Чтение онлайн

Её смех полон горечи, в нём слышится скорбь и боль разбитого сердца.

— Мы были молоды, он казался мне идеалом. Я любила его за ум, за горящие глаза. Он предложил мне присоединиться к меморийскому посольству, и я согласилась. Никому из наших не пожелала бы того, через что мне пришлось пройти. Он привёл меня во дворец, и меня сразу же привлекли к делу.

Внутри меня всё похолодело.

— Ты стала частью Руки Мориа?

Рука Мориа — это коллекция из пятерых мориа короля Фернандо, по одному с каждым видом дара. По крайней мере, раньше у него был полный комплект. Он проводил на них эксперименты, и на мне тоже собирался.

— Нет, — мрачно отвечает она. — Рука появится позже. Моим задание было защищать принцессу Галатею. Она была всего на пару лет старше меня, и оказалось, что мы обе робари. Именно я передавала любовные записки между ней и Фернандо. Иногда я пытаюсь представить, что было бы, если бы я отказалась это делать, если бы напомнила ей о приличиях… Но невооружённым глазом было видно, что они двое как горящие кометы, летящие навстречу друг другу. Им было плевать, если весь мир взорвётся. Вряд ли кто-то мог представить, к чему это приведёт. Я похоронила её здесь.

— Я видела её, — признаюсь ей.

Арги вскидывает голову, в её глазах немой вопрос.

— Когда мы только отплыли, меня накрыло воспоминание, которое я ни у кого не забирала. Это просто невозможно. В другие разы, когда у меня случались приступы, я винила во всём тысячи незнакомцев в моей голове. Но в этот раз всё было по-другому, будто что-то внутри меня рвалось наружу.

— Ты сильнее, чем думаешь, Рената, — говорит Арги. — Дело не в том, что ты какая-то неправильная. Просто твоя сила пытается вырасти, но из-за этого твоего творения — Серости, как ты её называешь, — не может. Это редкость, но бывают робари, которые сильны настолько, что могут считывать следы памяти с предметов. Расскажи мне, когда у тебя случались приступы.

Я вспоминаю рынок, Малое Лузо и поместье королевы. И на каждое место у Арги находится объяснение.

— Ты считала след, коснувшись прилавка, каменных ступень, колонны.

Я качаю головой.

— А Галатея? Вряд ли она была на том же самом корабле.

Арги широко улыбается. Она делает глубокий вдох и смотрит на меня так, словно я ей рассказала о настоящем чуде.

— Ты увидела морское сражение, в котором участвовала Галатея. Ветер и воду. Мы все оставляем след в этом мире, Рената. Просто некоторые из нас видят больше других.

— Это какой-то бред, — я осматриваю свои шрамы — отметины робари. — Я не развивала свои способности. Напротив, я неоднократно пыталась от них избавиться. Это не сила, а слабость.

— Возможно, в глубине души ты уже приняла свой дар, ведь это часть тебя, а осознание придёт позже. — Капитан Арги набирает кулак песка. — Воспоминания легко ускользают. Как песчинки меж пальцев. Но не для робари. Иллану стоило это знать. Он подвёл тебя.

Мне хочется возразить, но она права. Я была благодарна за то, что он дал мне место, которое я считала домом, и не задумывалась о том, что меня просто используют.

— Ты когда-нибудь жалела, что ушла от Иллана?

— Нет. — Она возводит глаза к небу, где облака плывут, кучкуются, перекручиваются, приобретают новую форму, как символ перемен. — Пока ты не сказала мне, что его убили. Теперь уже мы никогда не узнаем, кто из нас был всё-таки прав.

Я смеюсь, зная, что мой прежний наставник сказал бы то же самое. Арги тоже улыбается. Внезапно я замечаю пустоту на месте тех воспоминаний, что я перенесла в альманы, и мой смех сменяется всхлипами. Я плачу, словно что-то внутри меня надломилось, и волна эмоций, которые, казалось, я давно похоронила, выплеснулась наружу. Я пыталась стать меньше, нравиться окружающим, быть нормальной. Я пыталась стать той, кем не являюсь. Я снова и снова пыталась быть оружием, иначе кому я нужна? За что меня любить, если мой дар — единственная моя ценность?

Когда у меня заканчиваются слёзы, Арги делает нечто странное.

Капитан Аргинья Сан-Пьедрас обнимает меня.

— Это не конец, — она проводит рукой по моим волосам и придерживает за плечи. — Я спрошу только один раз. Ты уверена, что хочешь пойти по этому пути?

— Да.

Она приподнимает мой подбородок, я вытираю мокрые щёки.

— Тогда я хочу тебя кое с кем познакомить.

Глава 20

Когда мы возвращаемся тем же путём, которым пришли, мимо заросшей изгороди и рядов яблонь, ветер доносит до меня тихий шёпот. Голос, который становится всё громче с тех пор, как я ступила на Исла-Сомбрас.

В храме Госпожи Теней и Шепчущих эхо повторяет каждый шаг, каждый вдох, каждый взволнованный удар моего сердца. Свет струится с потолка, и альман с мрамором сверкают, привлекая внимание к статуе. Я много раз видела изображения Госпожи на внутренней стороне доспехов перед битвой и её небольшие статуэтки в тайных святилищах, но ещё никогда не видела такого монумента в её честь, что тянется высоко в небо. Звёздный нимб окружает её голову, а длинные волосы, ниспадающие волнами, доходят до самого пола. В одной вытянутой руке она держит сферу, а в другой — клинок из легенд.

— Именно на Исла-Сомбрас Госпожа решила разделить своё бессмертную сущность, — говорит капитан Арги. — Первый орден мориа, живший здесь, возвёл этот храм в её честь.

— И вы были здесь всё это время, — шепчу я.

Арги сдержанно улыбается.

— Она повсюду, и она всегда с тобой.

Я хочу возразить, потому что многие годы чувствовала себя одинокой, но тут где-то рядом раздаётся дружный смех. Я выхожу наружу, на лужайку перед храмом, и вижу своих друзей, возвращающихся после тренировок с Эликсой и Мэриам. Когда они подходят ближе, я замечаю свежие синяки на их руках. Лео опирается на деревянный посох. Кас улыбается, разговаривая с Эликсой. Она очень громкая и всем телом вовлечена в беседу. Спустя пару секунд Кастиан поднимает глаза и находит взглядом меня, прислонившуюся к колонне. Он словно бы всегда знает, где я нахожусь.

Я машу ему и прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать порыв рвануть к нему навстречу и рассказать о том, как я сегодня творила нечто невероятное.

— Где ты научилась так сражаться? — спрашивает Кастиан у Эликсы.

Эликса опускает деревянный меч себе на плечо.

— Меня обучал один лузонец на Мадре-дель-Мар, воин на пенсии.

— Можно ли назвать это пенсией, если Хосефино ещё двадцать лет обучал молодых на борту? — спрашивает Арги, спускаясь по ступенькам храма и обнимая девушек.

— Хосефино Эдин? — Лейре резко останавливается, распахивая глаза, и запинается на его имени. — Да он же легенда в моей империи! Пожалуйста, верните меня на корабль.

Арги хмыкает.

— Увы, он уже обрёл покой с Великой Тортугой. Но его дочь вернулась в Эмпирио Лузо.

— Вы обучаете воинов, хотя не сражаетесь, — отмечает Кастиан. — Зачем?

Капитан останавливается в паре шагов от него, оставляя совсем небольшую дистанцию. Принц Пуэрто-Леонеса на голову выше неё, но то, как она себя держит, каким-то образом превращает его в гнома.