Имею топор - готов путешествовать!
Шрифт:
– Ясно. За вами увязался всего один смертоносец?
Виджи вздрогнула.
– Другие... ушли по ложным следам. Нам удалось... обмануть.
Вот как? Почему мне слышится в твоем тоне неуверенность, добрая фея? Где ты недоговариваешь, где - темнишь, где - говоришь неправду?
– Мы нанесли им сладкого!
– заявил принц с неожиданным пафосом.
– О да! Нанесли сладкого, и они поехали на! А мы поехали в! Но тут тоже намазано! Гадость, к чему ни прикоснешься! Висцеральное насилие!
– Сбавь тон, или я нанесу тебе горького, - процедил я. Достал, честное слово. Если он будет продолжать в таком духе весь поход, я не выдержу - свяжу петельку, и подвешу принца на веточке.
– Бог-ужасный, я просто...
Я поднял палец: заткнись, мол, горе. Он внял и заткнулся.
– Основная часть погони пущена по ложному следу, верно, добрая фея?
Она опустила глаза.
– Верно, Фатик...
Я окинул быстрым взглядом всю гоп-компанию. Молчат. Смотрят. Четыре человека и гномша - смотрят в упор, спокойно, с легким изумлением: варвар показал коготки, ага. Принц глядит букой - играет в оскорбленную невинность. А Виджи... Острый кончик уха предательски алеет сквозь локоны. Гритт!
– Виджи! Добрая фея! Взгляните на меня!
Она подняла голову. Огромные глазища. Серые. Податливый взгляд...
– Вы говорите мне правду, добрая фея?
– Бог-ужасный!
– вякнул принц голосом, похожим на визг пилы, застрявшей в дереве.
– Минтрилл ди крентенел...
Я перегнулся через стол и легко пихнул его в грудь кулаком, готовясь приложить другой рукой, если он вздумает буйствовать.
– Тебя - не спрашивают! Рот - на замок! Виджи! Вы - лжете?
Яханный фонарь, надо было видеть, как мгновенно затвердел ее взгляд! До реплики принца и моих глупых слов о лжи у меня был шанс ее расколоть, но теперь... Острое ухо пробилось сквозь локоны: кончик был бледным, настроенным на серьезный разговор... несгибаемым.
– Эльфы никогда не лгут, Фатик Джарси. Запомните это раз и навсегда.
Небеса!
Я опустил кулаки на стол. Скрипнула столешница.
Виджи смотрела прямо мне в глаза - с вызовом.
Все, закрылась, я ничего не смогу больше сделать.
Проиграл.
Я сделал медленный вдох.
– Хорошо. Другие смертоносцы... помимо Сколдинга Фрея, могут напасть на наш след?
– Не исключено. Но Фрей опередил их... намного. Он не станет делиться добычей.
– Великая Торба, что, ставки так высоки?
– Да.
Я снова вздохнул.
– И я вам нужен.
– Да.
– Я очень вам нужен?
– Да. Вы очень нужны нам, Фатик Джарси.
Тут бы я мог сказать: коли так нужен, так выходи за меня, ушастая, потому что ты нужна мне не меньше.
Но вместо этого я сказал:
– Хорошо. Я нужен вам в качестве проводника, так?
Кивок. Теперь все они смотрели на меня, как на неведому зверушку. Гритт, мне захотелось сплясать голым на столе, лишь бы взгляды поменялись.
"Тебя дурят, Фатик, дурят!" - уже не кричал, орал внутренний голос.
– Куда нужно топать?
– Сначала дайте слово, что обязательно отправитесь с нами, - твердо сказала эльфийка.
Я чуть не взвыл. Опять старая песня! К горлу подкатила ярость. Сейчас я кого-нибудь точно придушу. Потом в взглянул в серые глаза эльфийки (они были бездонные, если вы помните), утонул в них окончательно, вспомнил о том, как она спасла мою жизнь, и, плюнув на благоразумие, произнес:
– Даю слово.
– Это Облачный Храм в Дольмире, - сказала Виджи тихо.
Я присел на стул, поскольку у меня отнялись ноги.
23.
Та-а-ак...
Значит, вот для чего я им нужен. Значит, вот что они затеяли. Значит, вот зачем они так упорно обрабатывали меня в Хараште. Значит, вот почему эльфийка прикрывала меня своим телом!
А я-то, дурак, возмечтал про аллин тир аммен.
Олник, мерзавец, ты накаркал, зараза!
Сдерживая ругательства, я протянул руку к бутылке вина, но вспомнил про свой обет не прикасаться к спиртному. И тут засада. На небесах, явно, звезды моего гороскопа выстроились в форме задницы, виселицы или гнилого покойника, короче, такой фигуры, что обещает процветание и великий успех в любом деле.
Или сегодня просто не мой день?
– Налейте чаю, - голосом старого ревматика попросил я.
Виджи передала мне чашку.
Я отхлебнул, собираясь с мыслями. Окинул медленным взглядом лица честной компании. Рубленое из светлого камня лицо Скареди, пухлое и щекастое - Альбо, худое, с торчащими скулами - Монго (у парня был скорбный взгляд, думаю, он до сих пор не мог придти в себя от серной вони), решительно и широкое - Крессинды, округлое, с пухлыми губами - Имоен. Только сейчас мне бросились в глаза ее низковатые густые брови, которые не мешало бы проредить. О-о, Гритт, как же в меня въелась Харашта с ее модой! Вон, у Крессинды вообще брови как два сросшихся вороньих крыла, и ничего. Впрочем, не думаю, что я способен воспринять гномшу как женщину, гм, гм... Пожалуй, подцепи она бороду, я легко принял бы ее за мужчину. Чтобы знать толк в гномьей красоте, нужно быть гномом. Или сумасшедшим. Или сумасшедшим гномом. Или сумасшедшим, который считает себя гномом. Как-то так.
Эльфы сидели неподвижно. Добрая фея опустила взгляд. Вот уж ей не нужно выщипывать брови, они тонкие, золотистые, волосок к волоску.
Гритт, куда-то не туда меня повело... Впрочем, нет, туда. Я не шибкий физиогномист, но на своем веку я повидал много народу, включая тех, кого водил по городам и весям. За десять лет такой работы я научился отличать черное от белого, а многочисленные оттенки серого распределять по нужным полочкам с бирками: "ни то, ни се", "слабак и баба", "ближе к говнюку", "мерзавец-малютка", "урод не совсем конченый", "практически быдло", "жестокий хищник", "клыкастый эгоист", "деятельный дурак" и так далее.
Так вот, вглядываясь в лица сидящих за столом, я кое-что понял.
Праведники.
Праведники, черт их дери! Все они были праведниками. Не теми психованными молельщиками, что пробивают дырки в полу собственным лбом, а нормальными, земными, которые едят, спят, дышат, могут перепить и даже сходить налево, но при этом остаются людьми. Ну и гномами, конечно. И эльфами.
Такое определение, оно было на уровне интуиции, если бы меня попросили обосновать свой вывод, я бы сказал - "Я прочитал это в глубине их глаз".
Звучит банально, однако я привык полагаться на свои инстинкты.
Праведники, не гнилые души, от которых в любой момент стоит ждать подвоха. Благородные не по происхождению, а по велению сердца. Это редкость в нашем мире, но звезды в форме гнилого покойника подкинули мне целых семь штук.
Собственно, как раз праведники и подонки, и иногда - безумцы валят в Облачный Храм к Оракулу. Там нечего делать заурядным людям с обычными вопросами вроде "Когда же, ну когда у меня прекратится этот гадский насморк?".