Чтение онлайн

И тут же получил увесистый тумак от Коренастого.

— Почтеннейший господин… Император! — превозмогая боль, хмыкнул пленник. — Если вы хотите от меня чего-то добиться, стоит ли таким образом?

Вместо ответа Цервемза слегка кивнул своим сатрапам. Двумя короткими, но точными ударами они поставили брата Мренда на колени. Он попытался подняться и что-то сказать, но слегка дрожащий кулак Лопцеда лишил его дара речи.

— Вот так-то лучше… — пробормотал Самозванец. — Теперь ты сделаешь всё, что я скажу… Иначе… — он покосился на стол, где стоял кубок, по-видимому, с огненным зельем, и повторил: — Иначе… я сделаю так, что умирать ты будешь не день, не месяц, а целый год… Это будет самой малой оплатой тех любезностей, которые ты оказывал мне в бытность свою Мастером Придворного Портрета.

Художника передёрнуло… Он всё-таки поднялся и заговорил:

— Почтеннейший господин! Как я могу выполнить вашу просьбу, если я даже не знаю, в чём она заключается…

— Во-первых, это не просьба, а приказ! — холодно отрезал Цервемза, сопровождая свои слова пощёчиной. — Во-вторых, с каких это пор к Императору обращаются "почтеннейший господин", а не "сир"? — вторая оплеуха чуть снова не свалила обессилевшего пленника.

Он, пошатываясь на подламывающихся ногах, ухватился за край стола и спокойно ответил:

— Я не присягал ни вам, ни Императору Йокещу, ни Арниту, ни даже Его Высочеству Кайниолу, но их власть я, по крайней мере, признаю! А по какому праву ты, бывший Императорский Советник, требуешь почестей, достойных лишь Государя, я не знаю.

— Я! Ты слышишь? Я — единственный Законный Император Сударба! — завопил Цервемза, — И ты, мазила несчастный, должен подтвердить это!

Художник глотнул воздуха и медленно произнёс:

— Это каким же образом? Нарисовать тебя в образе Арнита, Кайниола или их обоих?

Доур не стал дожидаться приказа и снова ударил пленника. Тот грузно опустился на стоявший рядом стул.

Цервемза остановил солдата и, усевшись напротив, едва ли не примирительным тоном сказал:

— Нет, господин Художник, мне нужно нечто другое! Как только ты согласишься… А ты это сделаешь непременно! Я официально объявлю Арнита низложенным и взойду на престол. Ты же подтвердишь, что помогал Кридонскому Наместнику обманом превратиться в Йокеща.

— Нет!

— Так! — хлопнул себя по колену Узурпатор. — Мне это надоело! Я слышу одно и то же уже второй месяц… Ты точно не будешь мне помогать?

— Точно…

— Ну, как хочешь… Напоите его!

Доур отработанным движением запрокинул голову брата Мренда. Лопцед схватил кубок и начал вливать жидкость в рот пленника. Тот не сопротивлялся, надеясь лишь на собственное мужество да на быстрый конец…

…Однако, вместо ожидаемого пламени, по жилам потекло приятное мягкое тепло. Художник высвободился из державших его рук. Взял кубок и выпил до дна, медленно смакуя каждую каплю, настолько приятен был напиток.

Вроде бы ничего не изменилось, однако брат Мренд удивился, отчего же ему раньше был так неприятен нынешний Император? Старик выглядел весьма.

— Если бы я знал, что всё так, сир, то не стал бы сопротивляться… — слегка заплетающимся языком вымолвил брат Мренд. — Я, безусловно, засвидетельствую законность ваших прав на престол…

V

"Вот значит как… Они всё-таки вспомнили про подчиняющее зелье и с его помощью заставили помогать. Правда действует оно почему-то слабее, чем в руках Арнита. Тот умудрился превратить своего Советника в раба на несколько месяцев, я очухался на второй день. А, может быть им и не нужно больше — добились своего и теперь на сутки оставили меня в покое. Значит, скоро придут опять. Та-ак… а ведь мы с Цервемзой ещё и ветки связали… Вроде бы он обещал сохранить мне жизнь в обмен на предательство… Интересно, на что этот, с позволения сказать, Император рассчитывает? Насколько я помню, клятва, данная по принуждению — недействительна… Ну, вот этим-то я и воспользуюсь!"

Не успел Художник закончить свою мысль, как в комнату вошёл пожилой слуга с кувшином воды для умывания и стопкой одежды:

— Его Величество просит вас, почтеннейший господин, переодеться и проследовать на официальную церемонию восшествия на Престол, — угодливо сказал придворный, кланяясь ниже некуда.

— Хорошо. Оставь всё. Я обслужу себя сам.

— Простите, господин Придворный Живописец, Его Величество приказал мне помочь вам с туалетом, а затем лично препроводить на место.

Тихо выругавшись, брат Мренд начал приводить себя в порядок. Слуга неотступно следовал за ним. Когда сборы были окончены, царедворец вытащил из кармана своего бесформенного балахона небольшую бутыль и огляделся, ища, куда бы налить её содержимое.

— Его Величество также поручил мне проследить, чтобы вы выпили это снадобье. Он сказал, что вы ещё слишком слабы после болезни…

Художник мельком глянул на жидкость, с ленивым бульканьем наполнявшую его кубок.

— Хорошо. Выпью. А ты пока собери мои бумаги. Да все до единой, слышишь? Не то Его Величество весьма рассердится!

Воспользовавшись моментом, брат Мренд влил в пойло изрядную часть флакона Сиэл. Затем подошёл к слуге и насмешливо произнёс:

— За тебя! А точнее, за твою мудрость и верность! Пью у тебя на глазах, чтобы не сомневался!.. — медленно осушил кубок и добавил: — Пойдём! Где моя шляпа?

— Почтеннейший господин, Его Величество велел проследить, чтобы на вас не было ничего из старой одежды!

— Ну так я не пойду тогда вовсе! А у тебя будут неприятности…

— Помилосердствуйте, почтеннейший господин, нельзя вам шляпу-то брать!

— Да пойми ты, премудрая голова! Мне сейчас нужно будет к людям выйти и рассказать, как я портреты всяких самозванцев писал. Кто же меня без шляпы-то признает?

Тут он был прав. Слуга замялся, потом махнул рукой и проворчал:

— Делайте, что хотите… Только вот влетит не мне, а вам… почтеннейший господин.

VI

— Долгие годы нашей многострадальной страной правила нечистоплотная клика волшебников, называвшая себя Конвентусом. Эти обманщики время от времени меняли на сударбском престоле правителей, скрывая их под маской Бессмертного Императора Йокеща. Последним из них был, именовавший себя истинным, Император Арнит. Увы, мой бывший ученик… Зачем, жители прекрасной Мэниги, я рассказываю вам о том, что вам и так хорошо известно? Раньше вы говорили об этом втайне, теперь сможете делать это открыто! Почему? — Цервемза сделал, как ему казалось, эффектную паузу. — Долгие годы, опасаясь гнева Арнита, я хранил в своём кабинете завещание достопамятнейшего Императора Хопула, где говорится следующее: "Опасаюсь, что по старости и немощи своим, я не смогу противостоять козням Конвентуса и Йокеща, поэтому объявляю любые их притязания на Престол бесчестными, а Наследником Короны завещаю признать лишь того, кто положит конец беззаконной власти узурпаторов. Вне зависимости от того, из какой провинции, рода и сословия придёт этот безымянный пока избавитель". Вот это завещание! — он потряс перед толпой листком. — Долгие годы я собирался с духом, и вот наконец, я, Цервемза из Кридона, полностью выполнил это завещание: Конвентус уничтожен, а самозванца-Арнита и его бастарда, я на правах законного Наследника Престола объявляю низложенными. Засим принимаю императорскую Корону — не как награду за свои заслуги, а лишь как тяжкое бремя, ниспосланное мне судьбой!

— Нет уж! — раздался толпы дрожащий тенорок. — Хватит с нас и одного обманщика. К Арниту мы, по крайней мере, привыкли!

По толпе кругами разошёлся недоумённый ропот. В замешательстве никто и не заметил, что за спиной у выскочки мгновенно выросли четыре солдата. Они что-то сказали и тот, побледнев, засеменил в их окружении к выходу с площади. Цервемза, меж тем продолжал:

— Я ожидал, что мои слова вызовут у вас законные сомнения, поэтому Мастер Придворного Портрета лично удостоверит, что он находился в тайном сговоре с Конвентусом и, перемещаясь при помощи запрещённой магии в прошлое и обратно в будущее, помогал ставленникам злокозненного Магического Совета принимать облик Йокеща, создавая таким образом, иллюзию императорского бессмертия.