Чтение онлайн

Егерь вполовину сократил расстояние между ними, и теперь подошел достаточно близко, чтобы разглядеть на ней все ту же порванную и запятнанную кровью одежду, что и прошлой ночью. Господи! Он зря тратил время на эту девчонку, она, должно быть, обезумела.

Марек уже собрался развернуться, и тут тихо объявилась лисица и села по его левую руку, вывалив набок язык из пасти. Трудно сказать почему, но он был уверен, что так зверь издевается над ним.

— Отлично, Лиса, — сказал он, накладывая стрелу, — я позабочусь о твоем маленьком дружке, а потом мы с тобой немного повеселимся.

Марек натянул тетиву и уже собирался ее спустить, когда появилась вторая лисица. Егерь замешкался, раздираемый недобрыми, очень недобрыми предчувствиями, сделал шаг назад и огляделся, внезапно осознав, что понятия не имеет, где он, черт возьми, находится. Он сделал глупость, когда устремился по следу, не сориентировавшись. Его лошадь осталась позади, а его спутники, вероятно, продолжали преследование. Он все же покричал им, но в ответ услышал только шелест крыльев испуганных птиц и посвист ветра в ветвях. Он остался один, один на один с ней, и, хотя не понимал почему, от этого ему стало не по себе.

Она сделала ему знак подойти ближе.

— Вот ты угадала, сейчас я поближе подойду, ага, — пробормотал Марек, больше не настраиваясь «повеселиться».

Молодая женщина выглядела разочарованной. Она зашевелилась. Ее руки, внезапно охваченные сиреневым пламенем, оставили за собой в воздухе перекрещивающиеся бесплотные полосы, которые еще миг поплавали на месте, а затем исчезли.

Тут, как по волшебству, налетели со всех сторон лисы, да так, что лесная земля мгновенно превратилась в рыжий вздыбленный вал, от которого неслось угрожающее тявканье. Марго снова помахала рукой. Прощай…

Марек едва успел выхватить кинжал, как на него хлынула волна лисиц, вооруженных клыками и когтями — Воздаяние за Марго.

— Ты уверен, что это Марек? — спросил рослый мужчина, почесывая кончик плоского носа.

— В любом случае, это его кинжал, — ответил Квентин, указывая на оружие с костяной рукояткой, торчащее из тела лиса.

— Дрянь дело… Одни кости остались… Неужели эта зверюга его сожрала?

— Подумай немного, — фыркнул молодой дворянин. — Как ты думаешь, могла лиса это сделать?

— Ага, призадумайся чуток, Бранн! — усмехнулся еще один, с тремя длинными царапинами на щеке. — Такую малость мог бы и сделать для бедняги Марека.

— Заткнись, Вален, или я тебе врежу! — отвечал Бранн. — Немного уважения к мертвецам, ладно?

— Заткнитесь, вы оба, — сказал Квентин. Дворянин задумчиво поглаживал свою светлую козлиную бородку. — Мне одно непонятно: лисы не нападают на людей. Это неестественно…

— И что ты думаешь? — засомневался Вален, внезапно почувствовавший себя неуютно.

— Не знаю… Просто плохое предчувствие.

Квентин повернулся к четвертому мужчине, согнувшемуся в кустах:

— Жорис, когда закончишь выблевывать свои кишки, позаботься об останках Марека, мы отвезем его обратно в Бель-Омбраж.

— Я не могу, — запротестовал хрупко сложенный юноша, — этот запах…

Неделя.

Неделя, на протяжении которой Жорис спал лишь урывками, а пару ночей так и вообще не спал. Не выходило. Стоило ему закрыть глаза, как перед ним начинали приплясывать кости Марека, в издевательской усмешке скалился череп, а окровавленные костяшки пальцев делали знаки — подходить поближе.

Он отдал бы все, чтобы снова насладиться спасительным покоем ночного сна. Но перспектива оказаться одному в темноте своей спальни, еле-еле отгоняемой парой-тройкой свечей, заставила его содрогнуться. Прогулка в одиночестве ночью под хмурым небом тоже не особенно успокаивала.

Душевные мучения вымотали ему нервы, и малейший звук пугал его. Ему не нравилось чувствовать за собой вину, еще меньше ему нравилось бояться, а больше в его жизни на текущий момент ничего не просматривалось.

Жорис тряхнул головой, чтобы прогнать эти мысли. Он направлялся в «Лакомое Рыло», как и распорядился Квентин, чтобы вместе с товарищами выпить в память о Мареке. Выкинуть все из головы и промочить глотку, егерь бы это оценил. Молодой человек только не понимал — зачем Квентин захотел вернуться именно туда? Если бы это зависело от него, он бы держался подальше от этого места до самой смерти.

— Жорис!

Молодой человек икнул от удивления и только успел перевести дыхание, как из-за фонаря мертвых[14], который обозначал вход в Томблин, выскользнула Марго.

— Лис… Марго, это ты? Ты напугала меня до смерти!

— Добрый вечер, Жорис, — ответила юная девушка.

Луну отчасти скрывали густые облака, но Жорис увидел, что на лице Марго больше нет отметин от побоев, которыми ее осыпали в трактире.

— Я… я рад, что тебе лучше, — заикаясь, проговорил юноша, указывая на ее лицо.

— Ты идешь в «Лакомое Рыло»? — спросила Марго, как будто ничего не услышала.

— Ээ… Да.

— Мне по пути; ты не против, если я составлю компанию?

— Да… Ну… Если хочешь.

Не дожидаясь ответа, она схватила его за руку и прижалась к нему, а затем они отправились в путь, рука об руку, как влюбленные.

Жорис был озадачен: в основном отношением Марго, но и собственными ощущениями тоже. Его сердце билось все быстрее и быстрее, когда он чувствовал грудь юной девушки, прижимающуюся к его руке, и приятный запах персика, исходящий от ее рыжих волос.

Он вдруг понял, что жаждет любить ее, заключить в свои объятия, нашептывать ей, что в них она будет в безопасности. Жаждет, чтобы она любила его. В голове вспыхнули образы их сплетшихся тел. Он представлял, как целует впадинку ее шеи, стягивает платье, чтобы обнажить ее великолепное тело, пробуждающее в нем желание, трепещущее под утонченными ласками и нежными поцелуями.

— Прости меня, — наконец вымолвил Жорис. — Прости…

— Почему ты не пришел мне на помощь? — ответила Марго.

— Я… я не мог. У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда.

— Не все так просто.

— Не так просто взять меня силой и избить?

— Я не избивал тебя…

— Это не делает из тебя героя… — засмеялась Марго.

— Не все так просто.

— Ты уже это говорил.

— Постарайся понять, Марго! Если бы я попытался что-то сделать, это бы ничего не изменило: они все равно бы тебя изнасиловали, а меня бы избили… Квентин… Я знаю своего кузена; когда он в таком состоянии, его ничто не остановит, он хуже животного. И что потом? Тетушка забрала меня в свой замок, потому что мои родители умерли, но если Квентин решит прогнать меня — мне некуда будет идти. В одиночку я и трех дней не прожил бы.