Чтение онлайн

В тот день магам как раз потребовался помощник в качестве донора силы. Они увлеченно спорили, чертя на полу какие-то символы и развешивая амулеты и кристаллы. Подозвав меня, Алек велел сосредоточиться и позвать свою силу, перекидывая ее в кристалл. Я сосредоточилась и устремила взгляд внутрь себя, аккумулируя силу. В тот же момент меня замутило, перед глазами все поплыло, и я стала плавно оседать на пол. Маги, увлеченные беседой, сначала даже не заметили, что со мной происходит. Когда же Алек недовольно повернулся ко мне, меня уже во всю ломало на полу. Голова кружилась, желудок выворачивало наизнанку, а кости как будто кто-то ломал.

— Лина, что с тобой? — Алек бросил ко мне, приподнимая с пола, — да у тебя жар!

В ответ на его высказывание, меня скрутил очередной приступ боли. Было такое чувство, что кто-то схватил меня за внутренности и попытался вывернуть на изнанку. Вырвавшись из его рук, я бегом побежала на улицу, и вырвала за ближайшим кустом.

— Лина! Лина, да что с тобой? — если бы мне было не так плохо, а бы наверно посмеялась над растерянным выражением лица ректора. Укачивая меня на руках как ребенка, он осторожно вынес меня на крыльцо дома. Тут уже стоял растерянный маг, протягивающий кружку с водой. Я вцепилась в нее, как голодный вампир в горло девственницы. Вода охладила пылающее горло, и привила желудок в более-менее устойчивое состояние силой гравитации.

— Ты как? — тревожный голос Алека выдернул из мира собственных ощущений.

— Нормально… уже лучше… Аааа-аа! — на последних словах мое тело выгнулось дугой на руках ректора, и я скатилась на траву. Меня корежило, как наркомана при ломке. Боль застила глаза, кости выгибались под неестественным углом, а изо рта стали вырываться хрипы. Следующий укол боли, заставил потемнеть в глазах и оглохнуть. А буквально через пару секунд мои глаза открылись на высоте нескольких метров над землей.

— РРРРРРРРР! — вместо крика из моей пасти вырвалось рычание. Стоять! Пасть?! Я медленно приходила в себя, пытаясь рассмотреть свое новое тело. Единственное, что я различила — это огромные лапы, покрытые фиолетовой чешуей. Мгновение, и я почувствовала, как за спиной распахнулись крылья. Я их чувствовала, ощущала как необходимую часть себя. Чувство нереальности захватило и бросило меня вверх. Я взлетела!!! Огромные крылья рассекли воздух, поднимая меня вверх, изменившееся зрение позволяло рассмотреть даже кролика в лесу, обострилось обоняние. Мне было так хорошо, спокойно и весело одновременно, что хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Я носилась по небу, как сумасшедшая, делая мертвую петлю, крутое пике и бочку. Если бы кто-нибудь наблюдал на это со стороны, то вызвал бы психовозку для бешеного дракона. Не знаю, сколько прошло времени, но я стала уставать. Довольно неуклюже приземлилась на поляну перед домом, подняв целый фонтан грязи. На крыльце поджидал меня Алек, довольно улыбаясь, глядя на мои кульбиты.

— Как мне… обратно? — человеческая речь претерпела жуткие изменения, но слова получались вполне четкие.

— Просто представь себя, вспомни свое тело.

Я закрыла глаза и вспомнила, что у меня две руки, две ноги, нет хвоста… Никаких изменений я не почувствовала и в страхе распахнула глаза. Надо мной задумчиво улыбаясь, стоял Алек, внимательно рассматривая. Запоздалая мысль, что если он смотрит на меня сверху, значит я уже не дракон, мягко утопала в чувстве эйфории.

— Так вот ты какая… — протянул Алек, подхватывая меня на руки.

Я очнулась на следующее утро с непонятным, но очень приятным чувством. Медленно приходя в себя, я поняла, что лежу полностью обнаженной в своей комнате, а чья-то рука лежит поперек моего живота. Скосив глаза, я увидела, внимательные глаза Алека. Судя по всему, он был так же полностью обнажен.

— А… э… — я мучительно пыталась подобрать слова.

— Ну-ну..- усмехнулся Алек, — попробуй еще раз.

— А что ты здесь делаешь?

— Лежу!

— Давно?

— Уже да!

— А почему голый?

— Потому что разделся?

— Алек, хватит! — я не выдержала, — отвечай, что вчера произошло! Почему ты лежишь голый у меня в кровати?

— А ты попробуй догадаться? — ехидно осклабился он.

— Алек!!! — мой голос сорвался на рычание.

— Успокойся. Мы провели с тобой ночь. Понятно?

— Но как… почему я ничего не помню?

— Как? А тебе в подробностях рассказать или повторить весь процесс наглядно? — язвительно улыбалась эта сволочь. — Эй, стоп! — закричал он, когда я попыталась придушить его подушкой, — я принес тебя сюда после обращения в состоянии эйфории, и мы провели довольно бурную ночь. Ничего не помнишь ты опять же из-за состояния эйфории.

— Но почему?

— Что почему? Почему я провел с тобой ночь, даже если ты этого не просила? Почему воспользовался твоим состоянием?

— Да!

— Тут две причины, — тихо и совершенно серьезно произнес он, усаживаясь поудобнее, — первая — это я, вторая — ты. С какой начать?

— Давай с тебя.

— Хорошо. Во-первых. Ты мне давно нравишься, — и, увидев мою кривую ухмылку, добавил, — как человек, личность, друг. Мне с тобой очень хорошо, даже просто сидеть рядом. Но твоя внешность была достаточно отталкивающей, хотя, если бы ты проявила хоть малейший интерес ко мне, я бы не раздумывал. Когда я вчера увидел тебя, то просто не выдержал. Сначала ты предстала передо мной самой прекрасной драконицей, какую я когда-либо видел. А затем она превратилась в невероятную девушку. Ты лежала на земле и вся светилась, излучая счастье, силу, драконье обаяние… Я не удержался. А теперь, что касается тебя. Для дракона тяжело терять невинность спустя столько лет воздержания, многие еще несколько лет так и не решаются пойти на это. К тому же, в таком состоянии ты не могла испытывать боль, естественную для девушек. Лина, ты мне нравишься. Я знаю, что мог бы тебе ничего не говорить или вообще удержаться от этого, но не смог и не захотел. Я надеюсь, что не настолько тебе противен, чтобы ты жалела об этом. Я бы хотел, чтобы ты стала моей любовницей. Можешь не отвечать пока, — добавил он, хмуро разглядывая мое, мягко сказать, удивленное лицо, и проступающее возмущение.

— Алек, ты… ты в своем уме?

— Вполне, — он вылез из постели, абсолютно не стесняясь своей наготы, и принялся медленно одеваться.

— Алек, а я не забеременею? — этот вопрос меня крайне сильно волновал.

— Нет, — кривая усмешка появилась у него на губах, — а что, мысль о ребенке от меня так ужасна?

— Перестань, — я поморщилась, — у меня чувство, что это я перед тобой виновата. Причем здесь это? Не строй из себя скромника с заниженной самооценкой, ты прекрасно знаешь, что не можешь быть противен. Хотя, для того, что произошло, есть определенное название — изнасилование. И не важно, что я ничего не помню. Давай честно, ты меня любишь?

— Нет. Но ты мне нравишься!

— Ты женишься на мне?

— Что?! — это надо было видеть, как узкие глаза становятся круглыми от шока.

— Вот! А еще предъявляешь мне претензии! — я аж задохнулась от вспышки ярости. Все-таки все мужики одинаковы! Козлы! — Во-первых, я еще молода для детей, а во-вторых, хотела бы ребенка в законном браке или от любимого мужчины. Уж извини, но я тебя тоже не люблю. Ты не ответил, откуда у тебя уверенность, что я не залетела?

— Лина, — он устало сел на край кровати и потер лицо, — я все-таки маг. Да и ты тоже. Все нелюди, кроме эссировов, и маги пользуются специальным заклятием, позволяющим контролировать данный процесс, и снимают его с себя, только когда захотят детей. А насчет самоуверенности, то ты ее изрядно потрепала.

— Так вот в чем дело… Значит, ты поэтому хочешь, чтобы я стала твоей любовницей?

— Да, в какой-то мере именно поэтому, но это лишь часть. Неужели я не могу хотеть красивую девушку, с которой мне просто хорошо?

Я молчала, пытаясь обдумать услышанное. С одной стороны, эти комплементы грели мне душу, а с другой, что делать дальше?

— Алек, я не знаю… я не смогу… Этой ночи для меня как бы не было… А если стану твоей любовницей, то я потеряю друга и учителя… — хотя, возможно, уже потеряла, — добавила я про себя.

— Почему? — острый взгляд впился мне в лицо.

— Как будто сам не понимаешь? — раздражение так и сквозило в голосе.

— Я бы хотел услышать это от тебя.

— Алек, вот представь, что мы вместе, и я приду на занятие, что ты будешь делать: заниматься со мной трансформацией объектов или потащишь в постель?

— Поцелую, посажу на колени, объясню, что ты должна сделать, ты это сделаешь. А потом потащу в постель.

— Смеешься?

— Нет. Лина, я ведь в первую очередь учитель. К тому же, наши занятия всегда ограничиваются тремя часами, а ночь у тебя вполне свободна, — он лукаво улыбнулся.