Игры с приведениями
Шрифт:
Мы приближались к «дому с привидениями», и я с любопытством его разглядывала. Оказалось, что это большой павильон, изнутри огороженный и украшенный как театральная декорация. Клубы тумана, жутковатое освещение, головы чудищ — здесь явно хватило места, чтобы устроить запутанный лабиринт из комнат и аттракционов.
Я попрыгала на месте и помахала руками, чтобы размяться. Нужно быть наготове к бегу.
— Привет, ребята!
Натан подскочил к нам, словно восторженный золотистый ретривер. Несколько знакомых лиц помахали нам и обменялись дружескими ударами кулаков.
А потом мой вечер пошел наперекосяк.
Из глубины толпы вылез Майкл — в джинсах, кашемировом свитере и с фирменной стрижкой за двести долларов. Он пожал руки нашим общим друзьям, а затем решительно направился ко мне.
— Нет! — Джулия заслонила меня, размахивая странной пластиковой чашей с дымящимся напитком, добытым в баре. — Прочь, демон!
Майкл сморщил нос и отмахнулся от дыма:
— Эбби…
Я вскинула руку:
— Нет. Ты не можешь застать меня врасплох в вечер, когда я с друзьями. Мы не будем это обсуждать.
Он вздохнул с видом самого утомленного человека на свете:
— Эбби, не будь незрелой. Нам нужно поговорить, мы оба можем вести себя как взрослые люди.
Откуда дым — из чаши Джулии или у меня из ушей?
Мария фыркнула и схватила меня за руку:
— Ни за что, придурок, — пропела она, таща меня к входу в «дом с привидениями».
Остальные быстро поняли, что атмосфера накаляется, и, видимо, Майкл приукрасил наши отношения, когда уговорил всех взять его с собой. Группа тут же сомкнулась за моей спиной, отделив нас с Марией от растерянного Натана и разозленного Майкла.
Я показала свой браслет жутковатому клоуну у входа и высвободилась из хватки Марии.
— Извини, детка. Я проскочу через аттракцион на максимальной скорости и сразу удеру, пока Майкл снова не попытался со мной заговорить.
Она махнула рукой, а затем пристроилась рядом с Джулией, точнее с той ее частью, что не была прижата к Джейсону:
— Ты храбрее меня, милая. Удачи!
Я оглядела узкий коридор, освещенный лишь черными лампами и украшенный зловещими граффити на стенах.
Миссия «Развлечься» — отменена.
Миссия «Убраться отсюда как можно скорее» — активирована.
За моей спиной взвизгнула Джулия.
Это был мой сигнал.
Я рванула вперед, вглубь тумана.
***
Двадцать минут спустя я преодолела «Ливень смерти», комнату, оформленную под какой-то сатанинский ритуал, зеркальный лабиринт с прятавшимися там клоунами — которых, очевидно, юристы предупредили не прикасаться к посетителям — и инсценировку казни на электрическом стуле.
Нервы были на пределе, адреналин зашкаливал. Несколько раз я слышала визг Джулии и добродушные мужские возгласы. Значит, остальные не сильно отставали.
Я остановилась перевести дух в сравнительно безобидной комнате, куда случайно забрела. На стенах красовались причудливые фрески, посвященные семи смертным грехам, но в остальном здесь не было ни жутких персонажей, ни внезапных пугающих трюков.
— Эбби…
Я взвизгнула и отпрыгнула на добрых четыре фута.
Говорила же, что рано расслабляться.
Из соседней комнаты — той, через которую я не проходила — вышел Майкл.
В свете черных ламп он казался призраком из ночного кошмара, явившимся терзать меня снисходительными речами… вплоть до того, чтобы загнать в «Палату сумасшедшего», которую я пробежала по пути сюда.
— Ты серьезно? — резко бросила я. — Устраиваешь мне засаду в «доме с привидениями»?
Он взмахнул руками:
— А что еще мне делать? Ты не отвечаешь на мои звонки.
— Ты мне изменил. Мне нечего тебе сказать, и у тебя нет ни одного слова, которое я хотела бы услышать. Разве что: — Я сожалею о том, что сделал, и надеюсь, что у тебя все будет хорошо.
Он шагнул ко мне, в его светящихся глазах вспыхнула злость:
— Ты правда готова выбросить на ветер шесть лет, Эбби? Шесть лет нашей жизни?
Сердце подскочило к горлу. Майкл был на пару сантиметров выше меня и стройный, как бегун. Да, он мог быть самодовольным засранцем, но никогда не позволял себе физической агрессии. Тем не менее я была взвинчена до предела, и тело отреагировало само по себе.
Я выставила вперед руки и отступила на шаг:
— Держись от меня подальше. Это ты выбросил на ветер шесть лет, Майкл, а не я.
— Думаю, тут есть вина обоих, разве нет? Не сказать, что ты абсолютно невиновна во всем этом.
Если я не уберусь отсюда немедленно, то просто взорвусь изнутри.
— Господи, отстань от меня, Майкл!
Он рванулся вперед, пытаясь схватить меня за руку:
— Нет, Эбби, послушай меня…
Огни вокруг нас угрожающе замигали, и в комнату ворвались трое людей в масках.
— Черт! — вздрогнул Майкл и отпрянул, прижавшись к противоположной стене.
Незнакомцы оказались крупными мужчинами, одетыми практически одинаково: потрепанные черные худи с обрезанными рукавами, расстегнутые, чтобы обнажить мускулистые торсы, измазанные темной краской, потертые черные джинсы, сидящие низко на узких бедрах, и пыльные черные армейские ботинки.
Завершали образ зловещие маски черепов, закрывающие все лицо. Проемы для глаз — черные пустоты в белых масках — светились в лучах ультрафиолетовых ламп.
Один из них сжимал топор, с которого стекала бутафорская кровь, и угрожающе размахивал им в нашу сторону.
— Бегите, — прорычал один из мужчин искаженным голосом — словно через устройство, превращающее речь в тембр Дарта Вейдера.
— Эбби, не обращай на них внимания, — фыркнул Майкл. — Мы еще не закончили.
Он взял себя в руки, раздраженно повел плечами и обратился к двум мужчинам, застывшим перед ним:
— Простите…
Они не сдвинулись с места, но Майкл — как и они сами — прекрасно знал, что им запрещено к нему прикасаться. Он обошел их и устремился ко мне.
— Держись от меня подальше, — сказала я, и, к своему ужасу, голос дрогнул.
Вся эта ситуация изматывала. И еще она была унизительной, особенно перед этими мужчинами в масках, которые просто выполняли свою работу.
И вдруг третий мужчина — самый крупный из троицы — схватил меня за руку и потянул сквозь стену декораций.