Илоты безумия
Шрифт:
— Да, пожалуй. Только потому я и отказалась от вашего предложения. Но вы же не обиделись, правда?
— Нет.
Басима вела себя настолько непринужденно, что Кустов снова с восхищением подумал: «Черт возьми, а она не так проста и застенчива, как казалась».
Глория наверняка решила, что Майер и Басима давно знакомы друг с другом. Она предложила:
— А не посидеть ли нам в кафе, выпить по чашечке кофе?
— Я — за, — тут же согласилась Басима, и Кустову ничего не оставалось, как тоже согласиться.
Они прошли не более сотни метров и оказались в небольшом уютном зальчике. К их столику сразу же подошел полный араб. Безукоризненно одетый — в черный костюм с атласными бортами, белую рубашку с бабочкой, — он на чистом английском языке поинтересовался, что подать.
Когда официант отошел, Басима весело рассмеялась:
— Принял нас за иностранцев. У нас ведь женщины редко посещают такие места.
— А вы, мистер Майер, как я поняла, занимаетесь бизнесом? — поинтересовалась Глория.
— Да, я представляю германо-саудовско-кувейто-французскую фирму. Только недавно закончил восстановление своей дочерней фирмы в Кувейте. Нам весьма дорого обошлась война в Заливе. Иракские солдаты разграбили мой офис, разгромили прекрасный отель и, самое главное, увезли наши компьютеры с банком данных наших исследований. В связи с этим мне придется улаживать некоторые проблемы с правительствами ряда стран этого региона.
— А что за проблемы?
— Мы по их заданию проводили анализ экономической ситуации в регионе. В связи с разгромом в Кувейте нашей фирмы мы не можем выполнить заказ в срок.
— Надо платить неустойку? — поинтересовалась Глория.
— Похоже, что да.
Кустову не нравились вопросы Глории, и он искал повод, чтобы сменить тему.
Выручила Басима. Она словно прочитала мысли Кустова и вмешалась в разговор:
— А где тот американский журналист, с которым вы приезжали ко мне в Асьют?
Глория побледнела. Кустов весь напрягся и, чтобы не выдать своего волнения, сделал вид, что заинтересовался женщиной, вошедшей в кафе в сопровождении мужчины.
— Я не знаю, где он… он куда-то уехал, — смущенно пробормотала Глория.
Она явно растерялась. Басима, похоже, чувствовала, как важен для Кустова этот разговор, и, словно не замечая растерянности Глории, продолжала расспрашивать:
— Разве он не сказал вам, что уезжает? Когда вы были у меня, мне показалось, что у вас взаимные симпатии.
— Да, это так, но он уехал совершенно неожиданно.
— Даже не попрощавшись?
— Представьте себе, да.
— О ком это вы? — спросил Кустов.
— У меня был знакомый американский журналист. Он писал о Космосе, — неохотно начала пояснять Глория. — Он пригласил меня съездить в Асьют к Басиме, а когда мы вернулись в Каир, он пропал.
Басима долго в упор смотрела на Глорию, затем тихо что-то сказала.
Глория запнулась на полуслове. Кустов, боясь, что она сейчас встанет и уйдет, постарался не допустить этого.
— Басима, мне можно задать вам несколько вопросов?
— Да, господин Майер.
— Вы уверены, что встречались с представителями иной цивилизации?
— Конечно. Я их видела точно так же, как вижу вас сейчас.
— Почему они не хотят более обширного контакта с людьми Земли?
— Мне кажется, что они не испытывают необходимости в этом.
— Почему?
— По-моему, они знают о нас все. Они знают, о чем мы, люди, думаем, о наших планах, о хороших и плохих делах.
— А вы получаете для себя какую-либо пользу от контактов с ними?
— О да, конечно. Они вложили в мою душу веру, сделали так, что я могу распознать человека.
При этих словах Басима снова пронзила глазами Глорию.
— Я могу узнать, что думает человек. Если он говорит неправду, я вижу сразу же. — Она обратилась к Глории: — Вы говорите, что не знаете, где мистер Эванс. А я вот знаю. Его схватили злые люди, которые обходились с мистером Эвансом жестоко, избивали, унижали его и сейчас как пленника держат далеко отсюда.
Глория была бледна, а Басима продолжала:
— Мистер Эванс находится в руках страшного человека, который хочет погубить нашу планету. Как бы те, кто вольно или невольно помогает ему, в свой предсмертный час не молили Аллаха о прощении.
Я знаю, что скоро начнется охота за мной. Далеко от Египта живет пришелец из Космоса, его тоже хотят похитить.
— Вы говорите такие вещи… — промолвила Глория, но Басима прервала ее:
— Я вынуждена это делать, ибо люди, которые помогают тому страшному человеку, даже не представляют, чем это кончится.
— Басима, а если вам выступить в прессе и рассказать все? — спросил Майер.
— Мне никто не поверит. Мои друзья предупреждали не делать этого.
Глория неожиданно положила руку на руку девушки:
— Басима, мне надо поговорить с вами, и как можно скорее.
Кустов видел, что Глория находится на грани срыва. Она вот-вот упадет в обморок или забьется в истерике. Он встал:
— Вы побеседуйте, а я с удовольствием выкурю сигарету.
Он вышел из кафе.
«Черт возьми! Действительно, наваждение какое-то. Встретить Басиму, эту Глорию и получить прямой выход на информацию об этом американском парне… Что это? Случайность? Или кто-то руководит этим процессом? Если это дело рук Керима или спецслужб Египта, то тогда мои дела плохи… Но, как бы там ни было, придется играть дальше».
У входа в кафе продавались газеты. Чтобы протянуть время и дать Басиме возможность побеседовать с Глорией, Кустов купил газету и на первой же странице под огромными заголовками прочитал: «Конец Советскому Союзу!», «Ельцин, Кравчук и Шушкевич росчерком пера похоронили монстра!»…