Игры в повелителей тигров
Шрифт:
Эти слова привели призрачную Анечку в какое-то нервно-суетливое состояние. Она тут же завертела туда-сюда головой… Но неожиданно остановилась на Дроздовой Кате.
— Так ты говоришь, что тот верзила с ведром на голове, превратился в этого дешёвого сосунка? Или мне послышалось?.. Блин! По-моему, это какой-то сон нереальный…
— Нет, ты не ослышалась, — сказала Дроздова более уверенно, — и это никакой не сон. Убийца находится прямо перед тобой. Мы привели к тебе того верзилу, который недавно задушил тебя…
В следующее мгновение перед ними была уже не маленькая девочка, с оставленными на шее шрамами. Перед ними находился хищник. Не тот добрый и квёлый тигр, которого цирковые дрессировщики кормят тухлым мясом. И не тот тигрёнок, каким он был изначально. Даже если это и был тигрёнок, то в данный момент он больше походил на старую огромную акулу. Взрослую и разъярённую, готовую броситься на первое, что увидит и потом долго таскать это в зубах.
— Э, ты, дура! — зарычал на Катьку Пигалёв, — какого хрена ты её на меня натравила?!
— Кого, «её»? — насмешливо смотрела ему в глаза Катерина, — перед тобой самец, а не тигрица! Не путай, малыш.
— Катька, а чё ты правда наплела моей Анюте?! — взялась от Дроздовой допытываться и Вика тоже.
— Долго объяснять.
Поскольку эти подростки стояли неподвижно (они не пытались убегать, поскольку все трое чувствовали себя, словно наркоманами, которые наблюдают одну из заурядных галлюцинаций), то тигр тоже не знал, что ему делать. Единственное, что он мог себе позволить, это недоумённо покачивать хвостом. Хищник готовился к прыжку, но… не видел перед собой явной жертвы. Потому что все трое стояли и бесконечно друг с другом перегавкивались. Может, подождать, пока хоть до кого-то из них дойдёт, что нужно не стоять, как столб, а убегать в разные стороны?
— Да я знаю, что ей не понравилось! — принялся гоготать уже и Федька. — То, что я привёл её к себе домой, а из портфеля вытащил тело мёртвого младенца. Ведь ты же именно из-за этого завелась? Ну признайся, ну чего ты стушевалась!
— Да, — не выдержала Катя, — именно из-за этого!
— Дак, это тоже очень долго объяснять, — продолжал Пигалёв над ней насмехаться. — Это младенцы стариков! Поняла, ты? Не из каких тёток я их не вытаскивал, идиотка! Просто, надеваешь ту шапку на голову и начинаешь молодеть. Потом от тебя остаётся эмбрион… И одному из нас он попадает в руки. Мы занимаемся этими зародышами… Вот ты дура, я с тебя угораю!
— Перестань орать! — завизжала Вика. — Ты же напугаешь тигра! Он нас сейчас слопает!
— Какую ещё «шапку»?! — спрашивала Катя у Пигалёва.
— Ту самую! Ту самую, которую я тебе показывал. «Невидимка» называется. Надеваешь её на голову и, вместо того, чтобы исчезнуть, твоё лицо начинает очень резко изменяться…
— Всё-таки, ты меня обманул! — прошептала Катя, пока тот рассказывал. — Тебе удалось устроить свой дьявольский фокус…
— Поняла, что такое «невидимка»? С одной стороны, твоя рожа превращается в человека, которого никогда не существовало на земле. С другой стороны: ты резко молодеешь. Молодеешь до тех пор, пока от тебя не останется этот жалкий зародыш. Ну, тот, который я поза-позавчера вытащил из портфеля.
— Мы долго так будем стоять и ругаться?! — всё продолжала Вика паниковать. — Тигр же на нас бросится!
— А мы можем его надурить, — всё продолжал усмехаться Пигалёв. — Мы побежим в разные стороны… Ну, а он выберет кого-то одного, а не троих сразу! Э-хе-хе-хе-хе…
Медлить было некогда. Федя подал им очень отличную идею. И за кем первым прыгнет хищник? Конечно, за тем, на кого натравили ту девочку-призрака! Все трое это превосходно понимали.
Восьмая глава
1
Ни в один день до Кати дошло всё то, что она успела натворить. Началось всё с того, что, с тех пор, как тигр кинулся на бегущего Пигалёва и выпустил из него всё его «насмехающееся дерьмо», Катя ни с кем не могла познакомиться. И, чем дальше шло время, тем сильнее и сильнее Катя свыкалась с мыслью, что Федю Пигалёва ей послал сам Господь Бог… Или тот добрый дедушка, который сидит на облаке и подбирает пары всем тем, кто перешёл в девятый класс. Ведь, если найти себе парня к восьмому классу, то может получиться неудача: парень попадёт в ПТУ, а оттуда прямая дорога в армию (не в вуз вместе со своей девушкой, а — далеко на кудыкину гору; туда, куда направит их местный военком), а там уже неизвестно: найдёт ли себе парень более взрослую невесту, вместо чем ждать ту школьную дурочку, которая умудрилась с ним «замутить».
А закончилось всё это тем, что Катя шла по лестнице какой-то шестнадцатиэтажной высотки и постоянно напевала себе под нос одну и ту же песенку, мурлакавшую из её сотового: «Я эти окна уже все проходил, бывало страшно чуть-чуть, ну, а теперь всё забыл… Предупреждаю тебя, у нас один парашют. Посмотри мне в глаза, мы пока ещё тут… Но с тобой никогда не спасут нас, с тобой. Отвернуться к стене — слёзы льются рекой… Непривязан, но быстр такой. Против кто, кто со мной!»
— Хм, — вяло усмехнулась Катя, — один парашют на двоих, да и тот непривязан!
И продолжила мурлыкать дальше: «Стрелами вслед полетят поцелуи врагов, с полунастроенных грёз и недолеченных снов. Мне оставят медаль и облизать крем с торта, счастливых всех лотерей все-все-все номера… Непривязан, но быстр такой!» И заканчивалась Катина песенка такими словами: «Но а их всё равно никого не пойми. Всех прости — уходи…»
На последний этаж высотного здания Катя торопилась совсем не из-за Пигалёва. Что ей этот жалкий-глупый новичок? В основном, причина у Кати появилась совершенно неожиданно: Она поняла смысл одной из коллекции песенок на своём мобильнике. Это очень сильно удивило Дроздову: «Всю жизнь можешь слушать какую-то одну и ту же бессмысленную песню, и только перед тем, как выпрыгнуть из окна, до тебя совершенно неожиданно доходит её поразительная простота! Смысл в том, что один на двоих парашют, но он не привязан. Ведь это самая распространённая ошибка парашютистов: лететь вниз, дёрнуть за кольцо и ужаснуться тому, что парашют не раскрывается. Ненужно ужасаться. Просто, перед тем как прыгать, нужно вспомнить: что есть твоя судьба? Прыгать с парашютом или только имитировать такой прыжок…»
И первыми полетели вниз её наушники с мурлыкающей песенкой Ильи Лагутенко и сотовым телефоном…
2
Однажды Сандра Кукушкина выходила из шикарного авто своего нового бойфренда, чтоб зайти с ним подъезд, и… услышала, как где-то далеко в небесах играет одна знакомая мелодика — рингтон её сотового телефона. Того самого, который у неё украли в качестве провокации.
Кукушкина поначалу не обратила внимание на этот рингтон: в конце концов, телефон звонит не в облаках, а, просто, Сандра входит в подъезд шестнадцатиэтажной высотки, и, наверняка, кто-то стоит на лоджии и ему звонят. Но, с другой стороны, девушку неожиданно охватила ярость: «Какого хрена? Это же мой рингтон!» К тому же, сама ситуация казалась явно нелепой: выйти покурить на балкон и взять с собой сотовый, в надежде, что с минуты на минуту должны позвонить. Что, так сильно курить приспичило?! Тут логично одно из двух: либо перебейся со своим перекуром, либо оставь мобильник там, где он и лежал! Да и потом — сама мелодика мобильного добивала Сандру окончательно: это личная песенка Кукушкиной — Сандра сама её сочиняла.
Поэтому первое, что сделала девушка — глянула вверх. Пусть, и темно было, но рука её машинально протянулась к небесам и пальцы успели схватить какой-то предмет… В принципе, тот самый предмет, который звонил.
Кукушкина только и успела поднести телефон к уху… Её парень в это время выходил из машины…
— Э, подруга, — усмехнулся этот чел, — откуда у тя эта «труба»? Ты же говорила, её у тебя спёрли!
— Я откуда знаю? — рявкнула Кукушкина. — Из окна кто-то выбросил!
— А чё ты такая вздрюченная?