Чтение онлайн

В январе 1980 г. молодой араб, только что закончивший университет в Саудовской Аравии и спустя всего несколько дней после вторжения в Афганистан советских войск вылетавший в Пакистан, еще и представить себе не мог, что через несколько лет заставит всех заговорить о себе. Откликнувшись на призыв к джихаду [24] — священной войне мусульман — в Афганистане, он придаст своей жизни смысл и вместе с тем необратимо изменит ее. Кто же он, этот молодой буржуа из Саудовской Аравии, инженер по образованию, блестящий бизнесмен и благочестивый мусульманин, который однажды скажет: «Один день в Афганистане стоил больше тысячи дней молитв в мечети»?

Отец Усамы бен Ладена, шейх Мохаммед бен Авад бен Ладен, по одним источникам — инженер и архитектор, по другим — простой крестьянин, покинул свою родную провинцию Хадрамаут в центре Йемена в начале 1920-х гг. В конце концов в 1932 г. он обосновался в Хиджазе (Саудовская Аравия). Там к нему пришел успех, и он заслужил репутацию человека твердого и честного в делах. Существует легенда, что он начинал разнорабочим и грузчиком, пока не сколотил денег на собственное маленькое строительное предприятие, которому в один прекрасный день доверили постройку первого королевского дворца в Джидде, крупном порту Саудовской Аравии.

Разбогатев, глава клана бен Ладенов не раз оказывал помощь монархии, даже поддерживал ее материально в тяжелые для государственной казны времена: однажды он ссудил денег кассам государственных учреждений для выплаты жалованья служащим — дар, который тогдашнему монарху трудно было забыть. Мохаммед бен Ладен, натурализованный гражданин Саудовской Аравии, даже стал на некоторое время министром общественных работ при короле Фейсале, но главное — он стал его другом. В благодарность компании Мохаммеда бен Ладена была доверена реконструкция мечети Харам-Шариф в Мекке, а также реставрация мечети Маджид-и-Набави. В 1970-е гг. консорциум предприятий бен Ладена, известный под названием «Бен Ладен корпорейшн», достиг процветания благодаря саудовской нефти и получил от короля эксклюзивное право на проведение работ по реставрации и строительству культовых зданий. Компания старого бен Ладена добилась контрактов и в некоторых других странах арабского мира, в том числе на одно строительство в Иордании. При этом торги проходили весьма любопытным образом — патриарх требовал, чтобы его инженеры составляли смету по себестоимости. Семейная легенда гласит, что глава клана даже решил еще урезать смету, рассчитанную его экспертами, дабы прихожане мечети дружественной страны щедрее жертвовали Аллаху.

Когда в 1972 г. старый бен Ладен скончался, на троне еще был король Фейсал, и в памяти клана сохранилось предание, что король, плакавший не больше двух раз за всю свою жизнь, прослезился, услышав о смерти друга...

Вера Мохаммеда бен Ладена, плодовитого отца полусотни детей, из них двадцати пяти мальчиков (у него было одиннадцать спутниц жизни), словно пришла из другого века. Более сорока лет он терпеливо, не теряя надежды, ждал пришествия Хазрата Махди [25] , мессии мусульман. Мохаммед бен Ладен даже создал благотворительный фонд в двенадцать миллионов долларов, чтобы помочь Махди, если тот явится при его жизни, возродить величие и славу ислама во всем мире.

Сердечные отношения патриарха бен Ладена с королевским семейством выгодно сказались на его детях; многочисленные сыновья бен Ладена посещали те же школы, что и дети короля Абдель-Азиза, в частности колледж Виктории в Александрии. Некоторые из отпрысков бен Ладена учились там вместе с будущим королем Иордании Хусейном или братьями Кашоджи [26] , отец которых был одним из королевских лейб-медиков.

Не один только старый бен Ладен пользовался дружбой короля Фейсала, а затем — короля Фахда [27] ; его сын Салем тоже был очень близок к своему государю, и есть основания полагать, что его привлекали для оказания важных услуг монархии, в частности для исполнения секретных миссий. Если верить некоторым свидетельствам, его загадочная смерть может служить тому доказательством. В 1988 г. самолет «BAC 111», которым управлял сам Салем, разбился в Техасе [28] . По сведениям из некоторых американских источников, Салем был замечен за штурвалом того же самого самолета во время тайной встречи иранских и американских эмиссаров в Париже в октябре 1980 г.

Его гибель породила множество домыслов и предположений по поводу его, так же как короля Фахда и правительства Саудовской Аравии, роли в некоторых секретных операциях на Ближнем Востоке и в Центральной Америке. Кое-кто полагал, что речь идет отнюдь не о несчастном случае...

Входя в ближайшее окружение короля, бен Ладены стали также наставниками его детей в мире бизнеса. Два самых предприимчивых принца в королевской семье — Мохаммед бен Фахд и Сауд бен Нейеф — в 1980-е гг. под руководством сыновей бен Ладена превратились в финансовых и промышленных магнатов, нередко заседая вместе с ними в административных советах могущественных транснациональных корпораций, кормящихся от нефтедолларов.

Доверительные отношения между двумя семьями оставались нерушимыми, невзирая на ряд тяжелых кризисов. Одним из самых серьезных испытаний стал захват Большой мечети в Мекке 20 ноября 1979 г. Поскольку компания бен Ладена имела эксклюзивное право на проведение ремонтных работ в Святых местах, ее грузовики пользовались привилегией въезжать в Мекку и выезжать из нее без всякого досмотра. Эти-то грузовики и позаимствовали террористы, чтобы тайно провезти оружие. Последовавший налет стал одним из самых сильных потрясений для общества Саудовской Аравии. Более 50 тысяч паломников, собравшихся в помещении Большой мечети, были застигнуты врасплох группой боевиков под предводительством молодого человека лет тридцати — Джухеймана аль-Отайби. Последний, едва началась молитва, расставил около двухсот вооруженных «братьев» на семи минаретах мечети и, завладев микрофоном, потребовал, чтобы верующие признали Махди в одном из его людей — Мохаммеде аль-Ках-ани... Не в силах справиться с пятидесятитысячной толпой, боевики решили удержать в заложниках сто тридцать человек. Осада мечети затянулась на пятнадцать дней! Лишь 5 декабря ситуацию удалось разрешить французским жандармам из оперативного отряда военной жандармерии (GIGN), которым, однако, пришлось в спешном порядке принять ислам, чтобы иметь право доступа в помещение, предназначенное только для мусульман.

Наконец, после обращения к бен Ладенам (только у них на тот момент имелись точные планы Святых мест), полиция Саудовской Аравии и GIGN смогли разработать маршрут по подземельям мечети и добраться до террористов [29] . Во время этого кризиса один из сыновей старшего бен Ладена, Махрус, даже был арестован из-за своих связей с исламистами, замешанными в преступлении, но затем его освободили. Террористы установили контакты с Махрусом за несколько лет до этих событий, когда последний учился в Лондоне и в круг его друзей входил сын одного сановника из Южного Йемена, руководивший весьма активной фундаменталистской группировкой.

В результате своих университетских знакомств Махрус бен Ладен оказался связан с группой активистов сирийских «братьев-мусульман», проживающих в изгнании в Саудовской Аравии. В ходе расследования, проведенного секретными службами Саудовской Аравии, выяснилось, что террористы, беззастенчиво пользуясь былой дружбой с юным Махрусом, позаимствовали грузовики компании бен Ладена без ведома молодого человека, руководившего в то время филиалом компании в Медине.

Этот трагический эпизод никак не сказался на тесных связях клана бен Ладенов с королевской семьей; последняя всегда проявляла здравый смысл и понимание, когда кто-то из членов клана оказывался замешан в каких-либо темных и неблаговидных делах.

Усама, родившийся в 1377 году Хиджры, т. е. в 1957 г., в Эр-Рияде, в квартале Аль-Малаз, — один из самых младших сыновей в семье, и, по слухам, его мать никогда не была любимой женой старого Мохаммеда. Но семья бен Ладенов — это настоящее восточное племя, у очагов которого есть место каждому его члену; Усама не мог пожаловаться на недостаток теплых родственных чувств, несмотря на то что, в свою очередь, как говорят, не принадлежал к числу любимых сыновей патриарха: он рос в окружении полусотни кузенов и кузин, детей его дяди, и нескольких десятков теток. В этой среде Усама получил традиционное воспитание и завершил свое среднее образование в колледже в Джидде в 1973 г.

Как у большинства юных арабов из хороших семей, у Усамы была счастливая возможность путешествовать, и, по некоторым сведениям (частью исходящим от американских «профайлеров» [30] ), с 1968 по 1970 г. он находился в Бейруте в компании своих братьев Омара, Халеба и Бакри. Там он учился в школе, где большинство учеников составляли пансионеры из стран Персидского залива. В Бейруте юный Усама якобы больше прославился своими шалостями и амурными похождениями, чем прилежной учебой... Он подражал Бакри, самому расточительному, самому живому и сообразительному из учеников, к тому же блестящему игроку в покер, и по ночам школьные надзиратели не раз заставали его на месте преступления, когда он собирался улизнуть в какой-нибудь из злачных кварталов Бейрута, где позволял себе выпивать и даже якобы участвовал в кабацких драках из-за милостей танцовщиц... Как и Бакри, Усама отнюдь не демонстрировал примерного благочестия, в отличие от двух других братьев, Омара и Халеба, старательных и серьезных, не пропускавших ни одной молитвы, которые в конце концов и сообщили отцу о проделках Усамы и Бакри... Один из старших братьев, Абдель-Азиз, опровергает эти факты: по его словам, Усама всегда был скромен, благочестив и предан ценностям ислама. Более того, если верить близким, Усама не говорит ни по-английски, ни по-французски (два языка, совершенно необходимые тогда в Бейруте, чтобы развлекаться). Наконец, его аскетическая внешность и кроткий взор никак не выдают любителя разгульной жизни. Так или иначе, все эти подростковые склоки — зачастую из-за того, что братья не поделили карманные деньги, — никогда не заходили настолько далеко, чтобы навсегда вбить клин между ними.