Чтение онлайн

Он усадил девушку на кухонный стол, лаская её грудь и глубоко погружаясь языком в её рот. Соски Кинли ощущались в его руках, словно твердые маленькие камешки, а кожа была такой чертовски нежной, что мужчина застонал.

Кинли не оттолкнула его. Наоборот, она ухватилась за него, пропуская сквозь пальцы его влажные волосы, словно хотела его, несмотря ни на что. Словно у него всё еще был шанс. И в данный момент не стоял вопрос, хотел ли он этого шанса. Это не имело значения. Он просто хотел её.

Скользнув руками по округлостям её идеальной попки, Райли притянул Кинли ближе к своему члену. Его затрясло от восторга, когда девушка резко выдохнула ему в рот. Тело дрожало от возбуждения. Он не мог даже вспомнить, когда в последний раз так хотел женщину. Но Кинли затмила всех, кого он помнил. С Симоной было сексуальное желание, надежда на что-то постоянное — ничего больше. С Кинли он ощущал пульсирующую жажду, которую не мог игнорировать. Как не мог игнорировать острую боль в груди. Но Райли и не пытался этого сделать.

— Приготовься, милая. Я собираюсь разложить тебя на кухонном столе и трахнуть. А когда он сломается под нами, я продолжу трахать тебя на полу.

Кинли отстранилась. Ее губы распухли от поцелуев, грудь вздымалась.

— Я не могу.

Ему показалось, что пол ушел у него из-под ног. «Она не может? По крайней мере, не с ним. О чем, черт возьми, он думал?»

Райли вырвался из её объятий. Проклятый чайник начал свистеть. Кинли пришла сюда за сэндвичем, а не за тем, чтобы ещё раз трахнуться. Он абсолютно неправильно истолковал ситуацию и выставил себя полным идиотом.

Он заставил себя не смотреть в её сторону, а сконцентрироваться на поставленной задаче: как можно быстрее накормить девушку чем-нибудь, а потом уединиться в своей комнате и дрочить, задаваясь вопросом, сможет ли он когда-нибудь снова смотреть ей в глаза.

Налив в одну кружку чай, Райли отодвинул вторую, которую Кинли достала для него. «Ему не нужен гребаный чай. Ему нужна дерьмовая тонна виски».

Выровняв дыхание, он собрался с силами и повернулся.

— Твой чай…

Сняв футболку, в которую была одета, Кинли стояла перед ним на коленях. Её сливочная кожа полностью обнажена. В приглушенном свете кухни она практически светилась — жемчужина, сияющая в ночи. Медовые волосы рассыпаны по плечам. Глаза прикованы к нему.

— Я не хочу чай. Я хочу тебя, но для секса на столе у меня слишком всё болит. Твои братья действительно отлично потрудились над моей…

— Киской? — слово вырвалось непроизвольно. Потому что всё, о чем Райли мог думать, это Кинли: обнаженная, сияющая и предлагающая себя ему.

— Да, — девушка покраснела. — Мне потребуется день или около того, прежде чем я смогу дать тебе это. — Она взглянула на его ширинку и нервно облизала губы. — Я никогда раньше этого не делала, но хочу, чтобы ты был моим первым.

Райли чуть не выронил, к чертям, чашку из своих рук. Он должен унять дрожь и поставить ту на стол. «Она сказала именно то, на что он надеялся?» Ему не хотелось стать жертвой догадок и снова почувствовать себя в полной заднице. Сейчас надо быть деликатным и романтичным.

— Ты говоришь о минете?

«Охуенно деликатно, дебил».

Кинли сжала свои сочные губы.

— Я знаю, как люди называют это. У меня, может быть, нет большого опыта, но я знаю слова, Райли. Минет. Фелляция. Зумминг. Я хочу взять тебя в рот и попробовать на вкус.

Его член тут же стал твердым до боли.

— Кинли, тебе не обязательно этого делать …

Её глаза распахнулись.

— Ты не хочешь, чтобы я это сделала?

«Боже, он совсем не это имел в виду. На самом деле он не имел в виду ничего из того, что сказал за эту ночь».

— Да! Я хочу, чтобы ты это сделала. Я так сильно этого хочу, что просто умру, если ты передумаешь.

Девушка немного расслабилась, а потом неуверенно закусила губу.

— Я могу оказаться не очень хороша в этом.

— Я научу тебя.

Мысль о том, что Кинли никогда раньше не делала минет, вызывало покалывание в его позвоночнике. Возможно, его братья и взяли её первыми, но они не могли забрать всё. И первое из оставшегося, предназначалось ему.

— Ты справишься, Кинли. Ты хороша во всем.

— Я в этом не уверена.

Он всю ночь реально изучал информацию о девушке.

— Ты справишься. Когда ты хочешь что-то сделать, то это делаешь. Ты кормила и одевала бездомных. Ты заставила моих братьев улыбаться. Ты освободила меня от внутреннего ада. — Райли подошел ближе. — Я хочу, чтобы ты взяла мой член в рот.

Кинли быстро взглянула на мужчину, а затем её руки порхнули к поясу его джинсов, идеально наманикюренные пальцы расстегнули пуговицу на ширинке. Сначала девушка действовала неуклюже, но с такой милой сосредоточенностью. В ней не было ничего искусственного. Все её опасения и желание угодить, были написаны у неё на лице.

Так было и с её подчинением. Кинли предложила ему то, что всегда его возбуждало, и не только физически. Наблюдение за женщиной, берущей его в рот, выводило на поверхность все его доминантные инстинкты. С Кинли Райли не хотел ничего сильнее, чем сжать пальцы в её волосах и накормить твердой длиной своего члена, дюйм за дюймом, заявляя свое права на эту её часть.

Медленно — так медленно, что он готов был закричать — Кинли расстегнула пуговицу и начала опускать вниз молнию. Его член рвался из боксеров, словно пытался стать ближе к ней.

— Ты в нижнем белье, — сказала Кинли, слегка нахмурившись. — Мне не разрешили носить трусики. И ты не должен.

«Маленькая саба думает, что может устанавливать правила?»

— Ты пока этого не знаешь, но, если продолжишь говорить в том же тоне, в последующем будешь отшлепана.

«Как бы она перенесла настоящую порку?» Мысль об обнаженном теле, лежащем поперек его коленей, вызвала очередной спазм в паху. Господи, практически вся его кровь устремилась на юг, и он даже почувствовал головокружение.

Девушка сморщила носик и бросила на него дерзкий взгляд, стаскивая его боксеры вниз по бедрам.

— Это я могу пережить. Чуть раньше Лоу уже наградил меня парой ударов, потому что я забыла сказать Доминику — «Сэр».

Доминик настаивал на соблюдении протокола, но Райли был не такой.

— Мне нравится слышать мое имя, Кинли. И я не просто награжу тебя парой ударов, которые заставят покраснеть твою задницу. Знаю, это удивит тебя, но в этом деле Лоу довольно нежен.

— Меня это не удивляет. Он такой милый.