Чтение онлайн

— Ты не забыта, — тихо произношу я, но даже шёпот разносится эхом.

Арги надавливает на едва видимый круг на стене. Каменные плиты с глухим скрипом приходят в движение. Я подхожу ко вхожу в пещеру и оглядываюсь на своих друзей. Слова Арги звенят в голове: «Береги своё сердце». Вот только слишком поздно. Кастиан делает шаг вперёд, но ему нельзя пойти со мной.

Собравшись с духом, я разворачиваюсь и начинаю спускаться, перескакивая по две ступеньки за раз. С каждым шагом всё больше убеждаю себя, что у меня ещё есть время. Я могла бы ещё насладиться пением Лео. Ещё немного послушать о приключениях Лейре, перед тем как мы вернёмся в Пуэрто-Леонес. Я могла бы воспользоваться возможностью рассказать Кастиану правду. Всю правду. Но тоненький голос внутри спрашивает: «А как же другие? Сколько трупов я видела, павших на поле боя или гниющих в тюрьме?»

Время на прощание — непозволительная роскошь.

Мои сандалии едва касаются каменных ступеней, но отчего-то звучат так же громко, как моё тяжёлое дыхание и барабанный стук сердца. Мне кажется, будто я спускаюсь с горы прямиком в пропасть, глубоко-глубоко в пещеры Шести Адов, туда, где нет жизни.

За последней ступенькой следует узкий участок белоснежного песка. Пещера сверкает, переливаясь зазубренными кристаллами, торчащими сверху и снизу. В трёх шагах от меня начинается озеро. Там, посреди сапфирово-синих вод виднеется яркий свет. Клинок Памяти.

Я оглядываюсь по сторонам в поиске какого-нибудь плота или лодки, на чём можно было бы переправиться, но ничего не нахожу. Расстояние где-то полмили. Плаваю я так себе, но это вполне мне по силам, если только под водой не скрывается ничего опасного. Снимаю сандалии и одежду, чтобы не утяжеляли заплыв. Белый песок обволакивает мои стопы, когда я ступаю в холодную воду.

Делаю глубокий вдох и ныряю. Холод пробирает насквозь, но я двигаюсь интенсивнее и плыву вперёд. В поле зрения только прозрачная голубая вода и морская пена. Я сосредоточена на ровном сердцебиении, держу курс строго на цель. Хватаю ртом воздух, активно двигая ногами, чтобы держаться на плаву. Кристаллы под потолком — над моей головой — сверкают. И в этот момент я впервые слышу голос:

«Кто ты?»

Пещера со мной заговорила? Или это какое-то воспоминание?

Продолжаю плыть.

«Кто такая Рената Конвида?» — как-то спросила меня Саида. Она помогла мне откопать воспоминания маленькой девочки среди кучи чужих. Я не могла ответить тогда, но могу теперь.

«Ты должна остаться ради большего», — проносятся в памяти слова Лозара. Беззвучно молюсь за душу узника-мориа, который напомнил мне, что на кону стоит нечто большее, чем месть за Деза — парня, не вернувшегося за мной. Вода становится темнее. Холоднее. Я останавливаюсь. Тяжесть тянет меня вниз.

«Где моя Нати?»

Я замечаю огонёк впереди. Мама. Она ищет меня по всему дому, как это было раньше, когда мы играли в мою любимую игру — охотились на лесных духов.

«Покажи мне, кто ты», — голос пещеры находит меня даже под водой.

Я направляю все оставшиеся силы в ноги и толкаюсь, рассекая сапфировые воды, пока не замечаю её — колонну из альмана. Её основание уходит вглубь подземелья. Невозможно определить, какой она высоты. Я подплываю к ней, мои лёгкие уже горят. Узоры, некогда бывшие на поверхности колонны, сгладились за многие века. Я провожу рукой по столбу, затаив дыхание. Сверкающие кристаллы, свисающие с потолка, игриво подмигивают, когда я хватаюсь за выступ и выбираюсь на плоскую поверхность.

Клинок Памяти вбит в вершину колонны по самую рукоять. Я не сразу догадываюсь, что подозрительный звук, эхом разносящийся по пещере, это стук моих зубов. Я замёрзла и обессилела, но всё равно подползаю к Клинку и обхватываю платиновую рукоятку.

Не поддаётся.

Пещера содрогается, и колонна начинает тонуть. Волна захлёстывает выступ, накрывая мои лодыжки своими холодными руками.

«Покажи мне, кто ты», — повторяет голос, только теперь уже пещера трясётся, и осколки кристаллов градом падают с потолка. Один из них рассекает мою щёку. Я вспоминаю, как Арги ходила вокруг меня, повторяя тот же самый вопрос. Кто я? Никто. Все сразу. Осколки кристаллов разрезают мою обнажённую кожу, царапины начинают жечь на контрасте с холодной кожей. И в эту секунду я понимаю, что нужно делать.

Я отпускаю все украденные воспоминания. Они покидают меня завитками серого дыма. Оставшиеся стены Серости трескаются, моя магия рвётся на свободу. Я держусь за рукоять Клинка, несмотря на ноющие мышцы. Ноги сводит судорогой, но я открываюсь Клинку, и это ощущается так, будто кто-то проникает в мой разум.

Я знаю, кем я была. Кто я есть. Кем буду.

Я была ребёнком. Я была орудием. Я робари.

Я собираюсь вернуть память о моём королевстве.

Клинок выскальзывает из камня, и пещеру заполняет вспышка яркого света.

Глава 25

— Я ожидал, что он будет побольше, — говорит Лео на пути обратно к кораблю. Лейре слегка пихает его локтем, но я не могу сдержать смешок, несмотря на покалывающую боль от пореза на щеке.

Провожу пальцем по Клинку, висящему в ножнах у меня на бедре. При каждом прикосновении к нему моя кожа немеет от исходящей от него силы. Когда я вернулась с ним в храм, мокрая и дрожащая от холода, наши немногочисленные пожитки уже были собраны, и ребята были готовы спуститься с холма.

Кастиан идёт рядом со мной, его молчание подобно одеялу, покрывающему мои плечи. Я чувствую на себе его пристальный взгляд, и как бы я ни пыталась сосредоточиться на кораблях, ждущих нас впереди, его слова о побеге всё равно всплывают в голове.

— Скажи уже, Кас, о чём ты так долго думаешь, — не выдерживаю я.

Он поднимает брови, и что-то похожее на гордость видится в его улыбке.

— Ты изменилась.

Я знала это. Чувствовала. Серости больше нет. С того момента, как я вышла из пещеры с озером, мои отметины робари распространились до самых плеч. Я по привычке тянусь к хранилищу в недрах разума, но нахожу только фрагменты собственной жизни, давно забытые детали. Голос отца. Лица детей, с которыми я играла в родной деревне. День, когда у меня выпал первый зуб. Запахи с маминой кухни. Но там не только хорошее — я помню всех Пустышек, которых создала, пускай даже их воспоминаний больше у меня нет. Я вижу мёртвый взгляд каждого из них, их пустые лица. И всё же в моей памяти теперь больше места для моих личных моментов. Я делаю глубокий вдох и снова касаюсь рукояти Клинка, чувствую глубокую вибрацию его силы, откликающуюся во мне.

Протягиваю руку принцу.

— И как? Тебе это нравится?

Кас ловит мою ладонь, и наши пальцы переплетаются.

— Я ненавижу это всеми фибрами души.

— Хорошо.

Арги бросает на нас неодобрительные взгляды. Меня не должно волновать её мнение, но она стала мне кем-то вроде наставника. Я в необъятном долгу перед ней, но то, что происходит между мной и Кастианом, кажется правильным. Как бы это ни было эгоистично, я не могу его отпустить.

Мы прощаемся с Арги и Мэриам. Эликса провожает нас до корабля, откуда мы отправимся в Пуэрто-Леонес.

— У меня есть для тебя подарок, — говорит Арги. Она протягивает мне деревянный сундук, пока пираты-мориа спускают на воду каноэ, на которых мы доберёмся до корабля.

— Что это?

Я ставлю тяжёлый ящик в наше каноэ.

Вороньи лапки в уголках глаз Арги становятся более выраженными, когда она улыбается.

— О, Рената, ты что, не знаешь, что такое подарки?

— Я не люблю сюрпризы, — смеюсь я и беру её за руку. — Если только вы не решили вернуть нам часть нашей еды.

Она заключает меня в объятия, и я на мгновение прижимаюсь лбом к её плечу. Раньше мне было страшно прикасаться к другим. Мне постоянно твердили, что моя магия неуправляемая и опасная, что из-за неё я представляю угрозу для окружающих. Прошлого не исправишь, но теперь, зная правду, я обнимаю Арги в ответ.