Чтение онлайн

Талиб и не ждал этого от него. Помолвка с плененной невестой была глупым, смехотворным древним ритуалом.

— Наши брачные обычаи являются древними законами, до сих пор закрепленными на бумаге. Со временем, я надеюсь искоренить их или доработать. Но правительство моей страны работает медленно, и оно более озабочено обеспечением нашей безопасности и экономическим благосостоянием страны, нежели решением общественных проблем.

На лице Дэйна появился намек на улыбку:

— Я начинаю склоняться к мысли о том, что мне нравится ваше правительство.

— Как правило, мне тоже. Но сейчас я должен принять участие в этом устаревшем ритуале, иначе Халил унаследует трон. Он сделает все, что в его силах, чтобы захватить власть. Если это произойдет, он завладеет нефтяными скважинами и разорит нашу страну. Поэтому, как вы понимаете, мой план должен сработать.

Лэндон хлопнул его по спине:

— Тогда тебе следует быть чертовски обаятельным, Шейх. Достань свой волшебный ковер и дай ей на нем прокатиться… если ты понимаешь, о чем я.

Он вздохнул. Эти парни подняли ему настроение. С ними Талиб чувствовал себя обычным человеком, а не шейхом. Довольно часто ему было легче находиться рядом с ними, чем с собственными братьями, потому что они не знали, каким он был раньше.

— Я попытаюсь это сделать, но вы должны понять. Я выбрал ее за интеллект. Она очень умна и сообразительна. Сомневаюсь, что в этом браке будет какая-либо страсть.

Купер устремил взгляд через открытую дверь, и его глаза расширились от изумления:

— Кто это, мать вашу? Святые небеса. Это самое нежное воплощение женственности, какое я видел за последнее время. Может, эта умница Пайпер привезла с собой свою горяченькую сестру?

Тал проследил за его взглядом. Должно быть, лимузин прибыл в то время, когда он выбивал дерьмо из Халила. Шейх не мог не заметить женщину, о которой говорил Купер. Она была одета в сарафан, мягкий материал которого скользил по ее коленям под дуновением летнего бриза. Она надела желтые туфли. На шпильках. Он сходил с ума по шпилькам. Особенно он любил, когда они располагались по обеим сторонам его шеи, когда он трахал податливую, горячую киску.

У него перехватило дыхание. Все его тело напряглось… особенно член. Она была прекрасна. Такая мягкая. Ее каштановые волосы переливались оттенками огненных и русых прядей, которые отражали солнечный свет и создавали иллюзию гребаного нимба. Вот только нигде, ни в одном древнем библейском манускрипте, у ангелов не было такого декольте, как у нее. Платье было предназначено для того, чтобы подчеркнуть ее полные, спелые груди в V-образном вырезе, а прозрачный материал бирюзового оттенка выгодно подчеркивал ее кожу. На ней была пара солнечных очков, но, даже не видя ее глаз, он понял, что она осматривалась по сторонам. Ее великолепные, полные губы были слегка приоткрыты в благоговении, когда она вбирала в себя открывшиеся ей достопримечательности. Ротик у нее выглядел маленьким. Ему, скорее всего, придется потрудиться, чтобы ввести в него свой член, но на ее лице будет то же выражение, как сейчас.

Талу пришлось одернуть себя. Что он делал? Здесь его невеста, а он реагировал на какую-то проститутку, которую привезли его братья. Сквозь него прошла волна ярости. Должно быть, это выходка Када. Рафику бы не пришло в голову привезти с собой последнюю подружку, когда следовало оберегать их невесту. Ну конечно, его младший брат вышел из лимузина и тут же направился к брюнетке.

Его сердце ухнуло вниз. Бедная Пайпер. Неужели ей пришлось наблюдать за поведением Кадира на протяжении всего путешествия? Неужели таким образом его брат хотел показать ему, что он был недоволен выбором Тала?

— Я убью его.

Пайпер заслуживает лучшего, чем пренебрежение Када. Возможно, она не была самой красивой девушкой в мире, но она была милой и умной, и он с нетерпением ждал возможности заполучить ее в качестве своего компаньона. За последние несколько месяцев шейх сблизился с этой девушкой больше, чем с кем-либо за последние несколько лет. Он высоко ценил ее находчивость и мягкое сердце. Женщина Када была красива, но, вероятно, и на половину не так умна, как Пайпер Глен. И даже если эта самка заставила его член затвердеть, Пайпер станет его женой. Их женой. Он никогда не позволит своему младшему брату снова ранить ее подобным образом.

— Вау, ничего себе. Хм, босс, ты сказал нам, она несколько невзрачна. Дружище, у нас с тобой разные понятия этого слова.

Дэйн покачал головой, когда Рафик присоединился к Кадиру. Раф, его бесконечно разумный брат, единственный, на кого он рассчитывал, подошел вплотную к сладкой малышке Када, и заключил ее в свои объятия. Он поцеловал ее, его губы слились с ней на мгновение и затем, улыбнувшись, он разорвал поцелуй. Раф махнул рукой, пока что-то ей говорил.

Тал точно знал, о чем рассказывал его брат. Он указывал на архитектуру королевской резиденции. Каждому посетителю он проводил подобную лекцию о мраморных скульптурах и арках, и об основании дворца, построенном в пятнадцатом столетии. Но сейчас он говорил с интимной улыбкой на лице, обнимая брюнетку руками. Раф не опозорил бы их суженую невесту. Рафик верил в традиции своей страны. Он всегда был осмотрительным. Значит… эта великолепная, сочная штучка была его Пайпер?

Позади него фыркнул Дэйн.

— Срань Господня, Тал. Если это и есть твоя заумная малышка, она вовсе не так скучна.

Талиб шагнул вперед, его сердце бешено колотилось. Не может быть. Он видел ее фотографии. Она была простушкой. Она должна занять его разум, не сердце. Осторожен. Он был так чертовски осторожен.

— Раф? – окликнул он своего, куда более разумного брата. — Поездка прошла хорошо?

"Представь же меня моей простой, но умной невесте. Скажи мне, что она смущена и до сих пор находится в лимузине".

Рука Када сжалась вокруг талии брюнетки:

— Талиб! Рад тебя видеть.

Он остановился на расстоянии нескольких шагов от нее.

— И я тебя, брат.

Младший был таким необузданным. Он любил Кадира. Любил, но беспокоился за него. Тем не менее, он не мог не заметить, как рука брата скользнула к руке брюнетки, и ее пальцы переплелись с его.

— Талиб, для меня наивысшее удовольствие представить тебе… — " Не говори, что это Пайпер. Только не говори... " — … Пайпер Глен. Я так понимаю, что вы двое уже общались. Пайпер, хабибти, это наш брат, его Светлость и Королевское Высочество Шейх Безакистана, иначе известный, как Талиб аль Муссад.

Она высвободила руку и приподняла свои солнцезащитные очки. Ее голубые глаза расширились, и эта поистине великолепная грудь задрожала.

— Тал?

Твою. Мать. Блять. Нахер. Гребаный неудачник.

Он слышал ее голос лишь несколько раз, но тот отпечатался в его сознании. Этот мягкий, протяжный техасский голосок с намеком на ум и уязвимость.

Пайпер. Его Пайпер. Его чертова, блять, девственная невеста, которая должна была стать ему коллегой, и которая изредка волновала бы его член, и никогда - душу. Но теперь, все в нем перевернулось из-за ее красоты.

— Здравствуй, Пайпер. Да, я Шейх Талиб Аль Муссад. Или Тал, если тебе угодно.

Дело сделано. Ему пришлось представиться лично. Забавно. Он думал, это будет момент, преисполненный ликования, когда он раскроется ей и превзойдет все ее ожидания, а вместо этого он чувствовал себя почти смущенным. Но, конечно, он этого не показал. Его захватили ее голубые глаза.

— Талиб. Ну конечно. Какая же я дура, и, кажется, остаюсь такой на протяжении уже нескольких месяцев.

Она остановилась, ее плечи поникли: