Чтение онлайн

Она приняла вино, чтобы успокоить нервы. Первый в жизни полет вселял опасения.

В нескольких футах от них, Кад продолжал свою тираду.

— Почему он так зол?

Раф немного приподнял голову:

— Ты должна знать, что он никому не позволит тебя огорчать, хабибти.

По мере того, как он все чаще произносил это слово, с каждым разом оно становилось более интимным. Пайпер решила, что это было лишь ничего не значащее ласковое обращение, но он произносил его так, будто между ними была некая близость.

— Но они не виноваты.

Это было ложью, но братьям незачем было знать, насколько ее может ранить чужое пренебрежение.

— Нет, они тебя огорчили, а это недопустимо.

Должно быть, привилегия отдавать приказы и ожидать их немедленного выполнения была довольно приятной.

— Подумаешь, большое дело. Мне не нужно было жаловаться. Это глупо, я знаю. Ничье мнение, кроме моего собственного, не должно иметь значения, но меня ранит, когда кто-то с презрением смотрит на то, что я заработала с таким трудом. Я знаю, что этот диван ничего не стоит, но мы вынуждены были продать наше ранчо после смерти папы и по-прежнему оставались в таких долгах, что пришлось отдать и все остальное. Мне удалось сохранить нашу одежду и некоторые из вещей Минди, но оставшееся я отдала на аукцион. Вместо дома с тремя спальнями и сотни акров земли, мы оказались в однокомнатной квартирке, лишь с чемоданами наперевес.

— Ваши детские вещи были распроданы?

Он был шокирован, и более, чем просто сердит. Она успокоила себя, сделав большой глоток.

— Я не скучаю по большей их части. На самом деле, мне не хватает лишь одной вещицы. У меня был подписной экземпляр «Паутины Шарлотты», но это было первое издание, поэтому банк его выгодно продал.

Пайпер перечитывала эту книгу сотню раз. Но, даже оставив детство далеко позади, она не преминула бы вновь вернуться к этой истории о маленьком, низкорослом поросенке, не имеющим своего места, так похожей на ее собственную. Она никогда не была своей в родном маленьком городке и так и не обрела пристанища в большом мегаполисе. Девушка часто гадала, найдет ли она когда-нибудь свой истинный дом.

Теплая рука Рафа коснулась ее щеки:

— Мне жаль, что меня не было там, чтобы помочь тебе, хабибти.

Как ни странно, Пайпер тоже сожалела об этом. Она была так одинока, да и до сих пор чувствовала свое одиночество, хотя у нее и было несколько друзей. Но теперь в ее жизни появилось это приключение. Минди была в безопасности, а для нее это было дороже целого мира.

— Это было тяжелое время, но я пережила его.

— Ты была слишком молода, чтобы взвалить на себя ответственность за девочку-подростка.

Пайпер вздохнула, до сих пор ощущая на своих плечах тяжесть пережитого. Тогда она чувствовала себя в большей степени Прометеем, нежели Пандорой.

— Еще хуже было от того, что мой городок маленький и довольно консервативный. Как кружащие стервятники, все наблюдали за каждым моим шагом и так и ждали, когда я оступлюсь, чтобы забрать от меня мою сестру. Тогда я начала встречаться с Джонни Тайлером, сыном нашего мэра. Мистер Тайлер попросил меня помочь Джонни с экономикой. Затем он решил, что я стала бы достойным политическим активом, и Джонни сделал мне предложение.

Стиснув зубы, Раф откинулся назад:

— Иметь умную жену довольно неплохо. Многие мужчины увидели бы в тебе потенциальную выгоду для своей карьеры.

— Я не хотела быть потенциально выгодной. Я хотела быть любимой. И Джонни тоже. Только не мной, а стриптизершей по имени «Свет звезды». Склонна полагать, что это не ее настоящее имя.

Раф не нашел ее шутку забавной. Он лишь смотрел на нее своими темными глазами, настолько бездонными, что она подумала, что может в них утонуть.

Вау, он был дьявольски красив. Они с его братом были намного привлекательнее голливудских сердцеедов. Аль Муссад выглядели просто невероятно… она тоскливо вздохнула. Если бы только…

Он нежно обхватил ее за подбородок и приподнял ее лицо так, что ей некуда было деться:

— Он просто глупец, если позволил тебе уйти. Найдутся правильные мужчины, которые не будут настолько безголовы. Эти мужчины никуда тебя не отпустят. Они будут умны. Они завладеют тобой и привяжут к себе так тесно, что тебе уже никогда не захочется их покидать.

Она могла прождать такого мужчину вечно.

Стоп.

Он сказал мужчины - во множественном числе?

Пайпер не удалось спросить об этом, он шокировал ее, наклонившись вперед и коснувшись ее рта своими теплыми, нежными, уговаривающими губами один раз, затем другой.

У нее перехватило дыхание, по коже побежали мурашки.

Мир вокруг перевернулся, и ей понравилось, где она приземлилась.

— Мы взлетаем. Она должна пристегнуться.

Голос Када нарушил момент. Он стоял над ними, и его лицо было полно упрека, направленного, казалось, исключительно на Рафа.

Боже, он только что поймал ее, целующуюся с его братом. А она хотела больше - гораздо больше. В ту минуту, когда Рафик ее поцеловал, Пайпер почувствовала, словно внутри нее что-то вырвалось на свободу.

Вот так приключение. Рядом с ней действительно существовал целый мир, и она только что на цыпочках пробралась туда, словно маленькая испуганная мышка. Но она не была обязана оставаться такой девушкой навечно. Она больше не находилась в крошечном городке Техаса, и не оглядывалась на мнение других, чтобы сохранить целостность семьи. Ее сестра выросла и была счастлива.

Сейчас ее никто не мог осудить. Она была свободна.

Неужели Пайпер готова разменять свою свободу на трусость, вместо того, чтобы вкусить настоящую жизнь?

Кад присел рядом с ней, и его рука накрыла ее бедро. Девушка вздрогнула от его прикосновения, когда он пристегнул ремень безопасности и бережно его затянул.

Что с ней происходило: она целовала одного брата и уже в следующую минуту так реагировала на другого?

Кад нахмурился:

— Мой брат ужасно целуется. Я прошу прощения за его эгоистичное поведение по отношению к тебе.

— И как вы об этом узнали?

Она не могла не поддразнить его и не попытаться разрядить обстановку.

Кадир усмехнулся:

—Многие женщины говорили, что я намного лучше.

И затем братья переключились друг на друга, вступив в спор на выстреливающем, словно артиллерийский огонь, арабском наречии. Ей действительно было необходимо выучить этот язык, потому что, даже при том, что они спорили, слова обладали некой ритмичностью и неповторимой музыкальностью.

Самолет плавно начал движение.