Чтение онлайн

Внезапно с её стороны слышится писклявый смех, который она наигранно пытается превратить в соблазнительно-мелодичный. Секунда — и обладательница вызывающего стиля поддаётся вперёд, от чего остатки юбки незамедлительно ползут вверх.

Вот же настырная вобла. Похоже, её вовсе не смущает тот факт, что с Довлатовым она не одна в аудитории. Впрочем, глядя на рыжую, складывается впечатление, что в этой жизни её вряд ли может что-то смутить.

На ум приходит мысль покинуть кабинет и не лицезреть данную картину, так как меня может просто стошнить. Уверенно делаю шаг вперёд, и тут же замираю на месте, когда отчётливо слышу безразличный голос лектора с примесью льда:

— Всего хорошего. До завтра.

Оказывается, у девицы не только пошлая одежда, но и размалёванное лицо, в чём я убеждаюсь, когда эта персона, повернувшись боком, нарочито медленно следует в сторону выхода. Недовольная. Об этом говорит её насупившееся лицо и заметная морщинка между сведённых бровей.

Когда за ней закрывается дверь, Дмитрий Константинович облегчённо выдыхает, затем встаёт с места и, обойдя стол, присаживается на его край.

— Я не сильно кусаюсь, Суворова. Можешь подойти. — он насмешливо приподнимает уголок губ.

Делаю несколько шагов вперёд и останавливаюсь в метре от лектора. Некоторое время продолжаю молчать, взглядом ведя молчаливый диалог с серыми глазами мужчины.

— Это вам. — протягиваю серебристую коробку, позволяя себе широко улыбнуться.

Довлатов хмыкает и осторожно притрагивается к подарку, задевая пальцами мою ладонь.

— А где же ленточка? — он заинтересованно и так нежно проводит рукой по гладкой поверхности, что меня передёргивает.

— Я не нашла подходящей. Но, если хотите, могу перевязать верёвекой. — продолжаю наблюдать за действиями лектора, не моргая. Его длинные пальцы задевают углы коробки, и я сглатываю.

— Да нет, мне не принципиально. Обойдусь.

— Только откроете коробку дома, заодно и примерку можете устроить.

— Надеюсь, вы с размером не ошиблись? — лектор проницательно смотрит мне куда-то в область шеи. Мужской низкий голос, словно пелена, мягко распространяется по внушительной аудитории.

— Думаю, вам подойдёт. Выбирала самый маленький. — ох, неужели я это сказала вслух? Всегда знала, что такое нельзя говорить противоположному полу, но не могу избавиться от привычки сболтнуть лишнее.

Во взгляде Довлатова проскальзывает удивление с колючими искрами скептицизма. Мужчина выпрямляется, обходит меня и становится за спиной.

— Суворова, вас в детстве случайно не лупили ремнём? — практически шепчет мне на ухо, задевая обжигающим дыханием несколько волосков. Его тело не прикасается к моему, но даже от такого расстояния становится душно, и щёки начинают наливаться пунцом.

— Случайно нет.

— Значит, будет неслучайно. А то у меня фантастическое желание сделать это прямо сейчас. — от его ровного тона по спине проскальзывает холодок.

— Извините, сейчас не получится: вынуждена лететь на следующую пару. — произношу на одном дыхании и сразу же срываюсь с места, не оборачиваясь. Прям перелётная птица, не иначе. — До свидания!

Последние слова получаются такими радостными, будто я выиграла крупную сумму денег. Наверное, со стороны это выглядит примерно так: окрылённая студентка сбегает от недовольного преподавателя.

А вот что подумал Довлатов я даже боюсь представить.

Дмитрий

«Думаю, вам подойдёт. Выбирала самый маленький», — в который раз прокручиваю в голове эти фразы из уст Суворовой, и желание придушить её только возрастает, причём с геометрической прогрессией. Маленькая стерва.

В теории мне должно быть абсолютно наплевать, но, чёрт бы всё побрал, это не так. Даже не знаю, что меня больше раздражает: её необдуманные слова, нелепые действия или несуразный стиль с отсутствием макияжа, который, как бы мне не хотелось этого признавать, весьма притягивает.

Вхожу в квартиру и ставлю коробок на тумбочку, даже не заглянув во внутрь. По хорошему, сейчас бы поехать к Лене, чтобы снять всё напряжение и прескверное настроение. Но этим планам не суждено сбыться, ибо на кухне меня ждёт сюрприз.

— Что-то ты поздно. — Лидия быстро подходит ко мне и невесомо целует в щёку.

— Любовь всей моей жизни, ты же знаешь, у меня работа. Много работы.

— Ага, и она одна лишь на уме. Иначе не могу объяснить отсутствие жены и детей в твоей жизни. — в глазах матери разжигается осуждение, губы упрямо поджимаются, а руки скрещиваются на груди. Опять эта тема.

— И ипотеки. Кажется, ты забыла её упомянуть. И, вообще, это не у меня нет семьи, это у семьи нет меня. — непринуждённо подмигиваю. Наливаю в стакан чистой воды и залпом выпиваю содержимое.

— Дим, я не шучу. Тебе уже тридцать лет.

— А говоришь это так, словно мне исполнилось шестьдесят.

— Эх, всё-таки, помимо работы, у тебя ещё и характер дурной. — выдыхает Лидия.

— Это всё гены, дорогая. Весь в тебя. — криво улыбаюсь и игриво поднимаю бровь, на что мама лишь театрально закатывает глаза.

— Ладно, с тобой спорить бесполезно, да и мне уже пора. Я тебе Дениску привезла. Надеюсь, ты не забыл, что сегодня обещал посидеть с ним?

— Я помню. — а вот тут откровенно начинаю врать попросту потому, что напрочь забыл об этом.

— Вот и хорошо. — Лидия поддерживающе сжимает мою руку. — Я тогда побежала.

— До скорого.

Попрощавшись с матерью, захожу в зал и замечаю племянника: светлая макушка еле заметно выглядывает из-за спинки дивана.

— Смотреть телевизор в таком большом количестве вредно для здоровья. — усмехнувшись, произношу возле дверного проёма и смотрю на чёрную плазму, где мелькают разноцветные картинки из мультфильмов.

Мальчик резко поворачивается в мою сторону с радостной улыбкой на губах, и синие глаза загораются весельем.

— Дядя Дима! — он ёрзает за месте и трёт ладонями штаны, словно поправляет невидимые складки.

— Что, Дэн, родители опять в командировках? Деловые какие. — присаживаюсь рядом и въерошиваю волосы племянника, на что он забавно корчит нос.

— Ага. Они обещали вернуться к выходным.

— Что ж, тогда хорошо развлекайся, пока позволяет ситуация. Разрешаю тебе делать всё, что захочешь.