Игры во взрослую жизнь
Шрифт:
– Перцев! Ты что тут делаешь?!
– Здрасте… Я это… Оценку свою узнать за контрольную…
– Уйди быстро! У тебя урок завтра! Всё узнаешь! – сорвался физик.
– Иду-иду, – кивнул Ваня. – До свидания.
Перцев вышел из кабинета и понял всю абсурдность ситуации. И тут же заржал, спускаясь вниз по лестнице. Вот значит какие, Мария Андреевна и Пётр Викторович.
– Перцев! Стой! – крикнул кто-то сзади.
Иван остановился и обернулся. За ним по лестнице бежал физик:
– Слушай, Вань, ну ты это… Вроде, взрослый парень. Понимаешь, что не надо об этом маленьком недоразумении трещать на каждом углу?
– Понимаю.
– Отлично. Давай так, чтобы помочь тебе не болтать, по английскому и по физике у тебя в этом триместре будут эмм… пятёрки. Да, пятёрки. Подойдёт?
Ваня широко заулыбался. Ещё б так к химичке зайти! И кивнул:
– А что было? Я ничего не помню.
– Молодец, Перцев, иди! – Пётр Викторович хлопнул парня по спине.
Иван быстро сбежал по ступенькам и пошёл в сторону раздевалок, где в креслах его уже ждала Аня:
– Вань, ну где ты ходишь? Я тебя жду тут сижу…
Ваня заулыбался:
– Я зарабатывал оценки. Ну что, гулять?
– Пошли, – улыбнулась Анна, застёгивая пальто.
***
Фомин и Григорьева сидели в Настином дворе, где девушка беззаботно качалась на качелях. Точнее, её качал Дима, а она что-то рассказывала про свой сегодняшний день, периодически замолкая, и выжидающе смотря на парня, словно думая, сказать ему что-то или нет. Или же наоборот, дожидалась чего-то от него. Наконец Фомин не выдержал:
– Настюш, ну чего ты сегодня такая?
– Какая такая?
– Ну… Странная.
– Да всё в порядке, – улыбнулась девушка, но тут же сделала серьёзное лицо. – Дим, вот скажи, в каком бы случае ты меня бросил? Только честно!
Дима засмеялся:
– Только если бы наступил конец света.
– Честно?
– Честно-честно, – парень остановил качели и наклонился к Григорьевой. – Я же тебя люблю.
На эти слова Фомин ожидал какой угодно реакции, но только не той, которую выдала Настя. Девушка оттолкнула Диму, спрыгнула с качелей и быстро пошла в сторону своего дома, прикрывая рукой лицо.
– Насть, ты чего? – дёрнулся за ней Фомин.
Тогда Настя ускорила шаг, и, практически бегом, по диагонали пересекла двор.
– Григорьева, что случилось? – догнав девушку, Дима развернул её к себе.
Анастасия же заплакала, прикрыв лицо одной рукой:
– Дим, уйди, пожалуйста… Мне надо одной побыть…
– Что случилось? Я что-то не то сказал?
– Нет, всё то, – улыбнувшись сквозь слёзы, сказала Настя. – Не трогай меня… Я устала и хочу домой.
– Иди, – Дима недоумевающе отпустил девушку.
Та быстро забежала по ступенькам в подъезд, и закрыла тяжёлую деревянную дверь.
Фомин обернулся назад, где на него косился весь двор из бабушек и их внучат, словно специально высыпавший в этот момент погулять. И что это только что был за прикол? Странная она в последнее время. Очень странная.
Парень пошёл в сторону своего дома, по пути закурив. Может, проблемы какие в семье? Да нет, он обычно в курсе всех семейных ссор Григорьевых. А что тогда? В колледже проблемы? Или опять этот Влад? В любом случае, надо будет обязательно расспросить. Потом, когда Настенька будет в настроении. Сейчас её лучше не трогать, зная характер девушки.
Настя забежала в квартиру, закрыла дверь, и медленно сползла по ней на пол. Что делать Анастасия совершенно точно не знала. Она закрыла руками лицо и заплакала в голос. Хорошо, что дома никого нет.
Тут в дверь раздался звонок. Быстро смахнув слёзы, Настя посмотрела в глазок. Вдруг родители? Но тут же выдохнула с облегчением. Это Таня, пришедшая за конспектами.
Открыв дверь, Настя постаралась улыбнуться:
– Привет. Заходи.
Таня сняла солнечные очки и посмотрела на Анастасию:
– Ты чего, ревела что ли?
– Тебе конспекты нужны были? Вот тетрадь, – девушка протянула подруге нужную ей вещь.
– Не, я тебя одну не оставлю. Насть, что случилось? Димка?
Впуская подругу в квартиру, Григорьева опять заплакала:
– Тань, я не знаю, что мне теперь делать…
В это же самое время Ваня и Аня, о чём-то весело болтая, прогуливались по парку, где уже бежали первые ручейки.
– А знаешь, что я сейчас хочу? – засмеялся парень.
– Что?
– А я хочу мороженого! Ты будешь, м?
– Буду, – Аня прищурилась и посмотрела на киоск с мороженым. – Клубничное.
– А я шоколадное!
И парочка подошла к палатке. А потом, купив ещё и мыльные пузыри, весело гуляли по парку, резвясь, словно маленькие дети.
А в квартире Григорьевых развивалась нешуточная драма…
– Ну, ты скажи, что случилось, тогда и будем думать, что делать, – Татьяна открыла Настин холодильник. – Блин, а что, вчерашней нашей пиццы больше не осталось?
– Я беременна, – всхлипнула Настя.
– О-па… – Таня села на стул. – Как так?
– Я не знаю, как всё получилось, – Анастасия зарыдала ещё сильнее, и сбивчиво пустилась в объяснения. – Там он… а я… и вот… Тань, что мне делать?!
– Сначала успокойся! Молодец. А теперь давай, по порядку…
– Мы были тогда у меня. Он после балета меня ждал, замёрз. Вот…
– Насть, меня эти подробности не интересуют, давай без них обойдёмся? Ты у врача была? Всё точно?
Григорьева встала, вышла с кухни, и вскоре вернулась обратно, положив перед Таней листочек.
– Это что? – поинтересовалась подруга.
– Справка…
Таня взяла в руки документ и пробежала по нему глазами:
– Четыре недели? Месяц? Ну тогда ещё всё в порядке.
– Таня, в каком порядке? Что мне делать? – вновь заплакала Настя.
– Как что делать? Ну, вообще, по-хорошему, думать заранее. Таблеток сейчас не мало выпускают, да и през…
– Тань! Сейчас мне что делать? – перебила подругу Анастасия.
– Что делать? – Таня облокотилась на стол и подняла глаза на Настю. – Аборт. Подожди, а Дима в курсе?