Чтение онлайн

— В таком случае тут может быть некая логичность в промежутках между убийствами, — в разговор снова включился Броуди. — Первая жертва, два дня перерыв, вторая жертва, затем у убийцы возникают какие-то проблемы, предположительно с Горэмом, из-за чего он залегает на две недели на дно, заманивает Горэма в Нью-Йорк, сам там обустраивается и убивает его. И так как убийце пришлось по каким-то причинам выжидать две недели…

— Он начинает в Нью-Йорке с двойной дозы! — закончил мысль Дэвид. — Черт, а это уже, похоже, имеет смысл.

— Да, сэр, ему просто необходимо было насытиться после долгого воздержания. Потому одного убийства ему было мало.

— Очень здравое предположение, Джейкоб, — я направился в конец зала в сторону своего кресла, — но ты сам сказал, что всех серийных убийц объединяют проблемы с головой. А это часто означает, что их мало волнуют последствия, они никогда особо не заботятся о том, чтобы их не поймали. Классический серийный убийца просто не мог бы вытерпеть столько, он все равно бы убил кого-то уже через день или два после Ричардсона чего бы это ему не стоило. Мы же видим, что нашим серийным убийцей руководил некий здравый смысл или инстинкт самосохранения. Когда того потребовала ситуация, он смог затаиться на нужное время и ждать возможности совершить следующее убийство. Психика большинства классических серийных убийц начинает формироваться еще в детстве, наш же экземпляр, скорее всего, стал убивать в более зрелом возрасте. Не похоже все это на ситуацию, когда личность убийцы формируется длительное время, тут все как-то спонтанно произошло. Такое ощущение, что этот человек жил спокойной жизнью, а потом внезапно стал убивать.

— В таком случае у него могут быть какие-либо психические расстройства, приобретенные из-за каких-то событий уже в зрелом возрасте, — подытожил Дэниэл.

Столько разных мыслей. Столько разных версий, вариантов, исходов. Кто он такой? Что им руководит? Он обычный больной на голову человек или у него были веские причины начать убивать? Или это золотая середина: у него небольшие проблемы с головой и некие причины вытворять такое? Сколько человек он уже убил? Сколько он еще убьет? Кто он, убийца с порядком и хаосом внутри? Столько мыслей… моя голова начинала закипать от всех этих размышлений.

Увидев, как я задумался и ушел в себя, Дэвид решил сам сделать выводы:

— Ну что, ребятки, из всей вашей психологической белиберды я вижу следующую картину. Наш ненормальный когда-то был вполне себе нормальным: он хорошо учился в школе, любил благотворительность, снимал кошек с деревьев и переводил бабушек через дорогу. Через какое-то время, кто-то снял с него розовые очки и он увидел обратную сторону нашего мира. Ситуацию еще подпортило внезапное появление каких-то проблем с головой. В конечном итоге, на почве некого инцидента в его жизни, бедняга психанул и начал орудовать ножом налево, направо, вдоль, поперек и еще по диагонали. Получается, что он сама невинность, а виноваты во всем вселившиеся в него демоны. Я прав, Стиллер?

— Да, Дэвид. Как это ни печально, но серийные убийцы едва ли виноваты в том, что они серийный убийцы… у них… у них просто проблемы со здоровьем, им просто не повезло…

— Напомни мне посочувствовать ему, как поймаем.

— Сэр, я получила ответ из Лос-Анджелеса, — Джемма отвлеклась от своего компьютера.

— И…?

— Они тоже находили волос во рту у жертв. Причем у обеих жертв, у Лэндсбери тоже был волос…

— Тоже? Они проводили анализ ДНК волос?

— Нет, они не придали им никакого значения. Они, как и мы в первый раз, предположили, что волосы случайно попали в рот.

— У Лэндсбери тоже был волос… это значит, что должна быть еще одна жертва, — Броуди явно был шокирован такими новостями.

— Не делай поспешных выводов, Джейкоб, — я протестующе поднял руку. — Да, волос во рту Асэль Лэндсбери, судя по всему, должен принадлежать кому-то еще, но этот кто-то не обязательно должен быть мертв. Джемма, они хоть сохранили эти волосы?

— Да, они хранятся как улики.

— Скажи им, что нам нужен анализ ДНК этих волос и как можно скорее.

— Да, сэр.

— Сообщи мне, как только получишь результаты. Еще какие-то новости?

— В Лос-Анджелесе провели опрос всех знакомых Горэма, в том числе его родных, — ответил Дэниэл. — Это удивительно, учитывая, что он работал под прикрытием в качестве торговца оружием, но он сумел добиться уважения даже среди торговцев оружием. Его все уважали и уж точно никто из его окружения не желал ему смерти.

— Может кто-то все-таки узнал, кем он был на самом деле, — предположил я.

— Все возможно, сэр, но это же никак не лепится с образом нашего убийцы…

— Да, ты прав. Если его кто-то убил из торговцев оружием, то все остальные убийства превращаются в какую-то бессмыслицу. Еще что-нибудь? Броуди, судмедэксперты нашли что-нибудь еще?

— Нет, сэр, — он покачал головой, — никаких признаков чужой ДНК, никаких других инородных веществ кроме уже обнаруженных… убийца позаботился о том, чтобы остаться неизвестным.

Я недовольно окинул взглядом всех сотрудников и, переплетя пальцы рук перед собой, немного откинулся в кресле:

— Один единственный человеческий волос в каждой жертве? Это все что у нас есть?!

Все виновато переглянулись, но никто ничего не смог на это ответить. Я поразмыслил еще несколько секунд и дал указание:

— Джемма, как только получишь результаты ДНК из Лос-Анджелеса, сразу же сообщи их мне.

— Да, сэр, конечно.

— И займитесь с Броуди поиском информации о подобных убийствах по всей стране, а если потребуется, то и за ее пределами. Ищите все, что хоть как-то будет напоминать почерк нашего убийцы.

— Сделаем, сэр, — ответил Джейкоб.

— Брифинг окончен, все свободны.

Все начали неспешно расходиться, один только Дэвид оставался в своем кресле и всматривался в главный экран. Я подошел к нему, стал рядом и тоже уставился на главный экран:

— О чем думаешь, Дэвид?

— На моей памяти не было такого случая, чтоб после тщательного исследования четырех трупов, не было вообще никаких улик. Всегда что-то было. Хоть самая малость. Отпечатки, капля слюны с ДНК, кусок сломанного ногтя, какие-то кусочки личных вещей убийцы, клочки одежды, даже свою перхоть убийцы оставляли на месте преступления! И черт с тем, что не всегда эти улики чем-то помогали… просто всегда что-то было! Но чтоб вообще никаких следов…

— Ну вот видишь, а ты всем рассказываешь, что все в своей жизни повидал, — ухмыльнулся я.

— Да… наконец-то что-то новенькое, — он отчаянно опустил голову.

— Вообще… сам факт полного отсутствия улик тоже является уликой. Мы знаем, что наш маньяк настоящий профессионал. Он где-то научился не то что хорошо, а правильно заметать следы. Он четко понимает, что может вывести на него. Этому всему не научишься, прочитав пару статей, или посмотрев десяток детективов, тут нужна соответствующая практика.