Чтение онлайн

— Можно? Мне сказали, что уже всё, и я могу посмотреть.

— Заходи папа, — улыбаясь, сказал Гера.

Аскольд подошёл к кровати, и нерешительно улыбнулся мне, а потом наклонился над внуком и стал его рассматривать.

— Наша порода, — довольно протянул он. — Весь в отца и деда.

— Хочешь подержать его, — хитро улыбаясь, спросила Соломея.

— Давай, — он протянул руки и взял внука.

Соломея тут же подошла к Гере и забрала у него внучку. «Не успела», — вздохнув, подумала я, провожая дочь взглядом.

— Кстати, Майя сказала, что ты выбираешь имя для внука, а я для внучки.

— Да?! — он бросил на меня благодарный взгляд и искренне улыбнулся. — Тогда его будут звать Рейнир.

— Что это за имя? Мне не нравиться! — недовольно произнесла Соломея.

— А мне нравиться! А ты какое имя придумала?

— Илария!

— Какая Илария? — он наклонился и стал рассматривать внучку. — Она совсем не похожа на Иларию!

— Нет, похожа! А вот внуку имя Рейнир не подходит…

— Ну всё! Сейчас откроются боевые действия! — тихонько прошептал Гера мне на ухо, и обнял за плечи. — Мы же тебе говорили, что как только отец возьмёт внука на руки, он окончательно растает.

— Вот только боюсь, что сейчас они подерутся между собой из-за имён.

— Ничего, зато мама наконец-то научилась отстаивать свою точку зрения, и всё благодаря тебе. Так что отец будет теперь в постоянном тонусе, — Гера улыбнулся и поцеловал меня.

— А потом твой отец опять возненавидит меня, и скажет, что я во всём виновата!

— Да ты посмотри на него. Он просто светиться от счастья. По-моему скоро у них с мамой начнётся новый медовый месяц.

— Ты думаешь?

— Да.

— Хорошо! Пусть будет Рейнар, — громко сказала Соломея. — Но в следующий раз я буду придумывать имя для мальчика!

— А я для девочки! — запальчиво произнёс Аскольд.

— О боже! — испуганно прошептала я. — В следующий раз они точно подерутся, ведь я могу родить уже только одного ребёнка.

— Почему это — одного? — удивлённо сказал Гера. — Я опять хочу двух!

— Но ведь ты сам сказал, что у меня может быть только трое детей, а два уже есть, — я беспомощно указала на детей.

— Майя, три раза ты можешь быть беременна, и вполне возможно, что в следующий раз, если я сильно постараюсь — а я обязательно постараюсь, ты мне родишь тройню. В вашей семьи были тройни?

— Нет.

— Значит, будут!

— Хм, время покажет, — я улыбнулась, глядя на Геру. — Но в том, что ты будешь стараться, я почему-то не сомневаюсь! — и задумалась.

Всего год назад я работала обыкновенным бухгалтером, в самой обыкновенной фирме, и вела самую обыкновенную, ничем непримечательную жизнь. А потом встретила вампира и полюбила его.

— О чём ты думаешь? — нежно спросил Гера

— О нас с тобой, — ответила я, и меня озарило. — А знаешь, что я сделаю?

— Что?

— Напишу книгу про нас с тобой, и назову её «Игры вампиров»!

Дамис.

Посмотрев в окно, на занимающийся рассвет я лениво потянулся. "Хорошего по чуть-чуть. Самолёт через четыре часа, а надо ещё заехать домой и собрать сумку". Но как только я собрался встать с кровати, Мирра тут же положила мне голову на груди и, проведя пальчиком по животу, капризно произнесла:

— Ты меня уже бросаешь?

— Да, крошка. Скоро самолёт, — улыбнувшись, я встал и начал одеваться.

Она перекатилась на живот и, наблюдая за мной, сказала:

— А может, возьмёшь меня с собой?

Уже вечером я понял, что она попробует напроситься мне в попутчицы и сразу решил, что откажу ей. Она, конечно, меня устраивала как любовница, и мне было приятно проводить с ней время, но терпеть её мелькания у меня перед глазами и проживание с ней в одной комнате в ближайшие три-четыре недели мне не хотелось. "Да и пора уже ставить точку в отношениях с ней. Два года мы провели с ней весело и познавательно, но с каждым днём она становиться всё более надоедливой и настойчивой. Ещё чего доброго и на замужество начнёт намекать".

— Нет, Мирра, не возьму. Я еду в первую очередь к родственникам и эта семейная встреча, а не дружеская вечеринка…

— Неужели я не заслужила того, чтобы представить меня твоему дедушке и твоему дяде? — перебив меня, она надула губки.

"Пора расставлять все точки над "i" и дать ей понять, что секс — это всё, что нас связывает".

— И в качестве кого я тебя представлю? — спросил я, с улыбкой глядя на неё.

— Ну, я не знаю, — растерянно пробормотала она. — Может подруги?

— Киска, ну какая же ты мне подруга? — я сел на кровать и поцеловал её в губы. — Ты отличная любовница, но никак не подруга. Вряд ли ты захочешь, чтобы мой дедушка и мой дядя слушали, как я буду расписывать твои прелести и то, чем конкретно ты меня заинтересовала. Ведь так?

— А что, больше обо мне ничего хорошо нельзя рассказать? — она попыталась улыбнуться в ответ, но и улыбка и голос получились фальшивыми.

— Ну почему же? У тебя тёмно рыжие волосы, красивые голубые глаза, длинные ноги, прекрасное тело, поэтому можно сказать, что ты красавица, но мы, вампиры, все красивы. Можно сказать, что ты прекрасная актриса, но это и так все знают, потому что твои фильмы пользуются популярностью. Хотя до сих пор не понимаю, зачем тебе этот Голливуд? Хочется славы и признания? Кстати, а как ты потом собираешься выкручиваться, когда лет через двадцать все начнут замечать, что ты совсем не стареешь?

— Устрою себе трагическую смерть и пышные похороны, — пожав плечами, ответила она. — Но не через лет двадцать, а лет через пять. На пике популярности смерть воспринимается более трагично и люди лучше запоминают такие случаи.

В этом была и вся Мирра — она любила внимание, была амбициозна, и как все красивые женщины — эгоистична. Я старался её понять, но её любовь к самолюбованию порой прилично раздражала.

— Как знаешь, — ответил я. — Но вряд ли в глазах моих родных твоя карьера в людском обществе будет плюсом для тебя. Дедушка вообще относится к таким публичным появлениям глубоко отрицательно.