Чтение онлайн

— Кажется, мы уже под водой.

Они ехали еще около десяти минут, и наконец автобусы остановились. Все вышли и через широкие стеклянные двери прошли в большое помещение, напоминающее гостиничный холл. Огромные толстые вьетнамские или китайские ковры укрывали пол, мягкая кожаная мебель, журнальные столики, на стенах картины, лампы дневного света — все было сделано и подобрано со вкусом.

Керим повернулся лицом к прибывшим и сказал:

— Сейчас вам покажут ваши жилища, затем завтрак и час на размышления. После этого соберемся в конференц-зале.

Не сказав больше ничего, Керим повернулся и направился к дверям у противоположной стены.

Сообщение о том, что отряд Керима в тысячу хорошо вооруженных боевиков окружил штаб-квартиру НАТО, вызвало в первые минуты у всех присутствующих состояние шока. Но постепенно растерянность начала сменяться чувством ярости. Такой наглости от террористов, пожалуй, никто не только не ожидал, но даже в мыслях не мог допустить.

— Что предпринято? — сухо спросил Доул у офицеров, принесших это известие.

— Объявлена тревога. Пункты управления изолированы, и к ним террористам не добраться. По тревоге поднята бригада морской пехоты, из Германии вызвано подкрепление.

— Террористы ведут обстрел из минометов, базук, гранатометов зданий и других строений, находящихся на территории штаб-квартиры. Они повредили вертолетную площадку, подожгли здание столовой личного состава, уничтожили антенны связи, в том числе космической.

— Черт знает что! — ворчливо произнес Янчук. — Может, к Грачеву следует обратиться? Пусть десантников подбросит.

— Не волнуйтесь, господин генерал, — вмешался бельгийский генерал, минуту назад вошедший в помещение, — необходимые силы уже на подходе. Наш центр так устроен, что захватить хоть один важный объект штаба практически невозможно. Можно уничтожить все, что на поверхности, но это практически не скажется на качестве управления войсками. Два батальона, находящиеся на территории штаб-квартиры, заняли свои рубежи и отбивают атаку террористов.

В этот момент засветился один из больших экранов на стене. Полковник бельгийской армии на безупречном английском языке четко доложил:

— Господа! В настоящее время штаб-квартира НАТО подверглась нападению отряда террористов. Нескольким группам противника удалось проникнуть через первый внешний рубеж обороны, но ни одна наша огневая точка террористами не захвачена. На вооружении они имеют до тридцати базук и минометов, тридцать пять — сорок гранатометов и огнеметов, около двадцати пулеметов, большое количество автоматов и снайперских винтовок. Включаем телекамеру внешнего осмотра территории.

На экране появилось здание горящей столовой. Камера медленно пошла вправо. В поле зрения попали разрушенные параболические антенны, бетонный забор с большими провалами. Были хорошо видны разрывы снарядов. Голос за кадром пояснил:

— Вы видите, как противник ведет обстрел этой части территории штаб-квартиры из минометов. Передовые группы находятся на расстоянии восьмидесяти — ста метров от телекамеры. Слева в углу экрана вы видите одну из наших огневых точек. Там — расчет пулемета. Ему удалось сковать наступательные действия террористов, заставить их залечь. Сейчас камера покажет вторую пулеметную точку.

И действительно, камера медленно переместилась вправо, и все увидели, как ведет огонь второй пулеметный расчет. Голос за кадром продолжал:

— Такое расположение пулеметных точек позволило взять террористов под перекрестный огонь. Подходы к мертвой зоне, где пулеметы не могут вести огонь, заминированы. А сейчас включаем южный фланг обороны. Здесь террористам внезапным ударом удалось уничтожить КПП и солдат, находившихся там. Погибли девять солдат и один офицер. Террористы уничтожили здание, занятое офицерами союзных стран, где, согласно предварительным сведениям, в момент нападения находились двенадцать — пятнадцать офицеров. Их судьба пока неизвестна. Продвижение террористов вглубь территории сдерживает взвод охраны здания, расположенного над нами. В настоящее время вход в подземное помещение, где вы находитесь, надежно заблокирован противоатомными перемычками. Освещение, связь, система кондиционирования воздухом — автономны. Подход подразделений поддержки ожидается через пятнадцать минут. Можете спокойно работать, господа, в случае изменений будем докладывать.

Доул поблагодарил полковника за доклад и спросил:

— У кого есть информация, господа? Откликнулся генерал Жоспен:

— У меня новости. В Ле-Бурже в результате четкого взаимодействия французских и российских солдат террористы захвачены. Они не смогли причинить никакого вреда. Сейчас террористами начала заниматься специальная следственная группа. В стране идут аресты всех установленных пособников. И еще. Сообщение из Марокко. В районе Надора спецслужбой Марокко окружен Центр террористов. Марокканское правительство запрашивает, нет ли у нас схемы Центра. Она необходима для организации его штурма.

— Схема есть, — сообщил Кустов и неожиданно предложил: — А что, если нам использовать подразделение капитана Мельникова в штурме Центра?

— Действительно. И Мельников, и наши солдаты прекрасно знают территорию Центра, систему обороны, расположение объектов, — поддержал Кустова Янчук. — Наш представитель находится вместе с Мельниковым.

— А смогут ли истощенные солдаты принять участие в штурме? — с сожалением спросил Доул.

— Я думаю, даже полностью обессиленные, и то они сделали бы это.

— Для убедительности мы сейчас запросим, готовы ли они, — и Янчук нажал кнопку.

Через десять секунд появился русский офицер связи. Янчук что-то вполголоса сказал ему, и тот мгновенно исчез.

Вошел бельгийский офицер — высокий, стройный, черноволосый лейтенант.

— Господа, информация из Пакистана. Из ядерного испытательного центра. По нашей информации, Пакистанское правительство выставило заслоны, целью которых является предупреждение проникновения террористических групп к центру. Сегодня в 13.00 по местному времени перехвачены две вооруженные группы, которые пытались продвинуться к центру и захватить его. Обе группы террористов остановлены, окружены, идет бой.

— Численность групп? — спросил Янчук.

— Одна — до двухсот, вторая — до ста пятидесяти боевиков.

Генерал Кребс, обычно немногословный и угрюмый, взглянул на Янчука и улыбнулся. Оба вспомнили четырехдневной давности информацию, которую они вместе готовили для передачи Пакистанскому правительству. Глаза обоих светились удовлетворением — информация оказалась точной. Вдруг на экране вспыхнули три звездочки и квадрат — сигнал о поступлении информации особой важности. Ровно через десять секунд члены объединенного штаба увидели лысеющего молодого диктора. На английском, затем на безупречном русском языках он сообщил: