Чтение онлайн

На рис. 492–499 – восемь печатей из очень слабо обожженной глины. Печать с рис. 492 снабжена ручкой с отверстием для подвешивания на шнурке. Очень любопытны нанесенные на ней знаки, которые напоминают буквы какой-то письменности. Профессор Сэйс заметил мне: «Все знаки представляют один и тот же символ, который по форме идентичен со знаком, который мы видим как в хеттских, так и в кипрских надписях; в последних он читался как ne; именно таково могло быть происхождение троянской свастики». На печати с рис. 493 мы видим два креста, из которых один прочерчен, другой выдавлен точками. На рис. 494 прочерчены зигзагообразные линии и несколько прямых линий; образец на рис. 495 опять-таки украшен прочерченными крестами. На рис. 496 мы видим 

 с ветвями, закрученными в две спирали; на рис. 497 нет ничего, кроме точек; и на рис. 498 прочерченный крест и точки. Мой друг г-н Панагиотес Эвстратидес, генеральный директор древностей в Греции, заметил мне, что образец с рис. 493 мог быть не печатью, а пуговицей или ручкой от крышки вазы. Может быть, оно и так, но все остальные определенно печати.

Рис. 492. Печать из терракоты. (Половина натуральной величины. Найдена на глубине 26 футов)

Рис. 493–498. Шесть печатей из терракоты. (7:8 натуральной величины. Найдены на глубине от 26 до 35 футов)

Самая любопытная из всех – это терракотовая печать с рис. 499, в которой есть отверстие для подвешивания. На обеих сторонах ручки прочерчен орнамент в виде елочки, и на третьей стороне, справа от среза, прочерчена надпись, в которой, как говорит профессор Сэйс, «легко можно узнать знаки, которые встречаются также в кипрской слоговой азбуке. Кипрский знак, означающий e, здесь в более древней форме, чем любые знаки, которые можно найти на самом Кипре, выгравирован на штампе печати». Обе надписи, как на ручке, так и на печати, проанализированы профессором Сэйсом в приложении о троянских надписях [26] . Самую поразительную аналогию к троянским печатям дают терракотовые печати, обнаруженные в Пилине в Венгрии [27] ; на них мы видим кружки, звезды, кресты, ромбы и другие геометрические фигуры.

Рис. 499. Терракотовая печать с надписью. (Примерно 1:3 натуральной величины. Найдена на глубине 23 фута)

Рис. 500 и 501 воспроизводят две стороны терракотового цилиндра с отверстием; он украшен прочерченным орнаментом, изображающим дерево, и геометрическим орнаментом. На рис. 502 и 503 все стороны цилиндра из синего полевого шпата; на каждой стороне вырезан двойной цветок, увенчанный с одной стороны полуромбом или наконечником стрелы и с другой – знаками (возможно, это имя владельца) внутри картуша [28] . Он был найден в царском доме. На рис. 504 и 505 я воспроизвожу две двойные прялки в виде волчков; они сделаны из очень высококачественной темно-желтой глины и хорошо отполированы. Волчок с рис. 504 сверху и снизу декорирован прочерченным орнаментом, с рис. 505 – только сверху; возможно, орнамент изображает цветы. Похожие двойные пряслица встречаются нечасто. Я собрал их всего двадцать пять.

Рис. 500, 501. Терракотовый цилиндр с прочерченным орнаментом из слоя сожженного города. (Половина натуральной величины)

Рис. 502, 503. Резной цилиндр из синего полевого шпата. Из дворца. (Натуральная величина. Найден на глубине 30 футов)

Рис. 504, 505. Двойные пряслица блестящего желтого цвета из слоя сожженного города. (Половина натуральной величины)

Рис. 506—511А, В воспроизводят орнамент семи терракотовых пряслиц. Пряслице с рис. 511 было найдено в царском доме; весьма любопытны изображенные на нем маленькие фигурки, напоминающие лица. Различные формы пряслиц, которые встречаются в третьем, сожженном городе, можно увидеть на литографированных иллюстрациях в конце этой книги на рис. 1806–1808, 1810, 1812 и 1815. Пряслица всех этих форм встречаются действительно в огромнейшем количестве, за исключением образца с рис. 1806: он редок и встречается только неорнаментированным; почти половина всех обнаруженных мной пряслиц имеют прочерченный орнамент, основные примеры которого я даю на иллюстрациях. Глубина, на которой было найдено каждое пряслице, помечена в метрах; таким образом, все те, что помечены от 7 до 10 метров (то есть от 23 до 33 футов) включительно, можно считать собранными в третьем, или сожженном, городе. Среди самых частых узоров – узоры с рис. 1817 и 1818, где изображен крест с большой точкой на каждом конце, и узор с рис. 1820, где также фигурирует крест. Узор с рис. 1822 встречается довольно редко, как и с рис. 1825; с рис. 1824 встречается часто. Найден только один образец (рис. 1826), который воспроизводит две свастики и другие непонятные знаки. Однако я должен обратить внимание на сходство верхней фигуры с той, что мы видим ниже, на рис. 1883, где безусловно имелся в виду человек с поднятыми руками. Узоры с рис. 1827 на пряслицах очень часты; те, что на рис. 1830–1832, 1834 и 1836, встретились лишь однажды. Очень частый узор – тот, что на рис. 1833; его идея, возможно, воспроизводит движущееся колесо. Узоры как на рис. 1840, 1841 и 1848 повторяются часто, особенно последний; в третьем городе, а также в двух последующих он встретился несколько сотен раз. Образцы с рис. 1842 и 1843 встречаются лишь однажды; образцы с рис. 1844 – иногда; с рис. 1846 – лишь однажды. Образец с рис. 1853 также встретился лишь однажды; в то время как узоры с 

 – (рис. 1851, 1855 и 1859) очень распространены. Узор как на рис. 1856 был найден множество раз, однако с рис. 1857 и 1860 – только однажды; на последнем, возможно, изображены какие-то знаки письменности. В узоре с рис. 1862 мы опять видим знак , повторяющийся пять раз; здесь изогнуты только его ветви, и центр этого любопытного креста занят кругом с точкой. Этот узор нередок. Мы снова видим  с его ветвями на спиралях на рис. 1868; этот узор также встречается часто. Знаки с рис. 1869, видимо, знаки письменности, как и с рис. 1870, встречаются лишь однажды. Узор с рис. 1872, в котором мы видим  наряду с горящими алтарями, повторяется множество раз; те, что на рис. 1873–1876 и 1878, – лишь однажды; на всех мы видим  и  наряду с другими знаками. Частый узор – на рис. 1877, где мы видим четырех животных; возможно, имелись в виду зайцы.

Рис. 506—511А, В. Семь пряслиц из терракоты с прочерченным орнаментом. (Натуральная величина. Найдены на глубине 26 футов)

На рис. 1881 мы видим очень грубое геометрическое изображение трех животных с рогами; возможно, имелись в виду олени. Три оленя, несомненно, также должны быть изображены на любопытном узоре с рис. 1883, хотя у двух из них только три ноги. Похожие очень грубые геометрические изображения оленей или других животных вырезаны на нескольких лицевых урнах, найденных в провинции Поммерель близ Данцига; в основном они хранятся в музее Данцига, другие – в Королевском музее в Берлине.

Полностью аналогичен геометрическим изображениям оленей геометрический рисунок человека с поднятыми руками, который мы видим на том же пряслице с рис. 1883. Похожие геометрические изображения оленей, но с четырьмя ногами видны также и на рис. 1884; пряслица, украшенные этими животными, встречаются часто. Самый грубый рисунок животных, который только можно себе вообразить, виден на рис. 1885; у одного только три ноги, у другого – только один рог. Опять-таки на рис. 1886 мы видим троих четвероногих, нарисованных несколько лучше: у одного из них птичья голова, вполне сносная; рога, судя по всему, только у одного.

Узоры на пряслицах (рис. 1887, 1888, 1890 и 1891) встречаются часто. Узор на рис. 1892 уникален; узоры с рис. 1893 и 1896 очень распространены. На рис. 1894 первобытный резчик, несомненно, пытался изобразить четыре свастики, однако одна из них у него не получилась. Любопытный узор – с рис. 1897, с его треугольниками и пятнадцатью зигзагообразными линиями; далее, интересны узоры с орнаментами типа растительных (рис. 1898–1901, 1903 и 1904). Похожий штампованный узор, как мы видим, вырезан на плитах местного нижнесилурийского песчаника внутри гробницы Оллама Фодлы [29] , знаменитого монарха и законодателя Ирландии, где мы также находим орнамент, представленный на верхнем и нижнем поле рис. 1907 и на верхнем поле рис. 1908. Пряслица редко бывают орнаментированы более чем с одной стороны; однако образец на рис. 1902 украшен с обеих сторон – на одной прочерченным цветочным орнаментом, на другой – насечками в форме полумесяцев. На верхнем поле рис. 1909 показан пламенеющий алтарь; мы опять-таки видим четыре таких горящих алтаря на рис. 1914, еще шесть – на рис. 1913, пять – на рис. 1915, три – на рис. 1916. На рис. 1912 мы опять видим (повторенным пять раз) тот любопытный знак письменности, который покойный ориенталист Мартин Хауг из Мюнхена прочел как si. Рис. 1919 сплошь орнаментирован зигзагообразными линиями; здесь также есть одно 

 и одно . Нет никаких примеров точного повторения где-либо узоров на каком-либо из следующих предметов: рис. 1918–1922. На рис. 1921 мы опять видим зигзагообразные линии, как и на рис. 1923; этот узор, а также узор с рис. 1925 встречается множество раз, как и узор с рис. 1924, где мы опять видим горящий алтарь. Образец на рис. 1926 украшен зигзагообразными линиями и крестами. Узоры с рис. 1927 и 1932 попадаются очень часто; с рис. 1930 – много раз, как и с рис. 1933. Образцы на рис. 1934–1936 и 1938 встречаются только однажды. На последнем пряслице мы опять видим, по доктору Хаугу, букву si. Я обращаю особое внимание читателя на прекрасный орнамент с рис. 1940, который встречается много раз, а также с рис. 1945, который встречается только раз. Образцы на рис. 1941, 1943 и 1944 встречаются часто; узор с рис. 1942 больше не встретился. Очень любопытен узор с рис. 1946, где мы видим горящий алтарь, , солнце, четыре точки и черточки. Этот узор, а также узор с рис. 1948 и 1947 (в последнем мы также видим две  и одну ) встречается лишь однажды. Знаки с рис. 1949, где мы опять видим зигзагообразную линию, возможно символ молнии, и  встречаются множество раз; орнаменты с рис. 1950 также попадаются часто. Есть только по одному примеру узоров с рис. 1956 и 1959, которые имеют форму диска, и с рис. 1957. Орнамент с рис. 1958 встречается часто, как и с рис. 1964, где мы видим три цветка, но только на одной стороне. Образцы на рис. 1961–1963 встречаются лишь однажды. Орнамент с рис. 1966, 1968, 1969 и 1971 встречается только однажды; орнамент с рис. 1968 весьма замечателен, поскольку на нем весьма схематично изображены пять птиц со очень длинными шеями и клювами. Едва ли приходится сомневаться в том, что здесь первобытный художник пытался изобразить аистов, которые в троянскую эпоху должны были точно так же изобиловать в Троаде, как и теперь.

Но еще более интересна фигура, которую мы видим на рис. 1971; если сравнить ее с той, что изображена сверху на рис. 1826, и с фигурой на нижней части рис. 1883 – а последняя не может быть ничем иным, кроме схематично изображенного человека, – то мы можем быть вполне уверены, что и здесь должен быть изображен мужчина с поднятыми руками, его ноги обозначены двумя косыми линиями. Какими бы грубыми и даже жуткими ни были эти изображения наших собратьев-людей, они представляют огромный интерес для нас, если мы увидим в них предтеч шедевров искусства эпохи Перикла. Но мы уже видели, что троянцы вполне могли слепить из глины сравнительно неплохие изображения людей и животных (см. рис. 190, 191, 226 и 333–340); почему же они чертили на своих пряслицах такие жуткие фигуры людей и животных, фигуры, которые своей грубостью превосходят грубейшие каракули дикарей в Африке? Есть ли какие-то аналогии между этим кошмарным искусством и другими ремесленными изделиями троянцев? Если мы посмотрим на керамику – грубую, но все же симметричной формы – или взглянем на множество золотых украшений, в которых видно так много художественного мастерства и которые могли быть только работой художественной школы, просуществовавшей много веков, – возможно ли предположить, что люди, столь далеко продвинувшиеся по пути цивилизации, могли бы сделать такие, грубейшие из грубых, изображения людей и животных, если только эти последние не были условными фигурками, которые должны были служить вотивными приношениями богу-покровителю, фигурками, освященными употреблением в течение веков? Это предположение, как кажется, определенно подтверждается самими фигурками: все они одинаково ужасны. Действительно, по-другому эту аномалию никак нельзя объяснить, поскольку если бы это объяснение было неправильным, то по крайней мере была бы какая-нибудь разница в стиле фигурок: некоторые из них могли бы быть плохими, другие – получше, и третьи – сравнительно терпимыми. Но точно так же, как обитатели четырех верхних доисторических городов с горячим благочестием были привержены к изготовлению традиционных и условных отвратительных совиных голов на своих священных вазах, с таким же горячим благочестием они были привержены и к традиционным и условным процарапанным изображениям жутких человечков и отвратительных фигурок животных на своих вотивных приношениях богине-покровительнице. По меньшей мере, мне кажется, что это единственный способ объяснить эти странные факты, для которых нигде нет никаких аналогий.

Пряслице с рис. 1970 было найдено на глубине 12 метров, или 40 футов и, таким образом, может принадлежать ко второму городу. Но его узор встречается также и в третьем и четвертом городах. Узоры с рис. 1974 и 1975 встретились только однажды: я обращаю внимание читателя на любопытный знак на последнем, который может быть письменным знаком. Мы опять видим этот знак письменности, si Хауга, на рис. 1976. Два узора с рис. 1977, а также с рис. 1978, которые изображают цветок, встречаются очень часто; то же самое можно сказать о тех, что мы видим на рис. 1979 и 1981. Узор с рис. 1980 с зигзагообразными линиями встречается много раз. На рис. 1982 мы снова видим три свастики. Одним из наиболее обычных узоров является тот, что нанесен на рис. 1985. Рис. 1986 воспроизводит терракотовый шарик с кружком на каждом «полюсе» и зоной вокруг экватора, в которой мы на обеих сторонах видим круглую канавку; две канавки соединены кривой линией; кроме того, весь шарик орнаментирован точками. Похожие шарики, но без канавок и кривых линий встречаются очень часто. На узоре на рис. 1987 мы видим помимо обычных кривых линий 

 с изогнутыми ветвями, которые выходят из крута в центре. Похожий орнамент есть на пряслице с рис. 1989, но здесь ветви у  прямые; узор на этом последнем пряслице вполне обычен. Орнамент точно как на рис. 1988 – с двумя свастиками, тремя изогнутыми линиями и тремя рядами точек – встречается только однажды. То же можно сказать и об узоре на пряслице с рис. 1992, где мы видим несколько спиралей и тринадцать пучков из трех линий, перечерченных линиями из пяти точек в каждом. Очень замечательны знаки, которые мы видим на пряслице с рис. 1994; некоторые из них могут быть знаками письменности; однако если мы вернемся на несколько страниц раньше, то опять снова легко узнаем в большом знаке справа схематичное грубое изображение человека с поднятыми руками и ногами, протянутыми направо и налево; данное изображение человека оказалось более удачным, чем в уже описанных трех образцах, так как оно гораздо более симметрично. На пряслице с рис. 1996 изображены знаки письменности, которые будут объяснены в приложении о троянских надписях. Узор, который мы видим на пряслице с рис. 1995, весьма обычен.

Самым замечательным из всех найденных терракотовых шариков, безусловно, является рис. 1997, который я уже обсуждал выше [30] . Здесь на виде b мы видим два больших совиных глаза с четко обозначенными бровями, как и на многих идолах и нескольких «совиных» вазах; клюв показан черточкой, которая спускается вертикально от промежутка между глазами; слева от совиного «лица» мы видим (вид a) колесо с шестью спицами; справа от совиного «лица» (вид c) расположен большой круг с маленьким и под кругом, между ним и вертикальной чертой, еще один небольшой круг; сзади – несколько вертикальных черт, видимо, как на многих идолах, изображают женские волосы. Эти волосы не представлены на гравюре; все остальное можно видеть на видах a, b, c, а также на подробном рис. 1998 под ними. Возможно, совиное «лицо» – это символ утра, восстающего между солнцем, представленным колесом и луной, показанной концентрическими кругами, под которой небольшим кружком обозначена утренняя звезда?