Чтение онлайн

В 1993 г. приезд восьми высших руководителей «Таблига» во Францию вынудил министерство внутренних дел обратить пристальное внимание на эту организацию, которая сумела настолько активизировать свою деятельность, что создала опорные пункты в провинции, в частности, в Сент-Сабеле, Оверни, Мейзьё, в Во-ан-Велине и Лионе.

Мулди, вне всякого сомнения, не знал, какая мощная военная и религиозная структура организовала его пребывание в Пакистане. В Пешаваре Мулди действительно преподавал в исламской школе. Его поселили на вилле, в «доме французов», но очень быстро он был завербован для прохождения военной подготовки. Мулди, приехавший в Пакистан как учитель, много недель провел в горах, изучая науку ведения партизанской войны под руководством опытных афганских муджахидов, хотя и не был боевиком… В январе 1995 г. молодые французы, уроженцы стран Магриба, предстали перед судом в Фесе (Марокко) за теракты, совершенные летом 1994 г. в Марракеше. Они также проходили подготовку в военно-тренировочных лагерях в Афганистане в 1992 г.

«Таблиг» стал причинять такое беспокойство, что судебный следователь Жан-Луи Брюгьер поручил 12 октября 1995 г. французским контрразведывательным службам проверить всех французских граждан, вернувшихся из Пакистана, куда они будто бы отправились изучать Коран [95] . Контрразведчики допросили несколько десятков граждан. Практически все имели похожую историю: французы, родившиеся в Северной Африке, безработные, живущие в трущобах рабочие, не нашедшие своего места в современном обществе. Почти никто из них не скрывал, что прошел курс военной подготовки «где-то между Афганистаном и Пакистаном, в горах». Где точнее, никто из них не знал. Большая часть из этих мнимых студентов имели также и еще одну общую особенность: за несколько дней до выезда во Францию, они, как бы случайно, теряли паспорт, и французское консульство в Исламабаде было вынуждено выдавать им охранное свидетельство для возвращения во Францию! Якобы потерянный паспорт должен был послужить организации. Вернувшись во Францию, некоторые из прошедших подготовку стали безвестными рядовыми организации, другие же пополнили ряды вербовщиков и руководителей. Один из таких «афганцев» Абделькадер Эммали по возвращении во Францию был арестован в декабре 1994 г., когда пытался создать собственную сеть. В ноябре 1998 г. в Албании другой француз алжирского происхождения был приговорен к двадцати годам лишения свободы за убийство албанского студента; во время процесса он признался в работе на Братство бен Ладена, которое и завербовало его для ведения террористической деятельности на албанской территории, когда он находился в Тиране в апреле предыдущего года. Представители организации пообещали ему предоставить средства, чтобы сражаться в Косово.

По данным, приведенным в секретном докладе от 27 декабря 1997 г. французского подразделения Комитета по координации антитеррористической борьбы, система вербовки во многом основана на уязвимом общественном положении молодых людей, однако личность вербовщика имеет основополагающее значение. Как подчеркивает глава антитеррористического отдела парижской прокуратуры Ирен Столер, военная подготовка всегда сопровождается психологической обработкой: культивируются ненависть к Западу и отрицание так называемых материальных ценностей [96] . Исламистские террористы используют таких вербовщиков, которые не только знают положения ислама, не только располагают необходимыми финансовыми возможностями — по крайней мере в глазах обездоленных молодых людей из бедных кварталов, — не только имеют прямые контакты с главой организации, например ВИГ, но и пользуются авторитетом, завоеванным на полях сражений, вызывающих уважение в мусульманском мире. Именно поэтому им удается возбудить в сердцах молодых кандидатов в боевики жажду участвовать в джихаде, с помощью которого они надеются покончить с западным обществом.

К февралю 1995 г. европейские спецслужбы разоблачили и ликвидировали довольно много исламистских сетей во Франции, Тунисе и Марокко, и поэтому у них сложилось довольно четкое представление о способах действия вербовщиков и природе их каналов. Самыми крупными военно-тренировочными лагерями в то время были Бактиа и Шехар-Сиаб в Афганистане. Из полученной информации становилось ясно, что боевиков учили пользоваться новейшими видами взрывчатых веществ, таких, как знаменитая «С-4», взятыми на вооружение в течение последнего десятилетия большинством крупных террористических организаций. Военно-тренировочные лагеря, где отрабатывалась технология террористических актов с использованием заминированных автомобилей, также уже существовали в Пакистане. Перехваченные спецслужбами, в том числе и британскими, телефонные разговоры позволили записать беседы исламистов, находившихся во Франции и Великобритании, с боевиками, проходящими подготовку в лагерях Пакистана под руководством некоего Абу Касема. Прослушивание показало, что этот последний намеревался вербовать себе подручных в исламских общинах Европы, прежде всего во Франции, Великобритании и Германии, с тем чтобы идеологически подготовить молодых людей к проведению в Европе диверсий, в ходе которых они должны были неизбежно погибнуть.

Незадолго до взрывов, прогремевших в 1995 г. в Париже, вербовщики активизировали свою деятельность. Исламистские радикалы собирали по Европе что-то вроде легиона для войны в Боснии, но сначала «новобранцам» предстояло пополнить лагеря в Афганистане. Большая часть тех, кто впоследствии будет направлен в Боснию, принадлежала к объединению, называемому «фаланга правоверных». Некоторые из этих будущих мучеников вступили в ряды движения «Джихад» в Палестине. Глава «Джихада» Фати Шакак объявил в конце 1994 г., что намерен создать отряд смертников, насчитывающий около ста боевиков, чтобы сражаться не только с израильской армией, но и со всеми, кто выступает против ислама в Европе и Алжире. Сто смертников, готовых свести счеты с жизнью во имя джихада, — это может показаться немыслимым, однако реальность еще более ужасна.

По свидетельству одного из выживших боевиков, проходивших подготовку в этих лагерях, кандидатов затем переводили на базу в Ливан, где его самого научили быть живой бомбой. Сопровождаемые с первого до последнего дня обучения имамом, в обязанности которого входит их духовное наставление, будущие смертники в конце концов начинают сами умолять своих учителей отправить их на задание, настолько им не терпится отправиться в рай… или, возможно, нервное напряжение доходит до предела и они хотят поскорее покончить со всем этим. Смертники проходят элементарную военную подготовку и живут в очень суровых условиях. За два часа до планируемой операции имам будит их и предлагает помолиться в последний раз. Затем смертники садятся в машину, двери которой заваривают! Тот же свидетель показал, что на каждой тренировке инструкторы приносят в жертву одного добровольца, который, прикрепив к телу взрывчатку, врезается на машине в стену со скоростью 50 км/час. Других «одержимых Аллахом» это зрелище не обескураживает, а ужасная смерть их товарища лишь придает им силу отчаяния. Палестинский «Джихад», отделения которого имеются в Иране, получал тогда финансовую помощь в размере более 200 тысяч долларов в месяц на покупку оружия, взрывчатки и на подготовку смертников.

По сведениям журнала «Ватан Араби» от 7 июня 1997 г., на афгано-пакистанской границе существует такой же лагерь. Пять тысяч человек, в возрасте от шестнадцати до двадцати пяти лет, приехавшие со всего мира, тренируются, чтобы принять последнее участие в джихаде [97] . Руководит этим лагерем пакистанец, которого зовут аль-Аршад.

Другие каналы вербовки также указывали на движение «Хамас» [98] в Палестине. Известно, что некоторые боевики, действовавшие в районе Блида в Алжире, прошли обучение у Яхьа Айаша, более известного под кличкой «Инженер». Именно он в лагерях «Хамаса» готовил смертников. В сентябре 2000 г. и в январе 2001 г. после начала новой интифады бен Ладен направил эмиссаров в «Хамас». Другие боевики, пополнившие ряды ВИГ или ИАС, тренировались в лагерях палестинской «Хезболлах». Активисты этой организации проходили подготовку в лагерях «Хезболлах» в Ливане или в лагерях Народного фронта освобождения Палестины — Генерального Командования, находящихся в ведении Ахмеда Джибриля, одиозного палестинского боевика, вставшего на путь исламизма и создавшего базы в Ливане, Иране, в Северной Европе и даже в Германии, как утверждает ГКА [99] .

Почти все исламисты, сыгравшие ключевые роли при совершении терактов в Париже в 1995 г., несмотря на различное социальное происхождение, имеют одну общую черту: они тренировались в Пакистане или Афганистане и занимали важное положение в центрах по вербовке исламских террористов. Это касается и Абу Фореса (он же Рашид Рамда), ответственного редактора журнала «Аль-Ансар» [100] , издающегося в Лондоне. Он известен тем, что снабжал деньгами террористов, устроивших взрыв в парижском метро на станции Сен-Мишель 25 июля 1995 г. Рамда приехал в Пакистан и стал организатором «стажировок» исламистов из Англии в Афганистане.

В этих самых лагерях тренировался Адам Адель Али, он же Адам Хан Балуш, он же доктор Адель Саба, более известный под еще одним из своих сорока псевдонимов: Рамзи Юсеф, исполнитель теракта во Всемирном торговом центре. Под своим настоящим именем — Абдель Басит Махмуд Абдулкарим, именем, которое он не использует очень давно, Рамзи Юсеф родился в 1968 г. в Кувейте, в семье выходцев из пакистанского Белуджистана. В 1988 г. он установил контакт с ближайшим окружением Усамы бен Ладена в Афганистане и Пакистане, когда жил в семейном пансионе «Беит ас-Шуада» (дом мучеников) и проходил подготовку в нескольких лагерях, финансировавшихся саудовцем. Там он научился делать самодельные бомбы. После встречи в 1991 г. с Абубаром Джанджалани, создателем филиппинской группы Абу Сайяфа [101] , частично финансируемой Усамой бен Ладеном, Рамзи Юсеф окончательно избрал путь терроризма. Благодаря полученным знаниям он стал техническим консультантом боевиков Абу Сайяфа «специализировавшихся» на захвате заложников и доставлявших партии наркотиков в аэропорты островов Басилан и Джоло. Как писали филиппинские журналисты в «Филиппин дейли инкуайер» от 23 августа 1998 г., Усама бен Ладен в течение нескольких последних лет был частым гостем филиппинских боевиков, в частности, его видели около Минданао, в вотчине группировки Абу Сайяфа. В то же время большинство филиппинских официальных лиц, в том числе глава кабинета президента, уточняют, что Усама бен Ладен известен своей филантропической деятельностью, которую он осуществляет через мусульманские организации юга страны. По утверждению этих же журналистов, шурин Усамы бен Ладена, Мохаммед Джамель Халиф, возглавляющий одну из саудовских неправительственных организаций, оказывал финансовую поддержку «Джамаа Исламия», которая взяла на себя ответственность за убийство туристов в Луксоре (Египет) 17 ноября 1997 г. (60 погибших) [102] .

С этого времени Рамзи Юсеф стал одним из «солдат» Усамы бен Ладена. Нет достоверных свидетельств, встречался ли он когда-нибудь с самим саудовцем, но известно, что он стал членом Братства бен Ладена в 1988 г. и активно работал там до того, как был арестован и приговорен к пожизненному заключению в США.

Другой член семьи находящегося в американской тюрьме террориста, Захид эль-Шейх, дядя Рамзи Юсефа по материнской линии, также известен своими связями с Усамой бен Ладеном. Как и бывший саудовец, он сражался в Афганистане, где потерял брата, а затем стал работать на кувейтскую правительственную благотворительную организацию «Мерси Интернэшнл». Уроженец Белуджистана, он также занимался торговлей оружием в Пакистане; по свидетельству одного человека из ближайшего окружения Рамзи Юсефа, некоторые партии оружия предназначались для уничтожения Беназир Бхутто во время проведения предвыборной кампании. По другим источникам, Захид эль-Шейх поддерживал тесные связи с финансистом и наставником своего племянника, саудовцем, известным как Абдул Маджид Мадни. Связь Захида эль-Шейха с Усамой бен Ладеном также не вызывает сомнения. Бен Ладен нередко использовал его как связного, в частности с Рамзи. Во время обыска в доме Захида эль-Шейха в Исламабаде следователи нашли прошение предоставить паспорт на имя Абделя Басита, т.е. на настоящее имя Рамзи Юсефа, а также изъяли компрометирующие документы: фотографии эль-Шейха в обществе президента республики генерала Зия-уль-Хака и Наваза Шарифа, премьер-министра Пакистана, которые доказывают, что дядя Рамзи Юсефа поддерживал дружеские отношения с пакистанской политической элитой.

Алжирские исламисты из группы Хасана Хаттаба, прежде всего их европейская [103] сеть, входили в сферу влияния бен Ладена. Они, вероятно, пользовались «отмытыми» финансовыми средствами, а агентам ВИГ было поручено поддерживать с ними постоянные связи. Отдел по борьбе с терроризмом министерства внутренних дел Франции в докладе от 25 ноября 2000 г. выражает беспокойство по поводу имамов, проповедующих доктрину бен Ладена в мечетях Парижа, Лондона, Брюсселя и Германии.