Чтение онлайн

– Вы не поняли, – сказала Алиса. – Мы хотим взять кредит на ОС и подсадку в общее тело. Со сроком выплаты сорок лет, по программе «Молодая семья». Мы только что поженились.

Она показала наше свидетельство.

– Поздравляю, – лягушка улыбнулась еще шире, – но ничем помочь не могу.

– Как не можете? На вашем сайте написано, что есть такая программа. «Молодая семья: два в одном». Там говорится, что это бюджетный вариант в условиях дефицита тел.

– Сожалею, но данной услуги не существует. Была такая экспериментальная разработка, но опыты на добровольцах в основном закончились неудачей. Два в одном уживаются плохо. Много сбоев. Случаи шизофрении, насилия над собственным телом и даже самоубийства.

– Но на сайте…

Лягушка изогнула кончики губ вниз, и вместо улыбки на лице возникло брезгливое выражение:

– Какие-то шутники взламывают наш сайт и размещают эту рекламу. Я приношу свои глубочайшие извинения. Мы работаем над этой проблемой, – она поднялась. – Спасибо за ваш интерес к компании «Хьюман-Плюс». Сожалею, что в данный момент у нас нет подходящих предложений для вас.

– Подождите, – Алиса заглянула лягушке в глаза. – Нам бы все-таки очень хотелось оцифроваться сейчас. Если брать кредит по двум отдельным телам – тогда какие условия?

– К сожалению, в данный момент кредиты на имплантацию не выдаются. Оцифровки и подселения – только для клиентов, которые выплачивают сразу полную сумму. Ну и для очередников, конечно же…

– Мы тоже хотим встать в эту очередь.

– Замечательно! – ее рот снова чудовищно растянулся в улыбке. – Я вас запишу. Ваша очередь подойдет… так, минуточку… через триста пятьдесят восемь лет.

Лягушка замерла над клавиатурой с этакой угодливой миной.

– Но мы столько не проживем, – тупо констатировал я.

– Молодой человек, – угодливость с ее лица не исчезла, но сделалась какой-то несвежей, будто прогоркла. – У меня огромная очередь на тела. Посмотрите сюда, – она ткнула в какие-то бесконечные списки на мониторе. – Большинство очередников телесно уже не живут, у нас гигантская база-архив с их ОС, которые нуждаются в постоянном обслуживании.

– Ну так добавьте в эту базу заодно и наши ОС, – безнадежно огрызнулась Алиса. – От вас не убудет.

– Наша компания временно заморозила услугу ОС отдельно, с неоплаченным подселением. Вы сами видите. Спрос значительно выше, чем предложение.

– И сколько стоит у вас ОС и имплантация в тело – если сразу все оплатить?

Лягушка взглянула на меня почти что с сочувствием и назвала десятизначную сумму. Такую сумму я бы не заработал даже за триста пятьдесят восемь лет.

– А это правда, что некоторые покупают себе сразу по нескольку тел? – спросила Алиса.

– Если клиент может себе позволить это финансово. Физических противопоказаний тут нет.

– Несправедливо, – надулась Алиса и стала похожа на одиннадцатилетнюю девочку. – У одних по нескольку тел, а у кого-то – ни одного.

Мне захотелось взять ее за руку и увести из этого места.

– В данный момент у вас есть ваше тело. Чудесное и молодое, – в лягушачьем голосе послышались бабская зависть и одновременно злорадство.

Она окинула Алису придирчивым взглядом – как будто та была платьем, и она обдумывала, примерить его сейчас или позже, – и повторила:

– Чудесное тело. Надеюсь, оно вам долго прослужит.

– Несправедливо, – повторила Алиса.

Лягушка потеряла терпение:

– Знаете, девушка. Какой-то странный у нас разговор получается. А если у богатого есть десять домов, а бедный – бездомный, тогда богатый ему что, должен дом, что ли, подарить?

Алиса молчала, но по ее лицу было видно, что такой вариант ей кажется оптимальным.

– Конечно, не должен, – торопливо ответила тетка сама себе. – Это уже коммунизм какой-то получится. А у нас тут, к счастью, трансгуманизм.

– Трансгуманизм обещает победу над смертью, – бесцветно сказала Алиса.

– Хотите птичек? – внезапно спросила тетка. – Наша новая разработка.

– Вы издеваетесь? Каких еще птичек? – ошалел я.

– Фламинго, лебеди, утки, аисты, – ее рот раздвинулся в длинную умиленную щель. – Голубки…

Слово «голубки» прозвучало у нее как-то скабрезно – будто эти птицы были самыми похотливыми существами на свете.

– …Вы можете поучаствовать в нашей экспериментальной программе по подселению человеческого ОС в тело птицы. В вашем случае – в два разных тела, разумеется. Все перечисленные птицы вам подойдут как супругам. Они моногамны – создают постоянные пары на несколько лет, а некоторые и на всю жизнь. Например, голуби. Птичьи тела сохраняют репродуктивную функцию после подсадки. То есть, вы понимаете… – она вылупила на нас свои полные скуки, тусклые глазки, какие бывают у долгожителей, подселенных уже раз пять, – это возможность потомства. Вот вы, например, – лягушка уперлась своим мутным взглядом Алисе в живот, – способны зачать ребенка?

– Бесплодна, – спокойно сказала Алиса, а меня прямо зло взяло. Зачем рассказывать такие интимные вещи чужому равнодушному человеку?

– Причина? – поинтересовалась лягушка, вообразив себя, видимо, врачом-гинекологом.

– Без всяких причин, – сказала Алиса. – Патологий не выявлено. Как и у многих других. С тех пор как запустили ОС, женщины рожают все реже. Вы прекрасно об этом знаете.

– Я тоже бесплодна, – исповедалась зачем-то лягушка. – Но оцифровка здесь ни при чем. Все дело в экологии, так я считаю… Я очень рекомендую вам голубей. Они и дешевле, и популярнее, и лучше всего подходят для наших широт. Цена пакета ОС плюс имплантация в тело – порядка девятисот семидесяти тысяч.

– Тысяч чего?

– Ну не рублей же, молодой человек, – лягушка оскалилась. – Это можно в рассрочку. На сорок пять лет.

– А сколько стоят фламинго? – спросила Алиса.

– Миллион двести за тело.

– А если голуби – то можно они будут белыми? Я сизых не очень люблю.

– Конечно, девушка. За тело белого голубя – всего на семь тысяч больше.

– Два белых голубя, – Алиса повернулась ко мне. – Или два фламинго.

Ее зрачки были огромными, как когда мы занимались любовью.

– Если сорок пять лет делать взносы плюс отдать наши сбережения, нам, наверное, хватит, – сказала она.

– Я обязана предупредить вас о минусах, – улыбнулась лягушка. – Минус, по сути, один. Относительно небольшая продолжительность жизни птицы с имплантированным ОС человека. Около пяти лет. После этого срока тело птицы и сознание человека погибнут. Так что взвесьте все «за» и «против».

Мы сказали, что нам нужно подумать, но это было вранье. Может быть, лягушка нам и поверила, но друг друга мы бы обмануть не смогли. Мы шли по лугу и делали вид, что еще ничего не решили, но я знал, что это не так, и она тоже знала. Образ розовых птиц, парящих за облаками, белых птиц, кружащих над мокрыми тугими колосьями, слишком нас захватил. Мы с Алисой были безнадежно отравлены предвкушением полета над этим лугом.