомыми номерами. Дверь открылась и из машины показалась фигура Алекса. Его довольную победоносную улыбку было видно за версту. Она вполне могла конкурировать с солнечным светом, и еще не известно, кто бы выиграл в этих соревнованиях.

– Что он тут делает?! – Прошипела Лиза, прекрасно понимая, чем чреват приезд ее младшего сына.

– Я-я н-не знаю. – У Леры заплетался язык. Она вообще не могла выйти из ступора и только в ужасе переводила взгляд с тети на брата. – Что будет?

– Ничего хорошего! – Констатировала Елизавета, крепко сцепив зубы. – Давай бегом к Лене в номер и делай что хочешь, но чтобы она оттуда не выходила!

– А ты?

– А я попробую отправить своего нерадивого сына восвояси. Что ты сидишь, Лера?! БЕГОМ!

Сердце Лизы еще вчера было не на месте. Но, если она хотя бы могла предположить, что все вот так обернется, то немедля бы отправила Лену с Лерой в Москву, ограждая от проблем. Женщина была осведомлена обо всех последних событиях и знала, что произошло между Алексом и Леной. А позволить сыну опять травмировать девочку она не могла, поэтому быстрым шагом отправилась к нему наперерез.

– Мамуля, привет! – Алексей приобнял ее и звонко чмокнул в щеку.

– Привет. – Попыталась изобразить радость. – Что ты здесь делаешь?