Их позвал горизонт
Шрифт:
Из рапорта лейтенанта Кинга: "Он был уже у самой воды, когда один вождь ударил его в шею и плечо острой железной палкой; капитан упал лицом в воду. Индейцы кинулись к нему с громким криком, сотни их окружили тело, добивая упавшего кинжалами и дубинками…"
Это произошло 14 февраля 1779 года в бухте Кеалакекуа Гавайских островов… Только 22 февраля останки Кука — скальп, голова без нижней челюсти, бедренная кость, кости предплечья, кисти рук — были погребены в море…
Англичане жаждали мщения. Но капитан Чарлз Кларк, возглавивший экспедицию после гибели Кука, проявил мудрость. Он запретил кровопролитие, понимая, что убийство не было преднамеренным.
"Имеются веские основания, позволяющие предположить, — писал Кларк, что туземцы не зашли бы так далеко, если бы… капитан Кук не выстрелил по ним…"
Последние дни своей жизни он был божеством для туземцев. Многие годы — божеством для моряков, которые участвовали в его экспедициях.
Теперь кораблям суждено было возвращаться в Англию без своего капитана.
Чарлз Кларк также не смог довести экспедицию до конца. Он умер от туберкулеза во время повторного плавания на поиски Северо-Западного прохода и похоронен на Камчатке, в Петропавловске. Ему было всего 27 лет, но моряком он стал в двенадцать, и последняя экспедиция была для него четвертым (!) кругосветным плаванием. Три из них он сделал под командой Джеймса Кука.
Только из числа участников последней экспедиции двенадцать стали капитанами, один — адмиралом. Имена многих из них широко известны. Капитан Джеймс Кинг после смерти Кларка привел в Англию "Резолюшн", капитан Джеймс Барни — "Дискавери". Капитан Джордж Ванкувер прославился впоследствии исследованиями берегов Северо-Западной Америки. Капитан Джозеф Биллингс, поступив на службу в России, возглавлял экспедицию в Северный Ледовитый океан, картировал Чукотку…
Рассказывают, что даже через полсотни лет стоило какому-нибудь бывшему юнге сказать: "Я плавал с капитаном Куком", — как перед ним снимали шляпы. Великий английский мореплаватель заслужил свою славу, как заслужили ее и те, кто стоял рядом с ним на палубах кораблей. Они прошли суровую школу — нам трудно вообразить ее суровость.
Безусловно, Кук был выдающимся мореплавателем, навигатором и картографом. Но не только это определило успех его экспедиций. И не только это позволило ему воспитать плеяду блестящих капитанов.
Во втором, главном, плавании его корабли назывались "Резолюшн" и "Адвенчер". В русских изданиях дневников Кука эти названия обычно переводят как "Решение" и "Предприятие" — не совсем точный перевод. Слово "resolution" имеет и второе значение — "решимость". И слово "adventure" означает не просто "предприятие", а обязательно "рискованное предприятие", "риск".
"Решимость" и "Риск" — вот что было написано на бортах кораблей Кука. Вот что было девизом его жизни.
Один из участников его последней экспедиции писал: "Природа одарила его живым и обширным умом, способности которого он трудолюбиво и упорно развивал в зрелые годы. Его познания были необъятны и разнообразны, и в своей профессии он не знал себе равных. Обладая способностью трезво судить, большим мужеством и упорством, будучи особенно склонным к действию, он преследовал стоявшую перед ним цель с непреклонностью и всегда оставался в высшей степени деятельным и собранным, спокойным и невозмутимым среди опасностей; терпеливым и твердым в трудностях и неудачах; щедрым, когда того требовали обстоятельства; великим и оригинальным во всех своих начинаниях; энергичным и упорным при проведении их в жизнь. В любой самой трудной ситуации он был выше всех, не имея соперников и конкурентов, к нему были обращены все взоры, он был нашей путеводной звездой".
Капитан Джеймс Кинг отметил: "Знание, опыт, проницательность помогли ему так всесторонне овладеть своей профессией, что величайшие препятствия преодолевались и самые трудные плавания становились легкими и почти безопасными под его руководством…"
На мемориале, который сооружен в Англии в память о капитане Джеймсе Куке, выбиты слова:
"Он обладал в выдающейся степени всеми качествами, требуемыми для великих начинаний".
Глава 6
В поисках Южного континента
Море всегда было разным — свинцово-серым или бирюзовым, голубым, пепельно-седым, ультрамариновым. Покойно-ласковое или вздыбленное громадами волн… Море всегда было рядом — за окошком отчего дома, за окном кабинета, за стеклом иллюминатора. Море обвевало прохладой, дышало ледяным холодом, бросало брызги в лицо. Море!
Он родился среди моря — на острове Сааремаа. Он совершил выдающееся кругосветное плавание, а если считать мили — обошел вокруг света десяток раз, не меньше. До конца своих дней он, полный адмирал, командуя Балтийским флотом, ежегодно уходил в море.
"Я родился среди моря. Как рыба не может жить без воды, так и я не могу жить без моря", — любил говорить Беллинсгаузен.
Начальником русской кругосветной экспедиции в высокие широты Южного океана он был назначен в самый последний момент. Вначале была утверждена кандидатура капитан-командора М. И. Ратманова, но тот, сославшись на нездоровье, отказался. И только тогда в Петербург был вызван Фаддей Фаддеевич Беллинсгаузен, который служил в то время на Черном море.
23 мая он прибыл в столицу, а уже через шесть недель, 3 (15) июля 1819 года, шлюпы "Восток" и "Мирный" вышли из Кронштадта.
В инструкции морского министра была четко сформулирована главная цель экспедиции — "открытия в возможной близости Антарктического полюса". Начальнику экспедиции предписывалось: "Ежели под первыми меридианами, под коими он пустится к югу, усилия его останутся бесплодными, то он должен возобновить свои покушения под другими… повторяя сии покушения ежечасно как для открытия земель, так и для приближения к Южному полюсу".
Здесь необходимо сделать небольшое отступление. Действительно, Беллинсгаузен был назначен начальником экспедиции "почти случайно". Он не участвовал в разработке плана экспедиции, а к подготовке плавания подключился только в самый последний момент. Да и по поводу самого замысла экспедиции Фаддей Фаддеевич в беседе с государем императором откровенно высказал свои сомнения: "В настоящее время все моря исследованы, и невозможно уже сделать особенно важных открытий". На что Александр, усмехнувшись, ответил одним только словом: "Посмотрим".
Вспомните, Колумб, Магеллан, Беринг многие годы вынашивали планы своих экспедиций. Преодолевая препятствия, добивались их осуществления.
На первый взгляд сравнение с великими мореплавателями прошлого оказывается не в пользу Беллинсгаузена. Ведь он только исполнитель. И послужной его список тоже выглядит достаточно заурядно — обычная биография русского морского офицера.
В десятилетнем возрасте поступил в Морской кадетский корпус, в неполных девятнадцать, в 1797 году, становится мичманом, в 1804 лейтенантом, в 1806 году — капитан-лейтенантом, в 1816 — капитаном 2-го ранга. Командовал фрегатами "Тихвинская богородица", "Минерва", "Флора", служил на Балтийском, Черном морях.
И все же назначение Беллинсгаузена начальником экспедиции нельзя назвать случайным. Безупречное хладнокровие в любых, самых опасных ситуациях, умение рисковать, тщательно выверив обоснованность риска, — вот отличительные черты его характера.
В 1803 году Беллинсгаузен был включен в состав первой русской кругосветной экспедиции, и здесь зарекомендовал себя как прекрасный гидрограф. Начальник экспедиции И. Ф. Крузенштерн писал в отчете: "Все почти карты рисованы сим… искусным офицером, он же составил и генеральную карту". Позднее Фаддей Фаддеевич провел обширные гидрографические работы на Черном море. И с полным основанием Крузенштерн горячо рекомендовал его на должность начальника высокоширотной кругосветной экспедиции: "Наш флот, конечно, богат предприимчивыми и искусными офицерами, однако из всех тех, коих я знаю, не может никто, кроме Головнина, сравняться с Беллинсгаузеном".