Чтение онлайн

После нашего разгрома на Тамарисе прошла почти половина малого цикла, но мне не хотелось ни видеть кого-либо, ни что-либо делать. Произошедшее сильно ударило по мне: долгая череда удач, богатые трофеи, карты, найденные мной и полученные из Активаторов, власть, сила – все это изрядно вскружило голову, заставив забыть, что успех и поражение идут всегда рядом. Не знаю, на что я надеялся. Сейчас, оценивая сделанное, понимаю, что цеплялся за туман надежды, уподобившись глупцу, заночевавшему в доме на болоте: прочные стены, крепкий потолок, но настало утро, подул ветер, и солнце разогнало туман теней. Я, словно заблудший путник, доверившийся мареву иллюзий, оказался в холодной стылой воде топи.

Кот, давно устроившийся на моих коленях, проснулся, замурчал и, встав, потянулся, потерся головой о ладонь, требуя внимания и ласки, отвлекая от тяжелых мыслей. От бездумного почесывания мехового бока меня отвлек мелодичный звон сигнального артефакта у входа, известивший о появлении кого-то в этом скрытом уголке. Через секунду я увидел Меджа, неспешно идущего тяжелой походкой. Устало присев, он, молча подхватил со столика тяжелый кувшин с вином и надолго припал к нему. Наконец, отставив изрядно полегчавшую посуду в сторону, глухо заговорил:

— Завершили подсчет добычи после рейда и определили размер долей каждого из участников.

Я, не особо вникая, продолжал гладить Кота, довольно мурчащего на коленях.

— Твое участие оценили весьма высоко, — друг положил передо мной небольшой желтоватый листок, густо исписанный интендантом Змей. – Ты получил офицерскую долю, выплаты начнутся через три дня, в первую очередь наемникам, потом уже бойцам Дома.

— Наемникам… – я скептически ухмыльнулся.

На это Медж лишь махнул лапой:

– Надеюсь, ты не испытывал иллюзий, что нас и вправду признают полноправными членами Дома? Мы для них чужаки, так было, есть и будет. Но платят хорошо, свои обещания держат и на убой просто так не кинут. А чего еще хотеть тем, кто торгует мечом?

Я несогласно покачал головой и тяжело вздохнул:

– Как же хочется, чтобы это был последний контракт в качестве наемника! Я больше не желаю быть пешкой на чужом игровом поле. Слишком легко и часто ими жертвуют те, кто двигают фигуры на доске.

Медж лишь пожал плечами и снова подхватил со стола кувшин с вином. На этот раз он пил долго, смакуя каждый глоток.

— Ты слишком слаб, чтобы самому стать кукловодом. Единственный шанс стать самостоятельной фигурой – копить силы и карты, а потом попытаться создать свой клан. Но, опять же, без поддержки крупного Дома все, что тебе светит – это никому не нужные Осколки, да и там придется драться за добычу и за более-менее достойные места, где можно выжать хоть немного дайнов или эмбиента.

На это мне особо возразить было нечего, а потому повода оттягивать неизбежное не осталось. Я, не сумев сдержать дрожь в голосе, уточнил у Меджа:

— Ну что, удалось найти?

— Да, – друг, довольно улыбнувшись, выложил на стол прозрачный куб с застывшей в нем крохотной девочкой с широко раскрытыми глазами, полными страха.

Найла, дочь Караха, я дал себе обещание присмотреть за тобой. Ну, хоть ты уцелела в этом кровавом кошмаре! Я всматривался в куб, а Медж, довольно ухмыльнувшись, продолжил говорить:

— Хорошо, что ты на нее тогда Метку охотника поставил - без твердой уверенности меня бы еще на середине поисков развернули, и так мы с Руаном полсклада облазили, в котором они добычу сортировали. Еще повезло, что я на него во время рейда наткнулся и узнал, чем он теперь занимается: сейчас на рабов большой спрос и наемникам Змеи кубы в качестве платы не отдают, но Руан, как ловчий, имеет приоритет на покупку в счет своей доли, – старый кот поморщился, а потом саркастично продолжил: – Ну, а так как мы с ним старые приятели, вместе в Клинках начинали, то согласился помочь, по-приятельски, за почти приемлемую цену. Ну, ты должен его помнить, тот еще проныра, он тогда в звезде Амлаха был призывателем. А потом, как оказалось, подался к Работорговцам, говорит, что всем доволен: риска меньше, доход больше, пару серебряных карт прикупил себе перед Турниром. Кстати, приглашал к себе, говорит, сможет помочь устроиться в хорошую команду к опытным ловцам…

На это я брезгливо сморщился. Тем, кто жил с меча, покупая и продавая чужие жизни и смерти, подобное решение было все равно, что пойти евнухом в чужой гарем. Тепло, сытно, и даже дорогой халат, но… Это точно не то, чем я соглашусь заниматься! Медж, явно поняв мои мысли, утвердительно кивнул сам себе.

– Я бы тоже не смог, лучше снова по Осколкам бродить, чем вот так. Это не путь воина, не Путь меча. Что с ней думаешь делать? – закрыл он тему и махнул лапой в сторону стола.

– Не знаю еще. Пускай пока побудет в кубе.

В принципе, в памяти у меня всплыло название места, где рады будут чужому ребенку, но что-то внутри – слабые отблески эмоций и воспоминаний, стертых зельем забвенья – противилось подобному решению. Удивленный, я попытался ухватиться за них, но голос Тайвари, возникший в голове, сразу остудил мой пыл:

«Не надо, Рэн, это слишком опасно!»

А Медж, явно пытаясь меня развлечь, продолжал безмятежно рассказывать, делясь добытыми сведениями:

– После того, как Гильдию обнесли, сейчас в ней устанавливают новую систему охраны, сразу пять уровней защиты, и ее будет контролировать какая-то полуразумная штука, Руан мне говорил, но я так и не понял, что это.

– А уже известно, кто их обворовал? – заинтересовано спросил я.

Новость об ограблении Работорговцев в свое время меня потрясла: мне даже сложно было представить, каким психом нужно быть, чтобы сделать подобное! Если, конечно, похититель уже не завершил Игру. Но даже побег из Двойной Спирали не даст тебе защиты от мести. Синдикат убийц и гильдии наемников разыщут тебя даже в самых отдаленных уголках вселенной.

Странная щекотка, возникшая внутри черепа, была похожа на придушенный смешок. Я неуютно передернул плечами.

– Руан не говорил, скорее всего, и сам не знает. Но это кто-то из владык, тут и к Оракулу не ходи, – заметил Медж. – В Доме Чаш и забегаловках торговых кварталов все утверждают, что это Вигри. Раньше думали на Владыку нашего Дома, но судя по последнему рейду, к Шепчущему у них претензий нет.

– Вигри уже давно не видели в Двойной Спирали, – возразил я, хотя другого претендента на роль возможного похитителя мне тоже на ум не приходило.

Это только кажется, что в Игре Хаоса легко затеряться, но все, имеющие власть и силу, всегда на виду. Их поступки и слова, мотивы, логика решений, как правило, понятны, и только повелитель Феникса выпадал из этого круга вещей и событий, оставаясь полумифической фигурой, в существование которой уже многие даже не верят. И такой разумный, действуя из непонятных мне мотивов, вполне мог бросить вызов целому Дому.